Страница 59 из 61
Лео смотрел на неё с искренним неверием.
— Ты… сошла с ума? У тебя очередной приступ этих твоих… странностей?
Теперь пришла очередь Киры кривиться, хотя она не могла не признать, что в данном случае это даже можно так охарактеризовать.
— Кира, позволь мне перефразировать. Ты сама была ярым сторонником правила о том, что мы никого с собой не берём. И что ты делаешь теперь? После всего, что мы насмотрелись, мы принимаем в нашу группу одну из этих тварей? Мы видели, на что они способны!
— О, как будто мир не видел, на что способны твои собратья, так что чья бы погремушка тут тарахте…
Кира оборвала Ави прицельным порывом воздуха, хотя в чём-то была с ним очень даже согласна.
— Всё так, — повторила она сухо, — но у меня были причины так поступить.
— Причины?! Не поделишься с благодарной аудиторией? Потому что это должны быть очень хорошие причины, Кира! Госпожа Дом после его лечения растеряна и ничего не помнит. Драконы рыщут над хребтом, оборотни снуют туда-сюда, и я прошу, скажи мне, что они ищут не его!
Дерьмо.
— ..Я не уверена, что могу это сказать.
Он распалился, всерьёз повышая голос:
— Серьёзно?! Отлично. Просто сказочно! Но неадекватный тут почему-то я… Кира, ради нашей дружбы, которая когда-то таковой была, объясни мне, какая причина может оправдать тот факт, что мы берём с собой кого-то вроде него?!
И да, в этом тупике она, кажется, уже больше не могла лгать. Потому что Лео был во-многом прав, и меньшее, что она была ему должна — правду.
— Он — моя пара, — прозвучало тихо и слабо даже на её вкус, и казалось одновременно важной причиной и дуростью, смотря с какой стороны посмотреть и каким инстинктам верить. — Я не могла просто оставить его там.
— Что? — из горла Лео вырвался нервный смешок. — Кира, но это же… Абсурд. Глупая сказочка из репертуара Лизы. Она верила, что Марон — её пара, помнишь? Кира, мне тебе напомнить, где теперь Лиза, потому что ты внезапно забыла?!
Запах горящей плоти и крови. Первый оборотень, убитый Кирой в том сражении. Мёртвые глаза её единственной на свете подруги.
Нет. Она едва ли хоть когда-нибудь забудет.
Она поймала странный взгляд Ави, быстро покачала головой и прямо посмотрела Лео в глаза, хоть и было это тяжело.
— Я помню. Но и ты едва ли можешь забыть, как встретил Бетту. И почему мы теперь путешествуем именно с этими людьми.
— Ты не можешь сравнивать обычных обывателей и…
— Обычных? — нет, он серьёзно решил зайти с этой карты? Она правда должна напомнить ему, чья кровь течёт в Беттиных жилах? Да, Ави вовлечён несколько больше, но право, не Лео рассказывать ей об опасных увлечениях.
— Ты не можешь всерьёз сравнивать наши ситуации, потому что это — безумие. Ты ненавидишь драконов, и тут это помешательство. Объясни мне, что тебе нравится в твоей паре, ну?
“Блеск его перьев, — отчаянно хотелось сказать ей, — грация полёта, красота голоса и ощущение его крыльев на моих. Тот факт, как моя песня отзывается на его, даже если они обе никому не слышны, но я ощущаю, с самого первого момента ощутила, хотя сначала не поняла. Наверное, именно так птицы находят свои пары… Или находили, пока драконы их не перебили.”
Кира могла бы сказать, но он бы не понял. Совсем.
— ..Я просто почувствовала, что он — моя пара. Так бывает, — вот на чём она остановилась.
— Но это абсурд! — заорал Лео. — У людей не бывает никаких пар!
— Но я и не человек! — рявкнула Кира в ответ, и её вопль сменился птичьим криком, от которого задрожали стены.
После наступила оглушающая, опустошённая, смывающая все чувства тишина.
37
…
Первым вязкую, тяжёлую тишину разрушил Лео.
— Нет, — отозвался он тихо, почти мягко, без огонька, но отчего-то это звучало даже хуже, как приговор и признание одновременно, — ты не человек.
И Кира вдруг почувствовала какую-то усталую, обречённую беспомощность, потому что — это и правда приговор, не так ли?
— Что ты хочешь от меня услышать, Лео? — уточнила она тихо. — Вот честно, что? Потому что я не знаю, что могу тут сказать тебе.
— Что-то, что содержит зёрна здравого смысла, например. Но мне кажется, ты давно прошла ту точку, где это было возможно.
— Правда? Это звучит забавно в твоём исполнении, — скривилась она.
— О, оставь, — хмыкнул Ави, которому, очевидно, местные драконьи боги не велели просто блин засунуть язык в жопу и не лезть в чужие разговоры. — Ты не видишь, что тут происходит?
— Утро без кофеина и шоколада тут происходит, — буркнула она. — Ави, будь зайкой, заткнись хоть ты. С меня достаточно истерящих на пустом месте сосисконосцев этим утром.
— Как ты можешь оскорблять меня сравнением с травоядными?! — дракон был возмущён, как будто ему нанесли ужасную обиду. Причём, что характерно, обиделся он не на “сосисконосца”, а на “зайку”.
Вот так и старайся быть ласковой, блин. Вот знала она, что не её это стезя, знала!..
Кира, катаясь на волнах нарастающей мигрени, напомнила самой себе, что, как бы адекватно Ави себя в последнее время ни вёл, он всё ещё дракон, со всеми вытекающими потрясающими идеями о драконьем превосходстве над другими магическими расами и прочим типичным багажом. Так-то незабвенные лекции Марона о том, как ужасны драконы, пусть и были чистой воды пропагандистской водой, но время от времени содержали в себе зерно правды. Классика, эту кашу невозможно приготовить иначе. Никакую риторику ты на одной только лжи не продашь, тут нужны или несколько правдивых прецедентов, или историческое обоснование. В идеале, и то и другое. И да, правда, прецеденты при этом могут быть вырванными из контекста или преувеличенными, историческое основание — псевдоисторическим, выцепленным из бредней какого-нибудь пророка, обожравшегося неправильно настоянных мухоморов, выдаваемых за грибы просветления. Это никогда никого не останавливало. История доказывает, что, если кому-то действительно нужно найти повод, они его найдут. В любом случае, как ни сиди тихо, пытаясь этого самого повода не давать.
Тем не менее, в случае с драконами никому ничего долго искать не пришлось: ящерицы летучие имели в пушку не только рыльца, но и все прочие выпирающие части тела. Похищения приглянувшихся красоток, драки с разрушительными последствиями и общая пренебрежительная атмосфера имели место. Да, количество драк и инцидентов с драматическими последствиями последние столетия уменьшилась в геометрической прогрессии, ибо были введены ограничения на путешествия для молодых драконов, а для взрослых ввели очень серьёзную ответственность за случаи вроде “я чихнул и оно всё деревянное, и не виноватый я, что вся деревня сгорела и некоторые не успели выбежать из домов — строить надо лучше”. Не-совсем-её память подсказывала Кире, что исторически подобное обоснование считалось для драконов совершенно нормальным.
С похищением красоток (и красавцев, которых просто реже упоминают в контексте, ибо из них сложнее сделать драматический символ) всё проще и сложнее одновременно. Даже во времена совсем тёмные, драконы и драконицы крайне редко похищали себе игрушки для интимных услуг, по крайней мере, совсем уж против их воли. Такого рода насилие считалось в числе немногочисленных преступлений, “оскорбляющих Небо”, потому случалось в среднем намного реже, чем среди людей того времени, у которых почти в любой непонятной ситуации виновата оказывалась вообще жертва.
Не поймите неверно, это не отменяет покупок, долговых ситуаций, подарков и “постановочных похищений”, когда человек был украден, но всё ещё теоретически имел шанс отказаться. Во всех вышеперечисленных случаях, человеческим игрушкам давали шанс сказать “нет”, но шанс чисто формальный, как три первые строчки контракта перед тремя страницами мелкого шрифта. Тем не менее, это всё ещё больше выбора, чем многие люди давали другим людям.