Страница 16 из 50
Теперь прибавляются еще голоса. Видимо, полицейские поднимаются.
Верно. Пробуют разнять.
Прислушиваюсь. От напряжения виски начинают болезненно пульсировать. Тяжело различить слова.
Будто идет какой-то спор. Потом голоса начинают отдаляться. И вскоре я уже снова подхожу к окну, чтобы выглянуть на улицу.
Кузнецова и Таирова разводят в разные стороны. Но еще не отпускают. Видно, что оба на взводе. И… помятые. Замечаю кровь на лице Кузнецова. У Таирова тоже что-то. Пиджак порван. Однако это меня заботит меньше всего.
Телефонный звонок заставляет вздрогнуть.
Отвечаю, не глянув, и замираю, услышав женский голос в динамике. Такого поворота точно не жду.
22
— Вера, срочно бери отпуск, — вместо приветствия заявляет мой редактор. — Ты не сможешь совмещать съемки с работой в ресторане, так что две недели нужно. И это даже не обсуждается.
— Что? Какие съемки? — спрашиваю.
— Ты шутишь?
— Нет, я и правда не понимаю…
— Ну самые настоящие съемки. На телевидении. Ты неужели не помнишь, что я подавала твою заявку? На кулинарное шоу.
Так и продолжаю молчать, потому что и правда в голове ничего не складывается. Мысли совсем о другом были.
— Вер, ну пару месяцев назад! — не выдерживает она. — Ты смерти моей хочешь? Еще скажи, что Пылаев тебе отпуск не даст. Тогда мне точно конец. Я договорилась обо всем, оплату обсудила. Твой гонорар…
Редактор продолжает взволнованно рассказывать мне подробности.
Пылаев меня с ней когда-то и познакомил.
Сперва эта мысль мелькает на автомате, а потом включаюсь в разговор уже по-настоящему.
— Подожди, — говорю. — Там же было столько участников. Столько известных, именитых поваров. А я…
Когда моя редактор предложила мне отправить заявку на участие в популярное кулинарное шоу, я даже в самых смелых мечтах не могла предположить, что для съемок могут выбрать меня.
— Я сама все заполню, — сказала она тогда. — Мне просто нужно твое согласие. Даже если не выберут, могут пригласить хоть в один из выпусков, получим дополнительный пиар.
И вот вдруг как все оборачивается.
— Вер, я же тебе объясняла, они ищут новый формат. Это кулинарное шоу очень популярное, но оно идет столько лет. Нужно обновлять, перезапускать. Ведущий один не тянет.
Мне сложно представить, как Роман Крестовский может что-то «не тянуть». Он настоящая звезда экрана. Талантливый повар. Наверное, один из лучших в стране.
Помню, как сама начинала готовить по его рецептам.
— Им нужно свежее лицо. Кто-то в пару Крестовскому. Они хотят привлечь новую аудиторию и заодно подогреть интерес постоянных зрителей. Ты видела, сколько у тебя подписчиков? Наверное, нет. Иначе бы не удивлялась. Они твой аккаунт изучили, сделали правильные выводы — ну и вот. Шоу считай, у нас в кармане.
На меня накатывает шок.
В блоге я себя не показываю, а тут… придется.
— Ты представляешь, какая это будет бомба? — продолжает редактор. — Ты наконец, себя покажешь. Сделаем взрыв.
Даже не знаю. Не уверена, что готова к такой славе. И вообще, возникает много вопросов.
Когда я соглашалась, то не допускала мысли, что меня и правда выберут на роль ведущей.
Выйти под прицел камер. В паре с Крестовским.
Да это же…
— Будет огонь! — торжественно заключает редактор. — И деньги. Ты понимаешь, про какие суммы речь? Центральный канал!
— Ты говоришь, что обсудила гонорар, — замечаю тихо.
Деньги мне бы сейчас не помешали. Когда назревает такое противостояние с Таировым каждая копейка на счету.
— Еще бы, — отвечает редактор и называет сумму.
— Сколько? — невольно переспрашиваю.
— Ну это за первый сезон. Сама понимаешь, если зрителям зайдет, будет высокий рейтинг, то и мы запросим больше.
Больше? Да это уже огромная сумма…
И мой блог получит рекламу. И новая книга рецептов. И главное — у меня появится столько денег, что позволю себе нанять хорошего адвоката. Такого, который сможет противостоять Таирову.
Теперь главное — получить отпуск.
На следующий день первым делом иду к администратору, чтобы договориться. Не дергать же Пылаева по таким пустякам. Тем более, он наверняка уехал.
Вот только дойти не успеваю. Сталкиваюсь с начальником.
— Доброе утро, Вера.
— Доброе, — киваю.
— Ты со мной поговорить хотела?
— Нет, это административный вопрос, — качаю головой. — Не стала бы вас беспокоить. Думала, вы уехали.
— А почему я должен уезжать? — Пылаев усмехается, но его взгляд остается серьезным. — Я же тебе говорил, что в этот раз здесь надолго. Задержусь.
23
— Извините, замоталась и… как-то из головы вылетело, — говорю и стараюсь улыбнуться, чтобы скрыть неловкость.
И правда — неловко получается. Только теперь вспоминаю, что Пылаев говорил об этом. Он собирался задержаться.
Однако после нашего выхода в театр столько всего произошло. Тут и не такое забудешь.
— Вижу, ты не только про это забыла, — говорит Пылаев и криво усмехается, продолжая внимательно меня изучать.
Невольно приподнимаю брови.
— Мы давно перешли на «ты», Вера.
— Да, точно, — киваю растерянно.
— Что-то случилось? — спрашивает он, слегка хмурится, будто и правда замечает перемену в моем состоянии.
— Нет, — качаю головой.
Про личные проблемы говорить не хочу.
— Проблемы с нагрузкой на работе? — дальше интересуется Пылаев.
— Нет, все в порядке.
— Тогда что ты собиралась обсудить с администратором?
— Отпуск.
— Собираешься куда-то?
— Нет, просто…
— Идем в кабинет, — предлагает Пылаев. — Что мы тут посреди коридора говорим? Давай, пойдем. Присядем.
— Не хочу время занимать.
— Не займешь.
Проходим в его кабинет.
— Кофе? — предлагает Пылаев. — Чай?
— Нет, благодарю.
Он бегло просматривает документы, которые лежат у него на столе, а после снова переводит взгляд на меня.
— Так зачем тебе понадобился срочный отпуск?
— Для съемок.
Пылаев хмурится. Не понимает о чем идет речь. Но я быстро ему все объясняю. Рассказываю о предложении, которое получила от редактора.
— Вот как, — кивает он. — Мне она ни слова не сказала.
Его короткое замечание удивляет.
Зачем бы редактор сообщала Пылаеву о чем-то таком? Да, они с ним знакомы. Однако тревожить его по мелочам… какой смысл?
— И когда ты хочешь взять отпуск?
— Со следующей недели.
— Надо это обсудить.
В голосе Пылаева сквозит непривычный холодок. А еще не могу не отметить то, как он сильнее хмурится. Выглядит задумчивым.
— Тебе-то самой эти съемки интересны? — вдруг спрашивает. — Хочешь попасть в шоу?
— Да, — отвечаю помедлив. — Это хорошая возможность.
И главное — деньги на адвоката.
— Ты вроде не стремилась к публичности. В блоге себя не показываешь. Вот и удивила меня сегодня.
— Ну я раньше и блог не думала вести, — говорю как есть. — Больше популярности. Это же для всех хорошо.
— Да?
— Дополнительная реклама блога. И ресторана.
Пылаев мрачнеет.
Невольно прикусываю язык.
Глупость сказала? Но ведь это и правда реклама. Конечно, ресторан без того очень известный. Как вся сеть. Но кому сейчас помешает пиар? Особенно в мире, где все помешаны на соцсетях.
— Что-то не так? — спрашивает Пылаев.
Это я бы и сама у него хотела спросить. Он сегодня будто сам не свой. Не то чтобы я хорошо его знала, могла судить, но все же… обычно ведет себя иначе. А сегодня как услышал про шоу, так в лице поменялся. Или совпало?