Отверженный

Я работал со скоростью корейского резчика рыбы. В одно движение я прорезал достаточно большую дыру в черепе, также одним движением откидывал в сторону кость, висящую на лоскуте кожи, а дальше как яйцо в яичницу раскрывал оболочку мячика, около семи сантиметров диаметром, и выливал содержимое в мозг испытуемого, размещая таким образом небольшое ядро в месте имплантации. На этом моя миссия была закончена. Примерно через двое суток тела переродятся, и им нужно будет жрать. Тики сказала, что они вполне потерпят до прибытия на основную базу, а там уже будет всё готово к приёму изменённых людей. Моя подруга также пометила кто есть кто, то есть кто мальчик, а кто девочка, поэтому шарики я ядрами лежали в разных ящиках. Их на самом деле оказалось несколько больше, чем думала Тики, но на всех попавших к нам может и не хватить. С другой стороны, нам нужны тела и для других дел. Я думаю, что скоро мы научимся возрождать павших, и тогда десяток пленных нам вполне пригодятся.

В процессе имплантации я обнаружил три трупа, которые были слишком сильно поранены. В основном это были собиратели и их пришлось выкинуть за борт, а в основном процесс прошёл не плохо, и вернувшись на свой корабль я заметил, что часть шариков уже начали распушаться, что говорило о начале процесса. Невостребованные тела мы поместили в изолированный трюм и заперли. Всё, теперь осталось только расцепить суда и отправляться домой. Мерный звук погружающихся вёсел на ближайшие трое суток будет аккомпанементом к нашему успешному походу.

Пусть гребля вёслами и тяжёлый труд, но успех веселил моих бойцов, и теперь мы шли не угрюмо и молча, а под весёлые переучивания и задорный, басовитый смех. Процесс сбора тел стал некой обыденностью, как рыбалка или охота. Но это теперь действительность, и пока есть ядра, или контроллеры, мы будем этим заниматься.

К нашему новому дому мы подходили на рассвете третьего дня пути. Невостребованные тела очнулись и уже сутки орали что-то из трюма, но единственное чего они дождались, так это ведро с пресной водой. Церемониться с мясом никто не собирался. А людей мы в них не видели. Это совокупляющееся, и корчащееся стадо, пожирающее себе подобных, не было достойно какого-то уважительного отношения к себе.

Город встретил нас выровненными площадками, и ровными новенькими стенами. Их было немного, но первые очертания домов уже можно было увидеть. Это было приятной новостью, и весьма сильно радовало глаз. Нас увидели издалека, и поэтому теперь встречали. В основном целой горой варёного, копчёного и жареного мяса. Первыми вышли вооружённые и облачённые в доспехи воины, образовав своего рода коридор, по которому из грузового трюма выходили новенькие. Они пугливо озирались на приветствующих их людей, и направлялись прямиком к еде. Им сейчас нужны были питательные элементы для окончательного перестроения организмов. Принимая новеньких, мы наблюдали явный перекос в сторону женского населения. Так из ста семидесяти пяти людей, примерно восемьдесят были мужчинами, пока ещё не принявшими окончательный вид, а остальные девяносто с лишним женщинами. Сейчас нужно было их хорошенько накормить, тогда заложенная в ядра программа реализуется, и воины станут воинами, разведчики разведчиками, появятся новые ремесленники, фермеры и так далее. Каким образом Тики формирует программу – одному богу известно, и то не на этой планете.

Собственно довольная и улыбающаяся жена появилась практически одновременно с выгрузкой новичков. И сейчас стояла рядом со мной и принимала «гостей».

- Привет, – сказал я супруге, которая незаметно подошла сбоку и взяла меня за руку, – как ты тут?

- Всё замечательно, – Тики светилась словно лампочка, – вы много новых людей нашли.

- Да, мы наткнулись на целый первобытный город, – я вспомнил поселение с ареной посередине, – человек пятьсот, может тысяча. В общем есть ещё откуда брать резервы.

- Так мы быстрее построим наш город, – Тики не переставая наблюдала за выходящими с бортов людьми, в простых набедренных повязках, – наши ремесленники, не переставая создают одежду и доспехи для новых граждан.

- Эк ты сказанула, граждан, – я хмыкнул про себя, до гражданского общества нам ещё ой как далеко, – у нас и государства то нет ещё.

- Это пока нет, но мы его обязательно создадим, – Тики повернулась ко мне и улыбнулась, – теперь у нас точно всё получится!

- А ты чего вся светишься? – мне прямо интересно стало, – случилось чего? Рассказывай уже!

- У меня получилось! – Тики обхватила мою руку и запрыгала на месте как довольная девчонка, – Получилось, понимаешь?

- Ну? Ну не томи! – уж не беременная ли она у меня? – Ты прям интригуешь не переставая.

- Ядра восстановились и их можно имплантировать! – мне казалось, что девушка сейчас пустит лужу, как довольный и слишком подвижный щенок, – ты понимаешь это? Получилось!

- Тихо не кричи ты так! – я решил не создавать преждевременного ажиотажа, – кто ещё знает?

- Ты, больше никто, – Тики наконец успокоилась, – я не хочу, чтобы за мной народ ходил толпами.

Я увидел довольного и улыбающегося Сэми, и тут же вспомнил про своё обещание – сделать ему подходящую женщину.

- Тики, а у тебя ещё ядра остались? – я перевёл взгляд с великана на девушку, – хотя бы одно?

- Конечно остались, мне же надо было с чем-то работать, – Тики очаровательно улыбнулась, – да и нужно иметь НЗ, на всякий случай.

- Сколько же у тебя осталось? – я был весьма удивлён прозорливости девушки, – а то у меня десятка полтора тел осталось, весь носовой трюм изгадили.

- Это хорошо, – Тики задумалась, – есть к меня пара идей.

- Слушай, ты с идеями то молодец, – я бросил взгляд на Сэми, – тут у меня проблемка, образовалась, большая такая.

- Слушаю? – Тики прищурилась, – Тебе меня мало?

- Нет, мне тебя достаточно, в смысле мне тебя всегда не хватает, – я начал путаться под строгим взглядом моей хрупкой спутницы, – ты можешь сделать женщину для Сэми? Его все боятся, потому что он, как бы тебе сказать, везде большой, слишком большой.

- А, малыш Сэми, – Тики поймала мой взгляд, – могу, конечно, почему нет?

- Ты только кваказябру не делай пожалуйста, пусть будет стройная и красивая, просто повместительнее что ли, – я почувствовал, как краснею, – парень сохнет без девушки.

- Без тебя разберусь что и как делать, – Тики ткнула меня в бок кулачком, – повместительнее, ты только сам на неё потом рот не разевай, а то тебя тоже в некоторых местах много очень.

- Дык ты же сама это, – всё, точно покраснел, – я же не просил, чтобы так было, это…

- А я прям тебя спрашивать буду, – Тики улыбнулась, – специально так сделала, чтобы никого больше не мог осчастливить.

- А как же Айсун? – Я был весьма удивлён, – Она же тоже со мной этого, того, в общем…

- Трахалась, хочешь сказать? – Тики усмехнулась, – а ты чего такой стеснительный стал?

- Да так, не хочу материться на людях, – я невольно оглянулся вокруг, – я ж типа главный, основные тренды задаю.

- Наконец то, додумался! – я почувствовал, что меня только что шлёпнули по заднице, от чего я вопросительно уставился на девушку, – не смотри так! Я изменила у себя длину влагалища, нашла такую возможность, но больше ни чего я поменять теперь не могу, чтобы ты мог легко умещаться во мне, то же самое и у Айсун. Остальные женщины просто порвутся, попытавшись сделать то же самое.

- А, так вот ты о чём, – я смотрел на скисшего Сэми, который с мостика наблюдал за разбредающимися парочками, – а зачем ты Сэми такого сделала?

- Я не делала, это в его банке заложено, – Тики улыбнулась, – я сейчас делаю привязку к морфологии из банка данных носителя. Если заложено быть большим, значит будет. Просто кое-что подправлено, исправлено, улучшено. А у него что-то не так с внутренним банком, вот и получился такой, какой получился.