Страница 40 из 79
Ванька с сомнением поджал губы.
– Думаешь, смогу? А что говорят врачи?
– Они говорят то же самое, – вклинилась я в беседу. – Ты почти здоров, нужно только отлежаться. Отлежался?
– На веки вечные! – отозвался Ванька. – Глаза бы мои эту кровать не видели! Что у нас нового?
Мы с Севкой молча переглянулись.
– Только не врите! – сразу предупредил Ванька. – Говорите все как есть!
– Лучше завтра, – ушел от ответа Севка. – Проснемся, позавтракаем все вместе, тогда и поговорим. Да, Улька?
– Конечно, – ответила я с фальшивым оптимизмом. – Какие сейчас могут быть серьезные разговоры? Не время...
Ванька отчего-то встревожился, приподнялся на локте, спросил срывающимся голосом:
– Что случилось? Вы от меня что-то скрываете? Что-то с Дуней, да? Говорите!
Я толкнула его в грудь, и Ванька повалился обратно на подушку.
– Не каркай, дурак! – ответила я сердито. – Еще чего не хватало! В порядке твоя Дунька, в порядке! Спит! Если хочешь, мы тебя дотащим до соседней комнаты, сам увидишь!
– А почему она спит в такое время?
– Потому что вымоталась, как собака, – ответила я. – И ты давай спи! А то врача позову!
– Ладно, ладно, – испугался Ванька. – Не надо врача, я сам засну.
Я наклонилась и поцеловала Ваньку в лоб.
– Спокойной ночи.
– Пока, – ответил Ванька.
Я повернулась к Севке. Смотреть на него было отчего-то совершенно невозможно, и я договорила, глядя в сторону:
– Завтра увидимся.
– Я провожу... – начал Севка, но я перебила:
– Ни в коем случае! Чего меня провожать: комната рядом!
Севка послушно замер на месте.
– Дуньку за меня поцелуй, – попросил Ванька. – Скажи, что я соскучился.
– Скажу. Да ты ей сам завтра все скажешь!
Ванька кивнул и закрыл глаза. Мне показалось, что он все еще очень слаб. Я вышла из палаты в коридор и бесшумно прикрыла за собой дверь.
– Все готово, – доложил Гомер по-военному четко.
– Вольно, – насмешливо отозвался Одиссей. – Скажите Адонису, что я доволен. Обаял медсестру в два счета, чувствуется профессиональная легкость. – И перешел на деловой тон: – Значит, так: я позвоню, как только Сизов останется в палате один. Пускай Адонис делает свое дело. Главврач оповещен, заместитель тоже. Остальные не в курсе происходящего, поэтому возможны осложнения. Бабья истерика и тому подобные глупости. Как только умолкнет визг, выпускайте Геракла, ясно?
Гомер кивнул.
– Поехали дальше, – продолжал Одиссей. – Что у нас по плану?
Гомер перебрал бумажные листы.
– Дальше по сценарию деревенские каникулы.
– Парное молоко и свежие яйца, – пробормотал Одиссей. Рассмеялся и спросил: – Как вы думаете, детишкам понравится деревенская жизнь?
Гомер собрался с духом.
– Если бы вы разрешили выбрать дом поприличней...
– Нет! – отрезал Одиссей. - Они слишком долго жили в приличных условиях, пускай попробуют для разнообразия пожить, как простые люди! – Он с любопытством осмотрел Гомера и напомнил: – Между прочим, это была ваша идея! Помню, с какой радостью вы ее предлагали! Что с вами происходит? Жалко их стало?
Гомер ничего не ответил. Риторический вопрос. Одиссей подождал несколько минут и велел:
– Думайте, кто следующий на очереди.
– А вы как считаете? – спросил Гомер.
Одиссей пожал плечами.
– Мне все равно. Главное, чтобы сценарий был эффектным. Помните, я вам говорил, что у меня есть на примете двойник Вани Сизова?
Гомер уставился на Одиссея испуганным взглядом.
– Вы предлагаете...
Он не договорил. Одиссей утвердительно кивнул.
– Еще как предлагаю! Нельзя упускать такой случай! Представляете, явление убитого при свете луны!.. – Он рассмеялся и радостно потер ладони.
– А вы не боитесь, что они сойдут с ума? – спросил Гомер.
Одиссей нахмурился.
– Не сойдут. Но на всякий случай посоветуемся с психологом. Покажите ему наши записи, пускай выскажет свое мнение. Все, до завтра.
– До завтра, – прошептал Гомер.