Сибирь

— Янис, перевяжи рану Леона.

Ответа я не дожидалась, полностью сосредоточившись на деле.

Втискивая клинок до конца, я нашла опору. Снег или кость — не важно, главное рычаг. Качая рукоятку в разные стороны, я постепенно раскрывала грудную клетку. Добралась.

— Леон, — позвала я.

— Секунду.

Янис доматывала его ладонь какой-то тряпкой. Наконец, присев рядом, Леон повернулся ко мне. Наблюдал, как я достаю сморщившееся сердце зараженного.

— Ты выживешь. — Я не спрашивала, а утверждала.

Леон кивнул.

— И я выживу.

Я подняла руки над его головой и с силой жала. Тягучая черно-бордовая жидкость потекла по каштановым волосам, заливала веки, затекала в глаза, которые безотрывно смотрели в мои. Ниже, по губам и на шею.

Когда содержимое кончилось, я опустила обе ладони в грудь зараженного, хорошенько вымазала их и обмазала этим Леона. Растирая по одежде и коже.

Молчаливо поднявшись, Леон повернулся к остальным. Ужас, отвращение, брезгливость — вот что он встретил. Но, не замечая, Леон взял Янис за руку и толкнул, чтобы та упала передо мной на колени.

Девушка дрожала, как болванчик, раскачивала голову и часто моргала. Леон тем временем принес новый труп, Дмитрий, все понимая, приступил к тому же. Теперь вокруг меня кругом лежали зараженные.

Дмитрий забрал мачете и с легкостью, которая мне не присуща, раскурочил мертвеца.

Привыкшая к подобному смраду, я стойко выносила его, а вот Янис едва сдерживала рвоту. Особенно плохо ей стало, когда лицо покрылось вязкой субстанцией.

Я проделала это с каждым, а потом раздавила сердце над собой, не жалея чистых волос. Втирая пальцами кровь в кожу, я отбрасывала любые мысли, что это и откуда.

— Это поможет? — спросил Макс, домазывая свои руки.

— Не знаю, — честно ответила я. — Мы все равно умрем, а так у нас есть 5%.

— Ну, 5% — это не 3%, — добавил Леон.

Мы повернулись к дороге.

— Какой план?

Леон встряхнул плечами, будто собрался на пробежку. Непринужденность в его взгляде так и кричала, что он жаждет нового приключения. И только я видела, что на самом деле таилось за всем этим. Желание бросить вызов и уже решить, кто чертов победитель.

— Нам нужно пройти эту дорогу, свернуть на развилке и пройти до тюрьмы. Она недалеко, — ответил Дмитрий.

— Тюрьма? — спросила я.

— Да, заброшенная. Там можно переждать.

— И сколько идти?

— Всего в обход час. Мы не хотели туда заходить, но раз выбора нет…

— А по дороге?

По дороге, которую уже заполняли первые ходоки. Мой взгляд уцепился за силуэт Матери, что, прижимаясь к земле, шла впереди. Рядом с ней несколько целителей. Они крутили головами и стрекотали. Искали еду.

Искали нас.

— Десять минут.

Десять минут. Среди стада.

— Может, переждем? — спросила я, хотя и так знала ответ.

— Нет. Днем, когда станет теплее, наш запах слишком усилится, а эта кровь высохнет. К тому же, — Дмитрий повернул голову налево. Среди деревьев уже мелькали десятки силуэтов, — нам уже не спрятаться. Идем.

Мы сделали шаг в неизвестность.