Страница 46 из 50
дней, а также каждую ночь будет радовать тебя в постели. Не хочу, чтобы ты несколько месяцев чувствовала себя одиноко. Это неправильно. Джер скрасит тебе дни ожидания. Время пролетит быстро. Нарушит клятву — получит неслабый откат. Но я уверен, что этого не случится: он слишком сильно успел тебя полюбить. Помнишь — мы как-то обсуждали нашу свадьбу, и ты сказала, что не против принять Джереми четвёртым мужем. Я сегодня рассказал ему об этих твоих словах. Ты бы видела, как он обрадовался! Аж засиял, как бляшка на ремне во время парада. Но если он не оправдает наших ожиданий и не выдернет тебя из пучины депрессии — я первый его прибью, когда вернусь. А Мик с Брендоном добавят. Держись, моя хорошая. Выше нос! С огромным нетерпением теперь будем ждать
твои письма. Они необходимы нам, как воздух. Если возникнет какая-нибудь проблема — только скажи! Примчимся сразу же и разберёмся со всеми, кто посмеет тебя огорчить.
Люблю. Целую. Обнимаю. Навеки твой, Дениз Стайрон».
По щеке покатились невольные слёзы, но на душе после такого послания неожиданно посветлело.
— Ох уж эти разведчики.. — едва слышно прошептала я.
Это ж надо было додуматься: стерилизовать Джереми на восемь месяцев, без его ведома.
— Что они написали? — Джер изнывал от любопытства.
— Что любят. И будут ждать от меня письмо, — уклончиво отозвалась я, убирая послание в конверт.
Глава 65. Наследственное право
Натали
Даймонд принёс нам с Джером ужин в спальню, но я не могла ничего есть. Вяло поковырялась в салате и отодвинула в сторону. Пришлось выслушать от Джереми лекцию о том, что еда эффективно помогает справиться со стрессом. Ради душевного спокойствия моего художника немного поела. И безропотно выпила успокоительную настойку от Эрика, после чего меня моментально потянуло в сон. Джер порывался помочь мне принять ванну, но я решительно отстояла своё право на приватность. Выставила его из комнаты.
Поле водных процедур облачилась в ночную сорочку и халат. А когда вернулась в комнату, то увидела там Ирнела.
— Как ты, Натали? — заботливо спросил телепат, при моём появлении поднимаясь с дивана.
— Нормально. Спать хочу. Режим ждуна активирован, — коротко и отрывисто отозвалась я. — Ты просто пришёл меня проведать или что-то случилось?
— Ничего не случилось, всё в порядке, — быстро заверил меня телепат. — В Ривасе всё спокойно и под моим контролем. На всякий случай хочу предупредить, чтобы ты не удивлялась: по приказу Микаэля в коридоре возле твоей двери поставлена кровать, на которой будут по очереди ночевать твои телохранители. Сегодня очередь Майкла, если что. А на улице под твоим окном установили беседку, тоже с кроватью. Там сегодня спит Ренни.
— Ты защищена со всех сторон, — удовлетворённо отметил Джереми.
— Совсем не обязательно кому-то спать на улице, — неодобрительно покачала я головой.
— Сон на свежем воздухе полезен для здоровья, — возразил Джер. — И потом, это приказ самого Микаэля. Никто не посмеет его нарушить: слишком жить хочется.
— Ладно, не буду спорить, — устало махнула я рукой и повернулась к управляющему: — Ирнел, у меня к тебе будет просьба. Пожалуйста, дай задание кому-то из невольников — кто хорошо с деревом работает: мне нужна большая шкатулка, куда я буду складывать письма от Микаэля, Дена и Брендона. Поставлю её сюда, на прикроватную тумбочку, чтобы их послания всегда были у меня под рукой.
«И согревали душу», — мысленно добавила я про себя, но Ирнел эту фразу тоже уловил.
— Понимаю, — кивнул телепат и заверил: — К утру будет сделано! Что-нибудь ещё, Натали?
— Нет, это всё. Спасибо тебе огромное за поддержку, — с признательностью посмотрела я на него и перевела взгляд на Джереми: — Всем вам!
Художник в ответ кивнул, а Ирнел произнёс:
— Мы все видим, насколько тебе тяжело. Это разрывает нам сердце. Надеюсь, скоро жизнь войдёт в привычную колею и тебе станет полегче. Натали, послезавтра вечером у тебя свидание с Жаном Жерменом в ресторане «Амброзия». Если хочешь, я отправлю ему послание, что ты приболела и не сможешь прийти. Пусть перенесёт вашу встречу на месяц. Или хотя бы на пару недель.
— Нет, не нужно, — твёрдо покачала я головой. — Хочу поскорее, что называется, отстреляться, и забыть о нём. Иначе он лично примчится в Ривас и какого-нибудь лекаря с собой прихватит, — поморщилась я.
— Да, ты права, — согласился управляющий. — Что ж, тогда все планы остаются в силе.
— Верно, — кивнула я.
Коротко, по-отечески меня обняв, Ирнел ушёл, пожелав мне безмятежной ночи. Едва за ним захлопнулась дверь, я застыла в ступоре: в голову прилетела мысль, от которой меня бросило в холод.
— Натали? — встревожился Джереми.
— Кажется, договор, который я заключила с Русриной, недействителен, — глухо выдохнула я и рухнула на подкосившихся ногах на ближайшее кресло.
— Почему ты так решила? — сильно удивился художник.
— Мы указали в договоре, что в случае моей смерти маркиза Рой даст вольную Мику, Дену и Брендону через десять дней. Но ведь по местным законам это неправильно! Давать вольную можно не раньше, чем через шесть месяцев после получения прав на раба. Не понимаю, почему Норман не напомнил мне про этот момент. И нотариус Руфины — господин Леклерк — тоже ничего не сказал. Значит, теперь весь наш договор не имеет юридической силы! — в шоке произнесла я.
— Нет-нет, всё в порядке, — быстро заверил меня Джереми. — Документ составлен совершенно правильно. Тут в силу вступает наследственное право, понимаешь? Там всё по-другому. Ты рассуждаешь верно: отпускать невольников на свободу можно только через полгода после их приобретения. Но это касается лишь купли-продажи и дарения. Допустим, госпожа купила раба. Она видела, кого приобретает. Или ей раба подарили. Если невольник её не устраивает — она может отказаться от этого дара, не принимать его. А от наследства отказаться нельзя. Представь ситуацию: у женщины умирает мать, бабушка или тётушка, и по завещанию все рабы — в том числе больные, уродливые и престарелые, — переходят в её собственность. Что ей с ними делать? Она их видит впервые, и отказаться от них нельзя. Их никто не купит — кому они нужны? Разве что навесить на них ярлык отверженных и отправить на Арену, но это будет слишком жестоко. Она решает дать им вольную. Чтобы ей не пришлось целых полгода содержать этих дармоедов, то есть мужчин — обеспечивать их едой, одеждой, лекарствами и вообще всем необходимым, — в Наследственном кодексе специально прописали такую норму, что если кто-то приобрёл раба по завещанию, то имеет право отпустить его на свободу в любое время без ограничений.
— Ого, я этого не знала, — шумно выдохнула я с облегчением. — А на какой день обычно вступают в наследство?
— На следующий день после печального события, — ответил Джер.
— Ну что ж, разумно, — отозвалась я.
— Так что можешь не волноваться: твой договор с маркизой Рой в полном порядке. Норман и господин Леклерк своё дело знают, — подвёл итог Джереми, приближаясь вплотную. — Всё хорошо, Ната. Пойдём в постель, моя заботливая лапушка!
Подхватив на руки, он понёс меня на кровать.
Глава 66. Массаж
Натали
Наши отношения с Джереми стали интимными три месяца назад — как только мы переехали в Ривас. Правда, он всегда ласкал меня в компании с кем-то из разведчиков. А теперь всё изменилось..
— Наконец-то ты полностью моя, — довольно улыбнулся он, покрывая мягкими поцелуями шею.
— Джер, не надо.. — отстранилась я от него. — Прости, но сегодня я не в настроении.