Цитадель

Пахнет им.

— Как мне вас называть? — спрашивает он тем же хриплым голосом, который, очевидно, является его обычным голосом.

— Я Дел. Делейни, но все зовут меня Дел. Это моя сестра Брианна. А что насчет тебя?

— Коул.

— Спасибо, — говорю я, чувствуя странное смущение, словно мне хочется съежиться. — За то, что спас нас.

Он смотрит на меня. Не отвечает.

— Да, спасибо, — добавляет Брианна. Она переводит взгляд с меня на Коула, и ее брови сходятся на переносице. Я не уверена, что именно она видит, но она придвигается ближе к нему. — Если ты хочешь что-то взамен, я могу тебя трахнуть. Если ты заинтересован.

Она говорит это предельно ясно. Без колебаний. Никаких интонаций. Именно так она всегда помогала нам справляться с опасными обстоятельствами и корыстными мужчинами. Лучше предложить это добровольно, чем заставлять их брать это силой. Она всегда так говорила.

И я понимаю, что ее беспокоило. Ей не нравилось, как Коул смотрел на меня. Я не вижу на его лице ни намека на вожделение или восхищение. Несмотря на то, что мне двадцать лет — возраст, в котором я могу быть сексуальной партнершей по обоюдному согласию — я совершенно уверена, что он едва ли видит во мне женщину. Но он смотрел на меня, был сосредоточен на мне, а она всегда пыталась защитить меня от мужчин.

Поэтому она встает в промежутке между нами. Ради меня. Заслоняет меня своим телом от любой возможной опасности.

Это трогает меня, хотя и заставляет нервничать. Потому что она явно не может прочитать Коула так же хорошо, как я.

Он будет оскорблен ее предложением.

Я не ошибаюсь. Его губы изгибаются, и он откидывается назад.

— Не надо так, — резко говорит он.

Она хмурится и отстраняется.

— Прости, если я сделала что-то не так. Я просто предложила.

— Я таким не занимаюсь.

Ее губы приоткрываются.

— Сексом не занимаешься?

— Не пользуюсь преимуществом. Я не трахаюсь в качестве платы.

— О. Хорошо, — она встречается со мной взглядом, явно сбитая с толку, но не обеспокоенная таким неожиданным поворотом событий. — Если передумаешь, дай мне знать. Дел под запретом.

— Брианна, ты не обязана..

— Нет, обязана! — она прищуривается, глядя на меня. — Обязана. Нам приходилось мириться со всевозможными ужасными вещами, чтобы выжить, но я не собираюсь мириться с этим. Никто тебя не тронет, — она поворачивается к молчаливо задумчивому Коулу. — Если ты хочешь с кем-то потрахаться, можешь взять меня. Дел под запретом.

— Понял, — почти рычит мужчина. Он не сердится из-за границ, которые она устанавливает. Он оскорблен подтекстом.

— Он не хочет меня трахать, — тихо говорю я.

— Может быть. А может, и хочет. Я просто устанавливаю основные правила.

— Мы действительно ценим твою помощь, — говорю я ему. Уверена, он не обидится настолько, что бросит нас сейчас.

— Я отведу вас в более безопасное место, чем это, — бормочет он без тени улыбки на своем суровом лице. Я еще не видела, чтобы он улыбался.

Теперь я тоже понимаю, о чем он говорит. Он не предлагает стать нашим другом, партнером или постоянным защитником. Он отведет нас куда-нибудь, где сможет высадить, не испытывая чувства вины за то, что оставил нас умирать. А потом отправится своим путем.

Каким бы ни был этот путь.

Это нормально.

Он ничем не отличается от всех, с кем мы сталкивались за те годы, что были предоставлены сами себе. Избегайте людей, которые могут представлять для вас опасность, и обращайтесь к тем, кто может помочь. Это единственный способ выжить в этой жизни.

Прямо сейчас нам нужен Коул. Он — единственное, что обеспечивает нам безопасность. Поэтому мы можем оставаться с ним, пока не доберемся до места, где сможем чувствовать себя в безопасности без него.

Если такое место еще существует.

Глава 2

Я сплю лучше, чем ожидала — несколько часов не открывая глаз. Когда я наконец просыпаюсь, уже почти рассвело. Небо на горизонте начинает светлеть, видимое через широкий проем в церкви, где раньше были двойные двери, но еще оно недостаточно светлое, чтобы разбудить меня. Я не уверена, что именно меня разбудило.

Я сажусь, немедленно оценивая состояние Брианны, которая все еще крепко спит на полу рядом со мной. Однако Коула нигде не видно. Более тщательно осматривая темную комнату, я не нахожу его следов.

Даже его рюкзак исчез.

Дерьмо. Может быть, он ушел ночью. Он покончил с нами, но не хотел говорить это прямо.

Я вскакиваю на ноги и выхожу на улицу, чтобы обойти церковь по периметру.

Если Коул ушел, значит, он ушел. Я ничего не могу с этим поделать.

Мы справимся сами. Мы уже справлялись раньше.

Просто с ним было намного безопаснее.

Я обхожу церковь и почти добираюсь до двери, когда из-за леса с одной стороны здания выходит фигура.

Коул. Такой же большой, суровый и грозный, каким был вчера. Все в той же одежде.

— Что ты делаешь? — требовательно спрашивает он, направляясь к тому месту, где я остановилась.

— Я проснулась. Думала, ты ушел.

На одном плече у него висит рюкзак. Может, это привычка — всегда брать его с собой так же, как я беру свою сумку.

— Ты думала, я ушел? — теперь его голос звучит еще более хрипло, чем обычно.

— Да! Ну то есть, тебя там не было, — я пожимаю плечами, не зная, как к этому отнестись. Я едва знаю этого мужчину. Само собой, ему не покажется странным, что я рассматривала возможность того, что он может сбежать. — Я не знала.

— Я был здесь.

— Теперь я понимаю, — я с трудом сглатываю. Затем указываю в сторону леса. — Я пойду.. — полагаю, он знает, что мне нужно в туалет; вероятно, он сам этим и занимался там чуть раньше.

— Не уходи далеко.

Я бросаю на него сердитый взгляд через плечо, потому что он командует мной. Чтобы командовать, у меня есть Брианна. Мне не нужен еще один командир.

Но я прислушиваюсь к его совету и не захожу далеко в лес, в итоге найдя подходящее дерево и сняв джинсы, чтобы присесть на корточки и пописать.

У меня не так много мочи. Вчера я почти не пила.

Когда-нибудь, возможно, я поселюсь там, где питьевая вода будет более доступной. У нас было достаточно воды только потому, что у Фрэн имелось устройство, которое опресняло океанскую воду и делало ее пригодной для питья, но это была небольшая система, и поэтому наши запасы всегда были ограничены.

У Коула с собой фляга, а у нас с Брианной осталось больше пол-бутылки воды. Но этого не хватит надолго. Конечно, на суше есть более хорошие способы раздобыть питьевую воду.

Я думаю об этом, возвращаясь через лес к церкви. Когда ни с того ни с сего меня хватает чья-то рука, я не получаю никакого предупреждения.

Я вскрикиваю от страха и пытаюсь вырваться из его хватки.

Хватка, однако, слишком сильная. Я не могу освободиться.

Паника быстро нарастает, но проходит, как только я поднимаю голову и вижу, что меня схватил Коул.

— Какого хера? — выдавливаю я.

— Я же просил тебя не уходить далеко. А что, если бы я был незнакомцем?

— Ты не незнакомец! Ты мудак. Отпусти меня!

— Тебе нужно быть осторожнее. И тебе нужно научиться защищаться.

— Я защищаюсь, убегая.

— Это хорошая стратегия, — говорит он, кивая, что доказывает, что он воспринимает мои слова всерьез. — Но это не сработает, если тебя уже схватили. Ты больше не на маленьком безопасном острове посреди моря. Тебе нужно быть начеку.

Он все еще крепко держит меня за руку, поэтому я стряхиваю ее и потираю, хотя на самом деле он не причинил мне боли.