Страница 27 из 32
– Так ты мне больше нравишься. Без косметики и с распущенными волосами.
– Без косметики и непричесанная? – изумленно переспросила Кэролайн.
– Да, такой, как тебя задумала и создала мать-природа, – подтвердил он.
С Дереком все было иначе, вдруг подумала Кэролайн, скривившись от неприятных воспоминаний, точно от зубной боли. Покойный муж терпеть не мог, когда она ходила, как он говорил, «распустехой». Ему нравилось, когда Кэролайн расхаживала в вычурных, неудобных вечерних нарядах, с толстым слоем косметики на лице и волосами, закрученными в самые сложные и причудливые сооружения. Дэвид прав: для Дерека она была всего лишь безвольной игрушкой его прихотей. Ей не дозволялось иметь ни собственного голоса, ни даже права на него.
– Ты любила его? – внезапно спросил Дэвид. Кэролайн вздрогнула, в недоумении уставившись на него. – Я имею в виду Дерека, – пояснил он. – Хотя бы в самом начале, ведь ты все-таки согласилась выйти за него замуж. Так ты его любила?
Дэвид, должно быть, читал ее мысли! А может, просто все написано у нее на лице? Кэролайн смущенно опустила глаза и заметила, что ее руки дрожат.
– Тогда мне казалось, что любила, – задумчиво ответила она. – Я была просто глупой девчонкой. Меня ослепили его красота, ловкость, умение обращаться с девушками. И мне казалось, что он влюблен в меня. – С застывшей на губах улыбкой она заставила себя посмотреть Дэвиду в лицо. – Но просто он был актером… Актером до глубины души…
– Не хочешь рассказать мне обо всем? – мягко поинтересовался он.
Кэролайн понимала, что Дэвид хочет все знать о ней не просто ради праздного любопытства. Понимала она и то, что откровенная исповедь перед ним поможет ей избавиться от мучительных страхов, которые уже год не выпускали ее из своих когтей.
– В тот год я только что окончила школу, – начала она свою историю. – Как ты сам помнишь, я была не очень-то прилежной ученицей. Я радовалась, что школа и уроки, наконец, остались позади. – Она вздохнула. – Мама и Александер уехали в путешествие, а меня решили отправить в лыжный поход по Французским Альпам. Там-то я и встретила Дерека. Он вел себя так, как будто был действительно влюблен в меня. И я тоже стала внушать себе, что люблю его. Ведь я привыкла, чтобы обо мне кто-то заботился. А он, казалось, словно только об этом и мечтал всю жизнь. Боже, какой я тогда была дурочкой!
Кэролайн закрыла глаза, погружаясь в прошлое.
– После того как мама и Александер погибли, – продолжала она, – Дерек заботился обо мне, как родной, ни на шаг от меня не отходил. Ты в то время уезжал куда-то в Японию, а он постоянно был рядом со мной, утешал, успокаивал меня, будто нянька. Теперь-то я понимаю, что он просто хорошо играл роль, боясь упустить такой прекрасный шанс разом стать богатым. Но в, то время я была совсем юной и одинокой, мне казалось, что я влюблена… – Она состроила гримасу. – Замужество казалось мне лучшим решением всех моих проблем.
Чувствуя за собой вину перед ней, Дэвид помрачнел.
– Меня задержали всего на пару дней. Если бы я вернулся пораньше, если бы я смог тебя остановить… – Не окончив фразу, он махнул рукой.
– Никогда не говори "если бы" – это правило я запомнила на всю жизнь. Ведь ты же пытался, – заступилась за него Кэролайн. – Вспомни, ты старался, но не смог.
– Нет, Кэрри, – грустно покачав головой, возразил Дэвид. – Если бы я пытался по-настоящему, у меня бы все получилось.
– Не понимаю, каким это образом? – спросила Кэролайн трясущимися от страха губами. До нее начинало доходить, что имел в виду Дэвид.
– А вот таким, – пробормотал он и наклонился к ней.
Это был нежный, чувственный и волшебный поцелуй. Именно такого ждала от него Кэролайн все последнее время, не признаваясь себе в этом. Ее сердце сжалось в комок, когда Дэвид, не прерывая поцелуя, нежно привлек ее к себе. Она почувствовала, как ослабли ее ноги, как сладко заныла внезапно напрягшаяся грудь и закружилась голова.
– О Дэви, – едва выдохнула Кэролайн, обнимая его за шею.
От поцелуя по ее телу разливалось горячее тепло. Когда Дэвид, осторожно подхватив ее, опрокинул на ковер, она не сопротивлялась. Черные глаза Дэвида мерцали таинственным блеском. И вдруг Кэролайн испугалась, что он снова отступит. Еще одного раза она не перенесет.
Сжав лицо Дэвида между ладоней, она стала с неистовой страстью целовать его. И тут же – услышала, как он сдавленно вздохнул, словно, наконец, получил ответ на вопрос, который никак не решался задать ей. Ее поцелуи, становившиеся все более горячими и настойчивыми, были ему лучшим ответом. Он с жадностью приник к ее губам, точно требуя большего. И ей самой, хотя она никогда еще не испытывала такого наслаждения от поцелуя, тоже стало ясно, что этого слишком мало.
Почувствовав ее состояние, Дэвид протянул руку и стал расстегивать блузку. Когда застегнутой осталась только последняя пуговица, он вопросительно взглянул на Кэролайн. Но ей хотелось, чтобы он не останавливался, ни на секунду. Она желала, чтобы приятное жжение, которое она почувствовала внутри себя, разливалось дальше по телу, чтобы…
Теперь ее блузка была совсем расстегнута. Дэвид осторожно стянул легкую ткань с плеч Кэролайн, взволнованно глядя на ее полную и упругую грудь, приподнятую кружевным бюстгальтером. Наклонившись, он высвободил левую грудь из-под чашечки лифчика и сжал губами напрягшийся сосок.
Кэролайн даже вскрикнула от удовольствия. Сладкая боль пронзила ее тело, словно электрический удар. Трясущимися от возбуждения руками она стала быстро расстегивать его рубашку, но Дэвид остановил ее.
– Не торопись, дорогая, – прошептал он.
В замешательстве она отстранилась, недоумевая. Желание, охватившее ее, становилось нестерпимым: каждая клеточка тела горела, требуя новых, еще более смелых ласк.
– Мне казалось…
– Гм, – только и произнес он, не переставая целовать ее грудь. – Что тебе показалось, Кэрри?
– Что ты собираешься заняться со мной любовью… – неуверенно прошептала она.
– И что же?
– Это повлекло бы за собой лишние, совершенно ненужные хлопоты, как для тебя, так и для меня, – переведя дух, прерывисто выпалила Кэролайн. – Не ты ли сам говорил это?
– Неужели я мог сказать такую чушь? – хрипло пробормотал Дэвид. – Правда?
Она восторженно застонала, когда его рука нежно скользнула по ее спине, чтобы расстегнуть застежку лифчика. В следующее мгновение ее грудь освободилась из кружевного плена. Блузка и лифчик ту же полетели на ковер. Теперь на ней оставались лишь юбка и трусики. Увидев ее обнаженное тело, Дэвид замер в восхищении.
– О дорогая, – срывающимся от желания голосом прошептал он. – Знаешь ли ты, что я ни одной ночи спокойно не спал с тех пор, как ты поселилась у меня? Я представлял, как сжимаю тебя в своих объятиях. Ты была совсем рядом… и все же…
И он стал покрывать бесчисленными пылкими поцелуями все ее тело, погрузив Кэролайн в состояние восхитительного, бесконечного блаженства. Скользя по ее нежной коже, его пальцы медленно и деликатно пробирались все ниже, пока не добрались до шелковых трусиков.
– Дэвид, – выдохнула Кэролайн. Ее внезапно сковал страх – страх перед тем, что может повториться боль и позор ее встреч с Дереком.
– Что? Что такое?
– Пожалуйста, – умоляющим голосом прошептала она, сама не зная, о чем просит его.
– Нет, – с жаром возразил он, истолковав ее слова по-своему. – Погоди еще немного… совсем немного…
И его пальцы продолжили свой путь, проникнув под тонкую шелковую ткань. Кэролайн замерла, а затем дернулась от неведомого ей ранее сладостного ощущения. Ей внезапно стало страшно, что оно сейчас исчезнет, сменившись привычным напряжением и невыносимой болью. Дэвид почувствовал, как ее тело пылает под его искусными ласками. Оторвавшись от Кэролайн, он немного отодвинулся и поглядел на нее. Ее глаза были зажмурены, лицо горело, а на лбу выступили крошечные бусинки пота.
– Дорогая, по-моему, нам пора отправиться в постель. Не возражаешь?