Страница 18 из 32
– Кэрри, неужто ты так наивна? – жестко спросил Дэвид. – Давай говорить серьезно: на что ты рассчитываешь?
– Ну… – нерешительно протянула Кэролайн, желая поскорее покончить с этим вопросом, – маленькая квартира в Лондоне, мне кажется, вполне подойдет.
– И я, по-твоему, должен купить ее для тебя?
– В общем да.
– Ясно. – Его лицо оставалось непроницаемым. – Допустим, я так и сделаю. Но на что ты собираешься существовать, милая моя?
– Я думала… – Тут она запнулась. Боже правый, своим вопросом он просто припер ее к стенке!
– И что же ты думала, Кэрри?
– Что ты, возможно, положишь мне небольшое содержание… – Заметив в его глазах откровенное осуждение, она скомкала конец фразы. – Так, совсем пустячное…
– Понятно, – сухо изрек Дэвид и мрачно замолчал. Когда он снова заговорил, его голос звучал жестко: – Как я понял, Кэрри, все, что тебе нужно от меня, так это "маленькая квартира и пустячное содержание". Я тебя правильно понял или нет?
– А вот хамить вовсе необязательно, – угрюмо буркнула она. – По-твоему, выходит, что я корыстная и расчетливая бездельница.
– А разве это не так? – елейным голосом пропел он. – Я ведь только повторил твои собственные слова. А что, по-твоему, я должен был о тебе подумать?
Кэролайн раздраженно тряхнула головой.
– А почему бы тебе и не сделать что-то для меня? Ты бы не обеднел! Все знают, что ты феноменально богат!
– А ты феноменально избалована, Кэролайн! Ответь мне откровенно: на какую помощь от меня ты рассчитываешь? На бескорыстные подарки доброго дяди или же на услугу в порядке взаимности?
– Я еще об этом не думала, – ответила она, закусив губу.
– Естественно! – Он, не мигая, смотрел на нее.
– Так ты не хочешь помочь мне?
Дэвид улыбнулся ей безмятежной улыбкой, от которой Кэролайн сделалось не по себе.
– Раз я сказал, что помогу тебе, значит, так оно и будет. Но на подачку не рассчитывай.
– Подачку? – от души возмутилась Кэролайн.
– Да, ты не ослышалась. – Дэвид сердито смотрел на нее. – Послушай, Кэрри, ты обиделась, что я назвал тебя бездельницей. Но ведь так оно и есть! Ты с раннего детства привыкла жить в роскоши, привыкла к тому, что все плывет тебе в руки, стоит только пожелать. В результате ты свято уверилась, что мир существует ради твоего удовольствия.
– Я не намерена больше слушать твои оскорбления! – В гневе Кэролайн вскочила со стула, оттолкнув его ногой.
– Вот в этом-то ты как раз ошибаешься, золотко! – торжественно возразил он. – Боюсь, тебе придется выслушать все до конца. Тебе больше не к кому обратиться, или я не прав? Пожалуй, Дерек все-таки сделал одно доброе дело, избавив тебя от больших денег, которые, останься они при тебе, быстро превратили бы тебя в законченную паразитку. Пришло время вступать во взрослую жизнь, Кэролайн, и жить как все нормальные люди.
– Похоже, ты очень доволен, что я теперь нищая, да? – злобно прошипела Кэролайн, с трудом сдерживая желание вцепиться ему в физиономию. – Небось, ждешь, не дождешься, когда я на коленях приползу к тебе, умоляя дать мне денег? Так знай: этого никогда не случится! Лучше я с голоду умру, чем попрошу тебя о чем-нибудь, Дэвид Редферн!
– А что, вполне привлекательная перспектива, – насмешливо проговорил он. – Но даже если ты, наступив на собственную гордыню, и приползешь ко мне на коленях, то все равно от меня ничего не получишь. Так и знай.
– Значит, ты врал! Подлый обманщик! Ты вовсе и не собирался помогать мне!
– Почему же? – Дэвид покачал головой. – Я помогу тебе. И сделаю для тебя намного больше, чем ты можешь представить. Когда-нибудь ты еще будешь благодарить меня за это.
– Я тебя не понимаю, – смутившись, пролепетала Кэролайн. На секунду у нее мелькнула шальная мысль: не собирается ли Дэвид сделать ей предложение?
– Позволь мне объяснить. Ты будешь получать деньги, как большинство других людей. То есть зарабатывать их.
– Но, как и где? – поразилась она. – Я ведь ничего не умею! Кто же примет меня на работу?
– Как "кто"? – В непроглядно-темных глазах вспыхнул насмешливый огонек. – Конечно, я. А кто же еще?!
6
– Я просто поверить не могу во все то, что сейчас происходит! – упрямо воскликнула Кэролайн.
В ответ она услышала знакомый низкий, дразнящий смех Дэвида. Это привело ее в ярость. Нет, не станет она больше ни о чем с ним говорить! На любое ее заявление у него находились сотни насмешек и подначек. Казалось, все ее неудачи только веселят его.
– А почему ты это вообразила? – небрежно спросил он, нажимая на педаль акселератора. – Тогда посмотри в окно. Как видишь, вокруг тебя самый обычный пейзаж, ничего фантастического.
– Ты знаешь, что я не об этом говорю, – буркнула она и, насупившись, стала наблюдать, как по мере их быстрого приближения к Лондону вспаханные поля и деревни постепенно сменяются асфальтовыми дорогами и многоэтажными домами.
Со дня похорон Дерека прошло всего два дня, но как много изменилось за это время! А причиной тому был не кто иной, как Дэвид. Он принадлежал к той породе мужчин, которые имеют над окружающими – особенно женщинами – просто магическую власть и кроят их жизнь по своему усмотрению. Но не только его целеустремленность поражала ее. За последние сорок восемь часов она узнала о нем столько нового! О многих чертах его характера Кэролайн раньше даже и не подозревала. Все-таки Дэвид Редферн – это человек, сотканный из противоречий: то жестокий и властный, то мягкий и заботливый. Вспомнить хотя бы, чем кончился день похорон: тогда она отказывалась идти спать, не желая объяснять причины. Дэвид не стал приставать к ней с расспросами – только подложил дров в камин, позволив ей, молча сидеть в кресле с бокалом бренди и пытаться разобраться в своих мыслях и чувствах. Сам же он устроился на диване с дурацким детективом в руке и казался целиком поглощенным чтением этой кровожадной чепухи.
Кэролайн невидящим взглядом уставилась на весело пляшущее в камине пламя и окунулась в печальные воспоминания о Дереке – ими она не хотела делиться ни с кем, даже с Дэвидом. Потом, когда она, не в силах побороть дремоту, начала зевать во весь рот, он ушел на кухню и вернулся оттуда с чашкой душистого травяного чая. После того как она выпила этот отвар до последней капли, он властно потребовал, чтобы немедленно отправлялась спать. И действительно: ее глаза давно слипались, а голова все время клонилась набок. Но, несмотря на сонливость, она все, же старалась угадать, не захочет ли Дэвид отнести ее в спальню на руках, и была крайне раздосадована, когда вместо этого он коротко пожелал ей спокойной ночи и снова углубился в чтение.
Войдя в спальню, Кэролайн обнаружила, что камин жарко пылает и в комнате витает приятный, успокаивающий аромат: видимо, Дэвид подбросил в огонь яблоневые поленья и еловые сучья.
Сонным голосом, пробормотав неизвестно для кого "спокойной ночи", она выключила свет. И едва голова коснулась подушки, как сон мгновенно одолел ее. Впервые за много дней Кэролайн спала глубоко и спокойно, без тревожных снов и частых пробуждений.
На следующее утро они не пошли в банк на встречу с мистером Кендаллом, как это было запланировано. Наоборот, Дэвид настоял, чтобы менеджер сам приехал к ним в дом, что, к изумлению Кэролайн, тот и сделал почти незамедлительно. Все документы были уже готовы, и они сели за большой обеденный стол, заваленный множеством бумаг.
На Дэвиде в тот день была белоснежная рубашка, рукава которой он по своему обыкновению высоко закатал. Белизна материи великолепно оттеняла его бронзовую кожу и угольно-черные волосы. Великолепно выспавшаяся Кэролайн, подкрепившись за завтраком крепким кофе и двумя тостами с мармеладом, чувствовала себя на редкость бодро.
Однако ее прекрасное самочувствие неожиданно принесло с собой и осложнение: теперь она с трудом могла находиться в одной комнате с Дэвидом, ибо ее неудержимо тянуло к этому удивительно красивому и обаятельному мужчине. Пожалуй, призналась себе Кэролайн, ее всегда, с тех пор как она вышла из детских лет, влекло к нему. Просто она гнала от себя такие мысли. А может, это его поцелуй разжег в ней страсть? Прямо как в сказке: принц поцеловал спящую принцессу, и она тут же ожила. Кэролайн привыкла считать, что Дерек был прав – она действительно неполноценная женщина, не способная испытывать чувственные желания и радость от близости с мужчиной. Сейчас, обнаружив, что это совсем не так, она была поражена до глубины души. Все оказалось иначе: любое, самое обыденное движение или совершенно обычный жест Дэвида вызывали у нее чувственную дрожь. Поэтому она была очень рада приходу мистера Кендалла: это хотя бы на время давало ей возможность забыть о Дэвиде и сосредоточиться на других мыслях. И пусть математика была для Кэролайн самым нелюбимым предметом в школе – она заворожено следила, как Дэвид и мистер Кендалл, оперируя астрономическими цифрами, оживленно обсуждали ее финансовое положение.