Спасение Веракко

Веракко пытался найти объяснение, но ничего не пришло в голову. Он смотрел на её лицо и вздрогнул. Она была в ярости, но в глубине её взгляда он видел боль. В начале она не осознавала это, но боль от его предательства теперь стала явной.

— Я встречался с Зиритой всего несколько раз. Этот контракт теперь ничего не значит, — он отчаянно старался убедить её. Как заставить её понять?

Она остановила своё метание и сделала несколько шагов в сторону, по её щеке пробежала слеза, обжигая его изнутри.

— Ладно, ответь на один вопрос. Что если бы твои глаза не изменились? Что тогда бы произошло?

— Я… — Веракко замолчал, сжав челюсть. Разве не над этим он размышлял последние три дня? До того, как он узнал о смене цвета глаз, он не знал, что будет делать.

Лили кивнула, её подбородок задрожал. — Это то, о чём я думала. Ты бы женился на ней, правда? Когда бы ты мне сказал правду? Когда мы пришли бы в город? Прямо перед свадьбой? Ты бы тянул время до последней минуты, чтобы выиграть время для себя? — Она покачала головой и отошла от него вниз по склону дюны. — Одно я знаю точно. Если это то, что делают родственные души на этой планете, мне это не нужно.

Она отстранялась от него как физически, так и эмоционально. Он видел, как её лицо становится бесстрастным. Веракко почувствовал, что теряет её.

— Я не знал, что ещё делать, мивасси! — закричал он, хватаясь за голову обеими руками.

— Это слово! — Ярость вновь вспыхнула на её лице. Её шаги стали неуклюжими, когда она ускорила движение вниз по склону дюны. — Ты обручен! Я — альтернативный вариант.

Лили споткнулась, и глаза Веракко устремились вниз к её ногам. Холодный ужас пронзил его при виде волнообразного движения на земле. Он поднял руки.

— Лили, стой на месте, ты…

— Нет! Ты… — Большой фиолетовый бутон поднялся за её спиной, его толстый стебель выполз из песка, и лепестки начали раскручиваться. Ещё одна слеза прокатилась по её щеке, и она сосредоточилась на его глазах. — Твои глаза. Они снова изменились.

Он рванулся к ней так быстро, как только мог, но позволил ей отойти слишком далеко. Её глаза расширились, и она повернулась, когда лепестки разошлись, открывая длинный, смертоносный шип. Промелькнуло движение, и Лили рухнула на колени.

— Нет! — Веракко взревел, успев поймать её, прежде чем она упала на землю. — Лили? Лили? — закричал он, оттаскивая её от зловещего завитка стебля растения, готового втянуть её под землю и высосать всю влагу из её тела.

— Что это было? — прошептала она, её глаза то расширялись, то тускнели.

— Держись, Лили, — он качался с ней, как будто этим мог отогнать боль, словно кто-то вырвал его сердце из груди.

Её глаза на миг раскрылись, но затем снова затуманились.

— Чёрт! — Веракко поднял её на руки и побежал. Нужно было доставить её в город. К врачу. Веки Лили медленно закрылись, и она обмякла.

— Оставайся в живых. Оставайся в живых. Оставайся в живых, — он твердил снова и снова, вложив в это требование всю силу, какую только мог собрать.

Будто вселенная почувствовала важность скорости, его темп внезапно возрос. Его ноги несли его через пустыню быстрее, чем когда-либо. Не останавливаясь, он посмотрел на свои руки и увидел ярко-синие отметки, словно насмехающиеся над ним.

Глава 16

— Ещё чуть-чуть, — гремели битые слова и фразы в её голове, пытаясь обрести порядок. Лили пыталась думать, несмотря на огонь, пронзающий её вены. Веракко? Это был его голос?

— Оставайся в живых, мивасси.

— Я умираю? — Она хотела плакать и потеть, чтобы избавиться от жжения в венах, но сил больше не было. Каждая часть её тела казалась сморщенной и обветренной. Горький привкус задержался на языке, а кислота жгла горло.

— Мне нужно, чтобы ты была здесь со мной, Лили. Я не хочу быть там, где нет тебя.

— Я здесь.

Колющие волны тошноты пронзили её живот, а затем всё потемнело.

***

— Помогите ей! — рёв ударил по её барабанным перепонкам, проникая в мягкие ткани её мозга.

Вокруг доносились приглушённые разговоры, но она не могла разобрать ни слова. Жгучий жар внутри утих, оставив её изнутри хрупкой. С каждым вдохом ей казалось, что ещё одно ребро ломалось пополам, и она уже не хотела дышать.

— Оставайся в живых. — Приказ снова прозвучал в её сознании, и она ухватилась за него.

Что-то вонзилось ей в шею, и она закричала от боли. Почти на грани сознания, она пыталась открыть рот, чтобы попросить остановиться, но почувствовала только вкус крови.

***

Холодно. Здесь было так холодно. Всё её тело дрожало, сильные спазмы встряхивали её ломящиеся кости. Она открыла глаза, но всё казалось словно через янтарь: искажённым и окрашенным в ужасный оранжевый цвет.

Она протянула руки, преодолевая вспышки боли и неумолимую тошноту, и ощутила холодную, твёрдую поверхность в нескольких дюймах справа. Она потянулась влево и нашла ещё одну поверхность.

— Веракко, — попыталась крикнуть она, но получилось лишь хриплое шептание.

Она подняла руки над головой и поняла, что она окружена со всех сторон. Сердце забилось быстрее, и с каждым ударом осколки стекла резали её изнутри. Паника захлестнула её, и она начала метаться, преодолевая боль. Я в ловушке. Это гроб? Почему я ничего не вижу?

Жгучие рыдания разорвали ей горло. Слёзы, скапливавшиеся в её глазах, казались кислотой. Дыхание стало частым и коротким. Недостаточно воздуха!

— Веракко! — закричала она изо всех сил и забила руками по гробу.

Внезапно вокруг раздался громкий грохот, потом заскрипел металл и разлетелось бьющееся стекло. Он идёт за ней, она знала это.

Внезапно вокруг неё собралась прохладная дымка, и её руки бессильно упали.

Глава 17

— Я не могу уйти! — Веракко вцепился пальцами в волосы, почти крича, глядя на Лили, которая спокойно лежала в медблоке.

— Тебе нужно поговорить с королевой. У тебя есть метки! Её нужно оповестить, — возразил Дэзи. — Она в стабильном состоянии. Я оставлю её под наркозом немного дольше, чтобы убедиться, что её кровь полностью очищена.

Он сделал шаг к двери, но узел в его животе заставил его остановиться.

— Я не могу показывать их матери, Дэзи. Она заставит Лили остаться со мной.

Дэзи, врач, назначенный работать в его здании, оглядел комнату, как будто искал кого-то, кто скажет что-нибудь разумное.

— И правильно сделает! Эта человеческая женщина — твоя пара. Об этом должен знать весь город. Ты понимаешь, насколько это важно?

Веракко хрипло засмеялся, чувствуя, как у него дёргается мышца под глазом.

— Конечно, понимаю! Я бы хотел пронести её через весь город и объявить каждому встречному, что она моя пара, но всё не так просто. — Он снова потёр шею и посмотрел на Лили. — Ты не видел, как она на меня смотрела. Она не готова к этому. Люди не чувствуют связь так, как мы. Я даже не уверен, что они её чувствуют вообще. Для неё я просто мужчина. Тот, кто от неё что-то скрывал. — Он оглядел синие метки, пересекающиеся у него на запястьях и руках. — Она не понимает, насколько они значительны, а если моя мать заставит её остаться со мной, не дав времени привыкнуть к этой мысли, она возненавидит меня.