Плохой Слон

— Вы лишили Лилу возможности жить нормальной жизнью, а это же самое необходимое, черт возьми. Вы заставили весь мир думать, что она неспособна, хотя на самом деле она единственная из ваших детей, кому я бы позволил работать с тяжелым оборудованием .

— Я дала ей все, что ей было нужно, — возразила она. — Мой единственный грех заключался в том, что я пыталась защитить ее от таких мужчин, как вы .

— Мужчины, как я, неизбежны . Я поправил манжеты.

— И что бы она делала? Ходила в школу? Нашла бы себе парня? — фыркнула Кьяра. — Зачем показывать ей нормальную жизнь, если она никогда не сможет ее иметь? Она была бы несчастна .

— Ее жизнь была несчастной. Ты отрезала ее от всех, кроме себя .

— У нее была Имма , — сказала она в свою защиту, обнимая себя. — И много репетиторов. Лето, полное культуры и развлечений на Искье...

— Ничего, что подготовило бы ее к семейной жизни , — перебил я ее.

— Если бы мой план сработал, в этом не было бы необходимости . Ее руки сжались в гневные кулаки. — Она не должна была выходить замуж за психопатического монстра .

— Но вот мы здесь .

— Не надолго . Улыбка расплылась по ее губам. — Этот брак не продлится долго .

— Рад, что ты затронула эту тему . Я сделал шаг вперед, вторгшись в ее личное пространство. — Потому что в следующий раз, когда ты попытаешься заговорщически отнять ее у меня, мы будем меньше разговаривать и больше засыпать твое тело землей .

Мы стояли лицом к лицу. Она была маленькой, но яростной, как и ее дочь. Под уложенными волосами, дизайнерским платьем и нежными чертами лица скрывался прекрасный демон, которого Велло был слишком труслив, чтобы выпустить на свободу. Его потеря. Я хотел глотать тьму Лилы большими глотками.

— Ты хочешь, чтобы я поверила, что ты ударишь женщину? Она подняла подбородок в притворной браваде.

Мой рот искривился в ленивой ухмылке. — Чтобы сохранить свою жену, Кьяра, я не только ударил бы женщину, я бы преследовал самого Бога с чертовой бейсбольной битой .

— Ты сказал Велло, что не убьешь меня .

— Я солгал .

— Ты развяжешь войну .

— Это стимул, а не сдерживающий фактор . Я глубоко посмотрел ей в глаза. — Еще что-нибудь?

— Перестань притворяться, что она тебе небезразлична . Она в отчаянии толкнула меня в грудь. Я не сдвинулся с места.

— Почему? Больное место? Я наклонил голову вбок. Она явно была для дона не более чем дорогой маткой.

Она провела дрожащей рукой по волосам. — Трудно поверить, что Иисус умер за твои грехи .

— Никто его не просил .

— Ты пришел в эту семью две минуты назад и уже думаешь, что знаешь, что для нее лучше? Скажи мне, ты действительно заботишься о ее благе, раз планируешь полномасштабную войну с Братвой?

Она была права. Лила не была моим главным приоритетом. Но она пробилась где-то в середину списка. Перед тем, как потрахать ее, но после того, как разделаться с Братвой.

— Не притворяйся, что заботишься о ее благе . Она настаивала. — Она для тебя ничего не значит .

— Ты ошибаешься. Она для меня много значит. Она — моя лучшая сделка за долгое время, и я намерен выполнить свою часть соглашения .

— Это та же сделка, которую Велло заключил со мной, и мы все видели, чем она закончилась . Ее глаза наполнились слезами. — Она заслуживает того, кто ее любит .

— Она согласится на того, кто ее защитит. О, и я заберу Имму сегодня, даже если придется вырвать ее из твоих холодных мертвых рук. Имма . Я громко щелкнула пальцами. Имма появилась из коридора, высунув голову из дверного проема. Я знал, что она подслушивала, потому что ее лицо то и дело появлялось в щели двери, когда она думала, что никто не смотрит.

— Кто-то меня звал? — спросила Имма, притворяясь невинной и с сильным итальянским акцентом.

— Собирай вещи , — приказала я, не отрывая взгляда от Кьяры. — Ты едешь с нами .

— Где ты ее поселишь? — притворно удивилась моя теща. — В твоей крошечной квартирке не поместится даже мышь .

— Она займет комнату Лилы .

— Конечно , — фыркнула Кьяра. — А где будет спать Лила?

— Со мной .

— Почему ты думаешь, что моя дочь опустится до такого?

— Потому что она уже опустилась .

Лила ворочалась, не спала всю ночь, но вчера не покидала мою постель.

Кьяра раскрыла рот. Я протянул палец и закрыла его за нее.

— Игра. Сет. Матч .

ГЛАВА 25

ЛИЛА

На этот раз я действительно переборщила.

Мама даже не смотрела на меня.

Остаток вечера она не признавала моего существования.

Что же ей сказал Тирнан?

От этого у меня в животе закружилось от паники, чувства вины и еще чего-то, чего я не считала себя способной испытывать — от ненависти.

Я ненавидела то, что она рушилась, как песчаный замок, когда дела шли плохо. То, что она отстранилась от меня, потому что я сделала самое естественное в мире — пообщалась с мужем и открылась ему.

В ту ночь я снова забралась в постель мужа. Мне это не так сильно не нравилось, как мама мне предсказывала. Мне даже нравилось, что рядом со мной лежало крепкое, горячее тело. Я чувствовала себя в безопасности.

А теперь у меня была Имма в соседней комнате. Она будет со мной, заполнит все те часы, которые я проводила днем, сидя в интернете. Я почувствовала, как меня захлестывает незнакомое чувство к мужу. Где-то между вожделением и привязанностью, с добавлением сильной дозы разочарования.

Я, как обычно, ворочалась, пока где-то в три часа ночи Тирнан не повернул меня к себе лицом. Он выглядел бодрым. Он все еще носил повязку на глазу, хотя я подозревала, что обычно он снимал ее на ночь. Она казалась неудобной, и он часто поправлял ее, обнажая отпечаток веревки, которая ее держала.

— Что не так? — спросил он.

— Ничего , — ответила я. — Я не очень хорошо сплю по ночам .

— Всегда или с момента изнасилования?

— С момента изнасилования , — призналась я. — Я боюсь, что он снова придет за мной .

— Желай этого, Gealach . Потому что если он придет, я найду способ убить его сто раз .

Я слегка улыбнулась ему. Он по-прежнему был невыносим, но, как ни странно, я чувствовала себя в безопасности. Я не заметила, что разбудила его.

— Если ты хочешь, чтобы я вернулась в свою спальню...

Он схватил меня за запястья, не давая мне закончить фразу. — Забудь про другую комнату. Теперь это твоя новая кровать .

— Хорошо .

— Я могу что-нибудь сделать, чтобы ты меньше нервничала?

— Ну...

Я поняла, что единственная причина, по которой я могла читать по его губам в почти полной темноте, заключалась в том, что они были для меня самым увлекательным явлением на планете Земля. Я хотела нарисовать их тысячу раз и запечатлеть в своей памяти. Прикоснуться к ним. Даже... поцеловать их. Иногда.

Он был прекрасен. И у меня было ощущение, что я тоже нравлюсь ему. Я даже испытывала извращенное удовольствие, понимая, что он нарядил Бекки в мою одежду, чтобы она выглядела как я.

Тирнан посмотрел на меня с недоумением, все еще ожидая моего ответа.

— Я ничего о тебе не знаю. Может, если бы я знала, спать в твоей постели было бы не так странно .

— Что ты хочешь знать? Он повернулся к тумбочке и включил мягкий свет.

— Любимая еда?

— Вяленое мясо .

— Любимый цвет?

— Нет .

— Должен быть , — настаивала я. — У всех есть .

Он пристально посмотрел мне в глаза в темноте, а потом наконец сказал: — Синий .

— Когда ты приехал в Соединенные Штаты?