Страница 23 из 147
— Ты говоришь про совесть, как про какой-то прыщ, — мрачно сказал Дегатти.
Клад пришлось поискать. С тех пор минуло пять лет, Лахджа помнила место только приблизительно, да корабль еще и угодил в расщелину. В Тхай-Тхий-Тхагекаше дно ими просто испещрено — кругом сплошные трещины и гейзеры.
Бллрки любят тепло. Они потому и встречаются так редко, что в холодной воде им некомфортно. Жить еще могут, а вот растить детей уже никак.
Кошель оставили на острове в самом центре Тхай-Тхий-Тхагекаша и начали подводные вылазки. Дегатти напялил дыхатель и предложил второй Лахдже, но та вежливо отказалась. Свободно дышать она могла в любой стихии.
Вместо коня волшебник в этот раз приспособил рыбку. В аквариуме та выглядела крохотной, размером с аквариумную, но когда ее выпустили в океан — выросла размером с белугу. Дегатти ухватился за нее, как за подводный скутер, и пошел за Лахджой в глубину.
Процесс затянулся. Первые дни они бороздили дно усердно, но потом стали все больше отлынивать. Причем оба, как-то не сговариваясь. Почти все фамиллиары тоже выбрались из кошеля, обустроили на пляже временный лагерь. Конь пасся на свежей травке, енот варил уху и жарил барбекю на открытом огне, а кот и пес дожидались, пока он отвернется, чтобы слямзить очередной кусок.
— Ох, даже не знаю, что сделаю, если ты меня обманула, — лениво говорил Дегатти, лежа в гамаке и кормя попугая орешками. — Упаси тебя Кто-То-Там мне солгать.
— Да зачем мне тебе врать-то? — хмыкала Лахджа, лежа в соседнем гамаке. — У меня Ме Отслеживания тогда еще не было, так что я просто запомнила примерную область и этот остров. Передай кокос.
— А может, ты просто не хочешь отдавать мне свои сокровища, демон?
— Ну да, специально на дне припрятала, чтоб возвращаться иногда и жадно потирать ручки. Не хотела бы отдавать — так и не рассказала б тебе ничего.
— Логично, — признал Дегатти. — Давай-ка еще разок нырнем перед сном.
Лахджа с кряхтением вывалилась из гамака. Демоническая беременность протекала на удивление легко, но двигаться все же стало труднее. А ведь это еще только третий месяц… или уже четвертый? Она сбилась, сколько уже провела с Дегатти.
Тем более, что она теперь демон, так что насчет человеческих девяти месяцев даже и не факт. Она может родить и через месяц, и через десять лет.
Последний вариант нежелателен, конечно.
— Какой срок беременности у паргоронских демонов? — спросила она попугая. — Высших.
— Кр-ра-а!.. — открыл клюв попугай. — У гхьетшедар-риев — десять лун!.. У гохер-римов — двенадцать лун!.. У бушуков — семь лун!.. Лар-ритр-ры и кэ-миало не вынашивают живых детенышей!.. Насчет кульминатов достовер-рных сведений нет!
— Кажется, у кульминатов лет семь, — наморщила лоб Лахджа. — Или даже больше. По ним не поймешь ничего, они с гору размером.
— Я запомню, кр-ра-а!..
По мере того, как сменялись дни и ночи, это все больше напоминало какой-то курортный роман. Дегатти и Лахджа общались все свободнее и дружелюбнее, уже не вспоминая, как неудачно началось их знакомство.
Бллрки их почти не беспокоили. В воде иногда подплывали, с удивлением разглядывали твердых сухопутных. На сушу выбирались редко, сразу теряя форму, кое-как ползая в виде разноцветных луж. Лахджа пробовала найти тех бллрков, с которыми имела дело пять лет назад, но те не понимали ее, а она — их. В прошлый-то раз перевод осуществлял один Морской Епископ, но его отыскать тоже не удалось.
По вечерам играли в карты. Дегатти пытался научить Лахджу своей любимой маноре, но это оказалось невозможным. Так что играли обычно в «Зодиак» — ему Лахджа научилась быстро.
Когда нашлась нужная расщелина, енот уже расчерчивал площадку для постройки бунгало. Но в один прекрасный день Лахджа и Дегатти выволокли на пляж увесистый сундучок.
Пиратский корабль не был полон сокровищ. Просто личная капитанская нычка — где-то пол-овцы золота. Но и это стоило очень немало.
— На тысячу орбов это не потянет, — подытожил Дегатти, запустив пальцы в монеты. — Но шестьсот-семьсот выручить можно.
— Но первое желание мы засчитываем? — уточнила Лахджа. — Я старалась.
— Засчитываем.
— Тогда загадывай второе желание, — кивнула Лахджа, помогая скинуть добычу в кошель. — Только я больше кладов не знаю.
— Точно?..
— Точно, точно… хотя погоди-ка! Есть у меня один знакомый дракон… у него точно есть гора золота, он сам говорил!
— Драконы сокровищами обычно не делятся.
— Этот поделится, будь спок. Он мне по гроб жизни обязан.
— … Чем это я тебе обязан⁈ — гневно взревел Орказарок.
— Я спасла тебя от гнева демолорда! — уперла руки в бока Лахджа.
— Так ты его сама и вызвала, дура!
— Потому что ты плохо себя вел. Пытался меня сожрать просто из-за фотки.
Дегатти стоял поодаль и готовился запахнуться в плащ. Сразу стать невидимым и огнеупорным. Дракон и демоница так орали друг на друга, что было удивительно: почему все еще не дерутся?
Добирались они сюда довольно долго. У Дегатти теперь завелись деньги, так что путь до Джарии они сократили порталом. Но где находится пещера Орказарока, Лахджа точно не знала, пришлось искать с помощью Ме Отслеживания. К счастью, с царем-драконом она познакомилась уже после того, как ту заполучила.
А когда они эту пещеру нашли — та оказалась пуста. Дракон еще в прошлом году перебрался в другое место. На старом не оставил ни одной монетки — пусть даже самой завалящей.
— Слушай, ну как же наша дружба⁈ — вопила Лахджа. — Как же все то, что мы вместе пережили⁈ Разве это ничего не стоит⁈
— Меркантильный демон! Почему вообще дружба должна что-то стоить⁈ Она не измеряется в золотых монетах!
У Дегатти с самого начала не было надежд на эту авантюру. Драконы болезненно жадны до золота. Жаднее цвергов, жаднее лепреконов. Проще забрать первенца у матери, чем горсть монет у дракона.
При том, что сами они не делают с золотом вообще ничего. Просто спят на нем.
— Ладно, Орказарок, значит, правду о тебе говорил твой племяш… — вздохнула Лахджа. — Извини, что побеспокоили. Пока.
— Что он говорил? — изогнул шею гигантский черный дракон.
— Да так, ничего…
— Что он говорил⁈
Дегатти дернули за штанину. Улыбающаяся кобольдша протянула поднос с грибным кофе и канапе. Другой кобольд предложил принять плащ — но его Дегатти снимать отказался.
Кобольды вообще здесь кишмя кишели. Как-то так вышло, что они теперь служили дракону. Лахджа этому тоже удивилась.
— Да ничего он не говорил, успокойся уже! — раздраженно сказала Лахджа. — Ладно, давай будем деловыми людьми… демоном и драконом. Есть что-нибудь, что ты хотел бы купить?
— О, начинается, — закатил глаза Орказарок. — Демон предлагает мне сделку. Только это же обычно как раз вы покупаете, разве нет?
— Сейчас не та ситуация, мне срочно нужно бабло. А у меня на Парифате не так много богатых знакомых.
— А в Паргороне деньги закончились? — фыркнул Орказарок.
— Я туда пока не могу вернуться, — поджала губы Лахджа. — Короче. Денег не дашь?
— Не дам, — отрубил Орказарок.
— А если в обмен на право призыва? Однократное.
— А зачем мне однократное? Зачем ты мне вообще нужна?
— Затем, что ты — не метаморф. Ты здоровый и жирный. Не везде сможешь пролезть.
— Мне и не нужно никуда пролезать. А если что — у меня теперь слуг столько, что я могу ими питаться.