Страница 30 из 45
— И что мне за это будет? — отставила свою чашку подальше баба Зина и приготовилась к чему-то серьёзному.
— Что ты хочешь, баба Зиночка? Я всё для тебя сделаю, — пообещала Ирина.
— Хочу желание за желание! — объявила о своём решении бабулька.
— И какое у тебя желание? — поинтересовалась Ирина.
— Не сейчас. Придёт время, скажу, — сохранила таинство своего желания баба Зина.
— Так ты поможешь? — напряглась Ирина.
— А волшебное слово? — не унимался дух чурочки.
— Какое ещё слово? — помрачнела мать семейства. Её беспокоило ключевое слово «волшебное».
— Ну у вас, у людей всё происходит согласно ритуалам. Волшебное слово — ключик к действию.
— Баба Зина, не выдумывай! — снова напряглась Ирина.
— Я не умею выдумывать.
— Пожалуйста, — вылетело из Иветты слово вежливости. она сидела и безучастно помешивала ложечкой чай в чашке. Давно уже помешивала.
— То-то же! Иветтта знает волшебное слово, — обрадовалась баба Зина.
— Пожалуйста, баба Зина! Прошу тебя, помоги моей глупой подружке! — повторила Ирина свою просьбу.
— Лады. Уговорили. Что надо сделать?
— Останови этого мошенника, что нацелился на Наташку.
— Хорошо. Как его убить: повесить, утопить, зарезать?
— Господь с тобой, баба Зина! Я не такая кровожадная. Мне достаточно, чтобы мужик забыл о существовании Наташки.
— Убрать с лица земли было бы куда эффективнее, хотя любой вариант относится к трудно осуществимому.
— Почему? — неприятно удивилась Ирина.
— Он слишком далеко. Я не справлюсь.
— А как же ты собиралась уничтожить негодника?
— По его прибытию.
— Вот оно как? А на Наташку можно повлиять?
— Могу. Только эта глупая курица способна и снова в него повторно влюбиться.
— Ты уверена? — Ирину не покидало чувство безнадёжности.
— Сколько раз можно стирать её память? — уточнила рациональная баба Зина.
— Нисколько, — подняла на спорящих полные печали глаза Иветта. — Надо действовать как-то по-другому, гуманнее.
— Как по-другому? — нахмурилась Ирина. Она была против убийства, но стирание памяти не считала за большое прегрешение. Так проступок не заслуживающий пристального внимания.
— Гуманнее помочь Наташке влюбиться в другого парня, — выдала Иветта.
— Какая ты хитренькая! Где же мы этого другого дурака найдём? — фыркнула громко баба Зина.
— А как же её суженый, баба Зина? Давай его чем-нибудь приманим, — Ирина просительно заглянула старушке в пронзительные васильковые глаза. «Ну до чего же яркие!» — в очередной раз поразилась их цвету Ирина.
— Я вижу их встречу только через два года, — упорствовала баба Зина. Вот поборница естественных отношений!
— Ты такая мудрая, баба Зина, придумай что-нибудь, — это была откровенная и ничем не прикрытая лесть со стороны Иветты, и она сработала.
— Хорошо, я попробую помочь досрочно пересечься их нитям судьбы.
— Умница! дай я тебя расцелую! Добрая ты наша! — вскочила и бросилась на шею к бабе Зине мать семейства.
— Будет тебе, Иришка, ластиться! — заулыбалась баба Зина. — Я по определение не могу быть доброй. Я всего лишь зачарованная чурочка.
— Ты самая прекрасная чурочка на свете! — вопила радостная Ирина.
— Я не ручаюсь за результат, — пыталась остановить восторги баба Зина. Ирина смачно чмокнула её в щёку.
— Я верю в тебя, баба Зина.
— Но я не верю в себя, — нахмурилась баба Зина. — Я просто не умею этого делать.
— Почему не умеешь? — удивилась Ирина в очередной раз.
— Меня этому не учили. Короче, не запрограммировали.
— Не важно, баба Зина. Мы с Ириной будем верит за тебя. Будем держать за тебя кулачки на удачу.
— Кулачки на удачу? — теперь уже изумилась баба Зина.
— Это поговорка такая, — Иветта медленно, но верно приходила в себя. Знания о двух мирах, что поселились в её голове не давали пенсионерке покоя. Эти знания жгли душу, терзали сердце женщины. Они требовали от несчастной пенсионерки какого-то действия. Но какого? Сидеть сложа руки и ждать, что все проблемы сами-собой решатся, Иветта не могла себе позволить. Короче, даму потянуло на подвиги.
— Баба Зина, ты только скажи, куда нам притащить Наташку и когда. Мы всё сделаем, — сообразила как надо действовать в этом случае, Ирина.
— Мы обе поможем, — подтвердила готовность Иветта. — Пусть эти двое встретятся и будут счастливы!
— Не всё так просто, Веточка. Ваша подружка околдована этим подлым мошенником, — скривилась баба Зина. — Ей трудно сейчас влюбиться в судьбоносного парня.
— Так расколдуй её! — потребовала Ирина.
— Я не могу. Это другая магия.
— Какая ещё другая магия? — не поняла Ирина.
— Та, что идёт от человека, — почесала затылок баба Зина. Ну бабка и бабка!
— Человеческая магия? — не поверила Ирина. А Иветта уставилась на бабу Зину, как на фокусника.
— Ту, которую поминают все люди. Ну ту, что носит название «интернет», — выдала «на гора» баба Зина.
— Ты шутишь, баба Зина? Интернет и магия? — протянула Ирина. Иветта от волнения потеряла голос.
— Я не умею шутить.
— Разве?
— Шутят люди.
— Неужели? — фыркнула Ирина.
— Я могу только притворяться человеком, — поникла баба Зина. — Думала, вы знаете.
— Но у людей нет своей магии, — отмерла наконец Вета.
— Вот в этом, Веточка, ты ошибаешься, дружочек мой.
— Баба Зина! Люди не умеют колдовать! — возмутилась Ира.
— Но магия всё равно существует. И я тому живое подтверждение, — баба Зина поднялась со стула и прошлась по комнате, демонстрируя собственное существование.
— Где же она? — удивилась Вета.
— Повсюду, девоньки мои хорошие, повсюду.
— Водишь ты нас за нос, баба Зина, — не поверила словам чурочки зачарованной Ирина.
— Полно, Иришечка! Люди сами отказываются от общения, от семейных уз, от полноты чувств. Люди перестали верить в магию любви.