Страница 14 из 45
— Бутерброды и сок с собой Яна взяла. У них там будет привал и перекус.
— А Петрович?
— А Петрович как всегда на работе.
— Ну, тогда давай пойдём к бабе Зине.
— Подожди. Посидим немного. Пусть Янка отзвонится, что всё хорошо.
— Да что ты всё нервничаешь? Она же там не одна, да и со взрослыми.
— За Янку боюсь. Она у меня девка боевая, да капризная. А уж выдумщица! Ещё отчебучит чего-нибудь.
— Не наговаривай на дочку! — прикрикнула на неё Вета.
— Я и не наговариваю. Янка способна на ровном месте себе приключений нарыть, — пояснила Ирина.
— Не нагнетай. Янка — милая девочка.
— Ты её просто плохо знаешь, — усмехнулась Ирина. И тут словно её услышало провидение — раздался звонок.
— Мама, мы заблудились! — хныкала в трубку Янка.
— Кто заблудился?
— Я, Света, Инга и Таня.
— Как вы умудрились заблудиться? С вами же учительница в походе и другие взрослые тётеньки и дяденьки!
— Мы спрятались в кустах от мальчишек и заблудились, — поведала грустную историю девочка.
— Ну вы даёте! Вы где сейчас?
— За санаторием. И здесь дорожки нет
— Позвони учительнице. Она вас найдёт, — вздохнула Ирина. — И тут Янка накосячила.
— Успокойся. Около санатория потеряться невозможно. Ну, поиграли девчонки не удачно.
Снова звонок.
— Мы нашлись! Рядом дорожка была. Нас учительница Вера Ивановна нашла, — звонкий голос Янки вырывался из динамика. Ирина шумно выдохнула:
— А теперь можно и к бабе Зине.
— Вижу, — сказала баба Зина. — У тебя, Веточка, новые неприятности. Новые напасти тебя преследуют.
— Ага, преследуют, — бледное лицо Веты озарилось надеждой на светлое будущее. Вот сейчас баба Зина поможет ей, неудачнице по жизни. Дух чурочки подскажет, как вести себя с сестрицей и вообще, что необходимо сделать, чтобы жизнь снова заиграла яркими красками. А там, кто знает, может, и пенсионерик какой не очень старенький её персоной заинтересуется? Ласки мужской Вете не хватало, нежности. Трепетных чувств кисок к хозяйке уже не хватало для счастливой домашней обстановки. Атмосфера радости казалась весьма и весьма разреженной. Вета свято поверила, что баба Зина всё исправит. Она обязана помогать. Это же дух зачарованной чурочки. Что может делать дух зачарованной чурочки кроме советов, думать не хотелось. Ну, чаем с пирогами-то она может напоить!
— А ты, девонька, — глянула баба Зина на Ирину. — Ты, девонька, погрязла в домашних заботах. Утонула в семейных историях.
— Ага, совсем утонула.
— Так и должно быть. В жизни всякое бывает. А большая семья — это как маленькая страна, даже как маленькое сказочное королевство.
— Скажешь тоже, баба Зина! — заулыбалась Ирина. — Королевство!
— А ты в нём королева. Ты управляешь своими подданными… Советуешь, подсказываешь, направляешь.
— Я не такая умная! — вскричала Ирина со смехом.
— Иришка, не прибедняйся! Детей ты правильно воспитываешь и мужа дрессируешь в нужном направлении.
— Я мужа не дрессирую! — надулась Ирина.
— Да, полно прикидываться! Хорош изображать из себя святую невинность! Без твоего совета Петрович и шагу не ступит.
— Скажи, баба Зина, у нас всё получится?
— Что получится?
— Всё, что задумали. Детей мы вырастим? В люди их выпустим?
— Да всё у вас будет! — махнула коротко рукой баба Зина. — Двоих вы уже выпустили. Не заметишь, как время пробежит, и эта троица покинет отчий дом, разлетится, кто куда.
Пауза затянулась. За окном всё также пригревало солнышко и щебетали птички. За окном прочно угнездилось начало лета. Дамы потягивали ароматный травяной чай и наслаждались редкой минуткой покоя.
— Спасибо, баба Зина, — прошептала воодушевлённая Ирина.
— А мне что делать с сестрой? Как мне её в больницу к врачам притащить? — насмелилась и нарушила тишину благоденствия Вета.
— Не надо тебе таскать сестру по больницам.
— Как так, не надо?
— Сестра твоя ничем не болеет. Лезешь ты не в своё дело, — заворчала баба Зина.
— Как это не болеет? Она мне страшные вещи говорит, небылицы всякие — зачастила Иветта.
— Твоя сестра всё правильно говорит.
— Как правильно? Она даже не знает дня рождения нашей матери!
— Дня рождения твоей матери она не знает, а своей знает. Оно и понятно, у вас разные матери, и дни рождения у них разные.
— Не может того быть! Я точно знаю, что Нинку не удочеряли! Я наши документы видела, держала их в руках, — негодовала Вета. Впервые она не верила словам духу чурочки.
— Так и тебя не удочеряли.
— Вот в этом я не уверена. Мои родители расписались, а загсе через месяц после моего рождения. Я до сих пор их документы храню в шкатулке.
— Пустое! Люди деревенские особого значения бумагам не придавали в те туманные годы. Сыграли свадьбу под гармошку, наплясались, угостили друзей, чем бог послал. Так раньше свадьбы и гуляли. От души веселились. Наслаждались мирным небом над головой. Годы тогда голодные были. Страна тяжко и долго оправлялась после страшной войны. Не удалось твоей матери покрасоваться в белом свадебном платье и фате. И кольца золотого у неё не было.
— Бедняжка, — прошептала Ирина, вспоминая себя.
— Нет, не бедняжка. Счастлива была та женина, что родила Иветту. Все они были по-своему счастливы.
— Плясали под гармошку, — прошептала теперь уже Иветта.
— Ну, кажется, разобрались, — баба Зина традиционно налила всем присутствующим дамам ещё по чашке чая.
— А мой муж Николай… Что с ним не так? — спросила Вета, беря в руки горячую чашку.
— Тебя интересует твой бывший муж?
— Ага, мой бывший. Он теперь живёт с молоденькой. А Нинка сказала, что он умер.
— Живёт твой Николай с молоденькой или умер, какая теперь разница? — баба Зина недобро окинула взором Иветту. У пенсионерки по спине пробежался холодок.
— Сестра обвиняет меня в его смерти.
— Наверное, так и есть.
— Так он всё-таки умер?
— И ты отчасти причастна к его гибели.
— Я не знала, что он умер.
— Теперь знаешь, — баба Зина недовольно повела носом. — Замучали вы меня вопросами, пора и честь знать.
— Погоди, баба Зина, только скажи, сестра мне Нина или не сестра? И что случилось с Колей? — встревожилась Иветта. Она хмурилась, она нервничала, она ничего не понимала.
— Всё нормально с твоими близкими и знакомыми. Нормально всё и с тобой, Веточка. Не бойся, твоё сознание не путается. Не грозит тебе инсульт, да и инфаркт тоже не грозит. Проживёшь ты ещё много лет, — толкнула баба Зина наставительную речь.
— Баба Зина, ты нас совсем запутала, — взмолилась Ирина. Она долго молчала, всё слушала и в итоге ничего не поняла. Иветта ошарашенная непонятками тупо пялилась в окно.
— Не запутала я вас, девчули, а подвела к истине.
— Какой ещё истине? — напряглась Вета. Она носом чуяла, что тут дело не чисто, что-то за всем этим туманом кроется невероятное. И это невероятное непосредственно касается её, Веты.
— Ты только не пугайся, Веточка.
— Мне уже страшно.
— Ты, Веточка, гостья в нашем мире, — чего угодно ожидала услышать Вета, но только не такое заявление.
— Чего?
— Ты, девонька, к нам попала из совсем другого параллельного мира, — буднично изрекла баба Зина.
— Баба Зина, скажи, что шутишь, — подавилась чаем Ирина.
— Не шучу. Я вообще лишена чувства юмора. Сущность у меня такая.
— Как это, лишена чувства юмора? — не поняла мать семейства.
— Ну, Ирочка, деточка! Я же не человек вовсе. Я лишь отголосок человека, сгусток энергии от сильной женщины, — пояснила старушка и разулыбалась во весь рот. Кстати, зубы у неё были в порядке.