Страница 288 из 334
«Альфа, по совокупности косвенных признаков системы управления кораблей, оставшихся на орбите Фоста, заблокированы артефактами Старших»
– В чем дело, старший вожак!? – новый командующий флотом Единения явно начал терять терпение. – Почему не приступаешь к исполнению приказа?
– Требую подтверждения приказа альфой Большой Стаи Форгероном или альфой флота Тиррохом.
– Бывшим альфой Большой Стаи и бывшим альфой флота! – зло прошипел Ворролх. – Ты не вправе ничего требовать от командования, старший вожак. Если ты немедленно не выполнишь приказ, этот день станет последним твоим днем в этом звании и в вооруженных силах Единения, равно как и вообще на свободе.
Все осколки мозаики, наконец сложились в голове Герранда в некую четкую и непротиворечивую картину. Конечно, старший вожак не знал многих подробностей того, что произошло дома в его отсутствие, но и того, что он успел увидеть, ему вполне хватило, чтобы понять, что случившееся очень дурно пахнет. Отвратительно пахнет. В воздухе отчетливо чувствовался мерзкий запах предательства.
– Если я выполню твой приказ, Ворролх, этот день станет последним днем в моей жизни, – оскалился Герранд. – А знаешь почему? Потому что сразу после этого я пущу себе пулю в лоб.
Не разрывая связь и не отводя взгляда от пылающих злобой глаз Ворролха, Герранд включил общую трансляцию.
– Эскадре приготовиться к бою! На Фосте поднят мятеж. Альфа Большой Стаи Форгеррон силой отстранен от власти. Совет Стаи и штаб флота захвачены кучкой трусов и предателей, поверивших лживым обещаниям Старших.
– Ты пожалеешь, бывший старший вожак! – давясь гневом, выдохнул Ворролх. – Я заставлю тебя ползать по земле и вымаливать прощение у народа Единения.
Герранд не стал дальше слушать эти словесные излияния и просто прервал связь. Что бы ни случилось дальше, сдаваться новой власти он не собирался и надеялся, что среди его бойцов не окажется тех, кто хочет трусливого мира на условиях врага, достигнутого ценой унижения и позора. Старший вожак не знал живы ли Тиррох и Форгеррон, но в его выборе ответ на этот вопрос всё равно ничего изменить не мог.
К Бейту Герранд привел тяжелый крейсер «Ярость стаи», два легких крейсера, четыре эсминца и четыре корвета. Эти силы сопровождали транспорты с оружием из мира Орды, и сейчас они медленно отступали к разрушенному промышленно-добывающему комплексу на спутниках седьмой планеты.
Флот мятежников, как окончательно решил называть противника Герранд, насчитывал семь легких крейсеров, шесть эсминцев, девять корветов и один авианосец. На орбите Фоста остался тяжелый крейсер «Сила Единения» и авианосец «Альфа Наррал». Там же висели лёгкий крейсер и два эсминца. Что бы ни случилось с этими кораблями, сейчас они были для мятежников бесполезны, и принять участия в сражении не могли.
Герранд смотрел на приближающиеся корабли, сжимая сильными пальцами край главной консоли вычислителя. Мощные когти бейтана царапали прочное керамопластовое покрытие, умудряясь оставлять на нем глубокие борозды, но старший вожак этого не замечал. Чем бы ни закончилось назревающее противостояние, Единение Бейтанов останется без флота. Обе эскадры, готовые вступить в смертельную схватку, обладали примерно равными силами. Тот, кто победит, останется с горсткой поврежденных кораблей, и Альянсу или Старшим останется лишь взять их голыми руками. Даже доставленные из мира Орды мюонные деструкторы и гравитационные пушки уже не смогут помочь – их просто некуда будет устанавливать.
– Включить передачу сигнала на общей и аварийной частотах флота, – приказал Герранд, разворачиваясь к консоли связи, – шифрование не применять. Передачу вести открытым кодом.
– Выполнено, альфа, – через пару секунд доложил младший вожак.
– Вожаки и бойцы флота Единения, – словно шагнув в ледяную воду, начал Герранд, – я старший вожак Герранд, альфа эскадры, отправленной в рейд к Земле и Флею по приказу альфы Большой стаи Форгеррона и альфы флота Тирроха. Мои бойцы выполнили боевую задачу. Мы сражались вместе с людьми и флеями, и однажды уже доставили домой оружие, позволившее вам отразить атаку Альянса, а теперь мы привезли новую партию военных грузов, которая позволит флоту Единения стать еще сильнее и отстоять нашу независимость не только перед лицом других рас Протектората, но и перед Старшими. На моих кораблях нет артефактов-блокираторов. Генерал Вершинин нашел способ избавляться от этих устройств-шпионов и делать наши корабли независимыми от воли бывших хозяев галактики. Мы можем стать самостоятельной силой, вот только если через несколько десятков минут наши эскадры вступят в бой друг с другом, все эти возможности рассеются, как дым. Бейтаны будут уничтожать бейтанов к радости и злорадству наших врагов. Я не знаю, что произошло с Единением, пока мы сражались с Альянсом и добывали для Родины новое оружие, но, когда мы вернулись, альфа Форгеррон и альфа Тиррох, всегда служившие для большинства из нас примерами несгибаемой воли и отваги, оказались отстранены от власти, и я даже не знаю, живы ли они. Почему это произошло? Я вам отвечу. Среди вас верх взяли трусы, неспособные видеть даже на два шага вперед. Я слышал их речи в Совете Стаи и догадываюсь, что они вам обещают. Они надеются объявить нейтралитет и вывести Единение из войны, отказавшись от нашего нового оружия и склонившись перед Старшими. Возможно, на какое-то время у них это даже получится, но что будет дальше? Что с вами, бейтаны? Вы отказались от наших вековых традиций и поверили горстке конформистов? Я принес вам меч, способный рубить щупальца и головы Старших, рассекать панцири танланов и пронзать жирные туши горвов и варванов, а вы хотите бросить его к ногам наших врагов и задрать лапы к небу? Я готов умереть в бою, чтобы не видеть этого позора, но ответьте себе на вопрос: готовы ли вы потратить свои жизни на то, чтобы убить меня и моих бойцов, а потом получить жалкое существование на правах низших из низших? Мне нечего больше вам сказать. Я не хочу сражаться с братьями по крови, но моя эскадра готова к бою, и мы не отступим. Прощайте.
– Альфа, эсминцы противника выходят на рубеж атаки, – доложи мастер систем сканирования. – Две минуты до огневого контакта.
– Боевой ордер «Копьё», – приказал Герранд, перемещая отметку своего крейсера в первую линию формирующегося строя и расставляя легкие крейсера по флангам. – Эсминцам изготовиться к фланговому удару по авианосцу мятежников.
– Принято, альфа.
– Огонь не открывать. Ждать приказа!
– Авианосец противника выпускает истребители и торпедоносцы! Лёгкие крейсера меняют курс. Альфа, они собираются атаковать справа-снизу одновременно с торпедной атакой эсминцев.
Герранд до рези в глазах вглядывался в отметки в объеме тактической сферы. Через несколько десятков секунд ему предстояло принять самое тяжелое решение в своей жизни – отдать приказ открыть огонь по своим. Старший вожак отлично понимал, что в этом бою не будет победителей, но знал он и то, что жребий уже брошен, и пути назад для него не существует.
– Эсминцы мятежников в зоне досягаемости орудий «Ярости стаи», – прорычал мастер оружия.
Герранд молчал. Слова приказа застряли у него в горле колючим стальным шаром. Старший вожак издал нечленораздельный рык, с трудом протолкнул в лёгкие глоток воздуха и одно за другим начал выдавливать из себя ужасные и совершенно невозможные слова.
– Открыть…
Слово «огонь» он сказать не успел. Боевой ордер мятежников дрогнул и стал на глазах разваливаться. Эсминцы и легкие крейсера один за другим начинали торможение, меняли курс или просто ложились в дрейф и больше не подавали признаков активности.