Страница 235 из 334
Они заходили на цель с двух сторон, но, похоже, пока ее не видели. Видимо, разведчик бейтанов был обнаружен несколько ранее, однако смог оторваться и спрятаться, и теперь усиленный патруль Альянса прочесывал район, в котором он исчез с их сканеров. Сами бейтаны преследователей тоже пока не видели, и Корре было совершенно ясно, что, если они останутся на месте, а линоуры не изменят курс, через несколько минут разведчик неизбежно будет обнаружен.
– Вычислитель, начать передачу по ближней связи, приказала Корра.
– Трансляция включена.
– Корабль-разведчик Единения Бейтанов, на связи лид-капитан Корра, флот Земной Федерации. Рада приветствовать союзников. У вас серьезные проблемы. Через пару минут ваш корабль обнаружат два корвета Линоуров. Начинаю передачу данных о противнике. На принятие решения у вас меньше минуты. Передаю координаты оптимального вектора отхода. Останетесь на месте – вам конец. Я постараюсь помочь, но решайте быстрее.
Не дожидаясь ответа, Корра изменила курс и включила форсаж. Одновременно она снизила мощность маскировочных полей до тридцати процентов от максимума. Этого должно было с гарантией хватить, чтобы корабли Альянса обнаружили ее корабль.
«Фрактал» начал энергичный разгон, уводя за собой противника далеко в сторону от зеленой отметки союзника.
Бейтаны отвечать не стали, и правильно сделали – любая передача с борта корабля повышает шанс его обнаружения. Зато рекомендации Корры они выполнили в точности, пусть и с небольшой заминкой. Видимо, выход на связь корабля людей, скрывавшегося под непробиваемым маскировочным полем, оказался для них полной неожиданностью, и на принятие решения им действительно потребовалось время. Однако сброс маскировки и демонстративный маневр Корры окончательно убедил бейтанов в том, что это не провокация противника, и они предпочли тихо отползти в сторону под прикрытием столь резкого и уверенного в себе союзника.
Скорость и динамика разгона корветов противника Корру неприятно удивили. Её далеко не новый «Фрактал» проигрывал кораблям линоуров по всем статьям. Даже насилуя двигатели запредельными режимами, рассчитанными только на короткие ускорения, он не мог не то что оторваться, но даже удержать дистанцию. На второй минуте бешеной гонки вычислитель выдал неутешительный вердикт:
– Перегрев силовой установки. Сорок секунд до принудительного отключения двигателей.
– Продолжать разгон! – зло бросила Корра, наблюдая, как невыносимо медленно уползает из опасной зоны корабль бейтанов. Противника требовалось увести за собой, а значит, исчезать со сцены было пока рано.
– Двадцать секунд!
Всё, дальше тянуть нельзя, иначе можно действительно остаться без двигателей. Резким движением пальца Корра сместила пиктограмму мощности маскировочного поля в красную зону, одновременно снижая нагрузку на двигатели и меняя курс.
Корветы линоуров дернулись, расходясь в стороны. Их сканеры потеряли цель, но, пользуясь преимуществом в скорости, они пытались угадать маневр Корры и, сократив дистанцию, вновь обнаружить ее корабль.
– Мало вас слишком для таких игр, – усмехнулась Корра, вновь меняя курс и уводя «Фрактал» далеко в сторону от корветов противника.
Уменьшив масштаб тактической голограммы, Корра удовлетворенно кивнула. Бейтанский разведчик успел уйти на безопасное расстояние, а линоуры, взбешенные наглостью противника, продолжали гонять свои корветы по опустевшему космосу совсем не там, где следовало искать нарушителей их спокойствия.
19 июля 2030 года
Пространство Протектората. Рукав Щита-Центавра.
Борт тяжелого крейсера «Чунцин»
Прибытие корабля-разведчика из состава эскадры, оставленной Тиррохом в системе Тинны, произвело на бейтанов сильное впечатление, впрочем, как и обстоятельства его возвращения домой. У бейтанов женские особи никогда не принимали участия в боевых действиях, и, узнав, кто именно предотвратил гибель разведчика, альфа Форгеррон встал перед серьезной проблемой.
Статуты большинства бейтанских боевых орденов не содержали запрета на награждение представителей других рас, но ни один из них никогда не вручался женщинам. Для самок у бейтанов были другие способы поощрения, в данном случае совершенно неприемлемые.
В конце концов, альфа большой стаи решил подойти к вопросу неформально. Если люди позволяют своим женщинам воевать, значит нужно считать их такими же солдатами, как и их мужчины, а все физиологические различия пусть идут побоку. По словам Герранда, в Совете поднялся по этому поводу страшный вой, но альфа его привычно и даже демонстративно проигнорировал, лично прикрепив на мундир Корры рельефный знак в виде черной головы легендарного зверя Вогха́ра.
Орден был изготовлен из уникального минерала, изредка встречающегося на родной планете бейтанов. В глазах Вогхара иногда вспыхивали неяркие красные искры, а его шерсть выглядела объемной и создавала впечатление клубящегося в ней мрака. Впервые увидев, Виктор долго не мог отвести от него взгляд. Орден имел официальное название «Знак Переступившего Грань», но между собой бейтаны его называли просто Вогхаром, и, если сравнивать с имперскими наградами, то служил он примерным аналогом ордена «За особые заслуги перед Империей».
Виктора и Ц-Хашша тоже вниманием не обошли. Птиц получил такого же «Вогхара», как и Корра, а генералу Вершинину альфа Форгеррон торжественно вручил «Меч Стаи» – высший орден Единения Бейтанов. Красиво, почетно, но внешне «Вогхар» Виктору понравился гораздо больше.
Впрочем, приятные плюшки этим не ограничились. Прояснение судьбы второй половины флота сделало бейтанов заметно сговорчивее в вопросе выделения кораблей для прорыва к Земле и Флею. Герранд, ставший альфой экспедиционной эскадры Единения, получил в свое распоряжение тяжелый крейсер «Ярость Стаи», пять эсминцев и четыре корвета. Еще три легких крейсера и два корвета должны были присоединиться к нему при встрече со второй эскадрой, для которой Корра, используя возможности модернизированного «Фрактала», должна была разметить гипермаяками безопасный маршрут к Бейту.
И всё же итогом непростых переговоров больше всех оказался доволен Ц-Хашш. Воинственный птиц вновь получил под командование авианосец. Увы, не «Крылья Флея». Бывший корабль Ц-Хашша превратился в бесформенные руины и не подлежал восстановлению, так что птицу пришлось присвоить себе захваченный в бою трофей. Да, старый и медленный. Да, со смешанным экипажем, в который помимо флеев вошли люди и бейтаны. Да, с ужасно разношерстной авиагруппой, где стремительные истребители и на удивление маневренные торпедоносцы флеев соседствовали с прочными, но сравнительно неповоротливыми машинами бейтанов. Но всё равно это был авианосец! И с общего согласия союзников он теперь считался боевой единицей флота Флея.
Впрочем, пожалуй, были в новом сводном флоте, уходящем всё дальше от звезды Бейт, еще два персонажа, которые чувствовали себя, намного счастливее Ц-Хашша. Уже перед самым отлетом из столичной системы Единения на борт «Чунцина» прибыл Тиррох и привез с собой два немаленьких и довольно тяжелых кофра, скорее напоминавших небольшие контейнеры.
– Подарок от альфы Форгеррона, – с довольным видом прорычал Тиррох, отвечая на заинтересованный взгляд Виктора. – Генерал, тебя не затруднит пригласить сюда лид-капитана Корру вместе с ее зверем? Твой-то Шерхан, я вижу, уже здесь.
Слегка озадаченный Виктор лишь согласно кивнул и выполнил просьбу бейтана. Корра прибыла в кают-кампанию через пару минут. Багира обменялась с Шерханом тихим приветственным рыком и улеглась у ног хозяйки. Тиррох всё это время невозмутимо стоял напротив Вершинина, не пытаясь хоть как-то прояснить ситуацию. Он явно наслаждался моментом, и лишь когда на нем скрестились четыре пары глаз, альфа флота Единения что-то коротко нажал в своем коммуникаторе и боковые стенки контейнеров медленно разошлись в стороны. Внутри возникло неспешное и почти бесшумное шевеление, и через десяток секунд на свет вышли и неподвижно застыли два… ирбиса, матово отблескивающих серо-стальной броней.