Страница 311 из 691
Из интересного, — помимо того, что Йохансон прятался за углом, — так это его костюм. Плотный, твидовый, в светло-коричневую с тёмно-коричневой клеточкой. Старенький такой, потёртый, с заплатами на локтях. Глядя на него сейчас, у меня в голове почему-то заиграла песня про дядю Пашу, который по жизни два костюма износил и по свадьбам три баяна потерял.
Хм… Кстати… А как зовут Йохансона? Уж не Павел ли?
— Идите-идите, — инструктор махнул рукой моим спутницам. — А ты за мной.
— Куда? — я недоуменно уставился на него.
— К Евгению Евгеньевичу, — коротко бросил Йохансон.
Ну… ладно. По всей видимости, так и было задумано. Барышни проследовали в столовую, а я вслед за Йохансоном к административному корпусу.
— Всё, я обратно, — сказал Наверное-Павел. — Пока все закуски не сожрали.
И исчез…
Евгений Евгеньевич Жихарев стоял у окна и глядел вдаль, на саванну поверх забора с колючей проволокой. Саванна. Жаркая мякушка Северной Америки, так ещё и в считанных километрах от эпицентра. Чужбина. Негостеприимная, опасная земля.
Не так Жихарев представлял свою свадьбу, совсем не так.
По правде говоря, в свои сорок с гаком он себе уже никакую свадьбу не представлял, и без тени грустинки собирался доживать свой век развесёлым бобылём, но вот… случилась с Евгением Евгеньевичем любовь.
Взрослая, разумная, без сумасбродств и сопутствующих страданий, но всё-таки любовь.
И размышлять здесь было не о чем. Евгений Евгеньевич всё решил и ни разу не сомневался в своём выборе. И все его нынешние тяжкие думы были обращены лишь в сторону Российской Империи.
«Интересно, — вскользь подумал он. — А Линда сейчас думает об Ирландии?»
Затем он погонял немного эту мысль и решил, что наверняка не одинок в своих чувствах в этот день, и его невеста тоже хотела бы выйти замуж на родной земле. А после вновь мыслями вернулся к Отечеству. Душный ЗАГС, полудохлые голуби, традиционное катание по пробкам до Воробьёвых гор, а затем каравай, и оливьешечка, и конкурсы с карандашом, и тосты, и крики «Горько!», и гипс на ноге свидетельницы, и второй похмельный день…
— Отчего так в России, — вдруг услышал Евгений Евгеньевич за спиной тихий голос, — берёзы… шумят?
— Чернов, твою мать! — Жихарев резко обернулся, чуть не потеряв равновесие.
Светлую грусть как ветром сдуло. Вот он, недостающий кусочек Родины, который свалился на него буквально с неба!
— Здорова, Евгеныч! — улыбнулся Артём, стоя посреди кабинета.
Как всегда в хорошем настроении, и как всегда без стука, — эта его способность проходить сквозь закрытые двери уже устала удивлять, — в кабинете начальника базы появился Чернов.
— Ать-ыыть-ы-ых-ах-ха-хай-мля! — примерно такой звук издал Жихарев, бросившись обниматься со своим бывшим учеником. — Ну что ты⁈ Как ты⁈ Как добрался⁈ А что с мордой-то⁈
— А что у меня с мордой? — Артём недоуменно уставился на Жихарева.
— Чёрный, как негр. На пляже уснул? — Евгений Евгеньевич критически оглядел лицо Чернова.
— Да что вы все заладили⁈ — возмутился Артём. — Евгеныч, слушай, а у тебя…
— Есть! — на опережение ответил Евгений Евгеньевич. — Есть у меня для тебя костюм. Вон, на диване лежит. Давай одевайся и погнали.
— О как, — ухмыльнулся Чернов. — А-а-а…
— А душ вон там, — Жихарев махнул рукой в сторону нужной двери.
— Роскошно! — просиял Артём и направился в указанном направлении.
Жихарев покачал головой, глядя вслед Чернову. Вот уж действительно, недостающий кусочек Родины. С его появлением даже чужбина стала казаться чуточку роднее.
— Слушай, — спросил я по пути к столовой. — А ты чего Габи не сказал, что я приеду?
— Да я-я-я, — Евгеныч явно замялся. — Да забей…
— Чего «забей-то»? Я чуть ДТП на трассе не устроил из-за этого! — возмутился я.
— Да блин, — в голосе друга я уловил нотки провинившегося школьника. — Линда попросила никому не говорить. Мол, так и так, твоего приезда будут ждать больше, чем самой свадьбы.
— С хера ли⁈ — я аж остановился от удивления.
— Ты же у нас теперь типа звезда. С императорскими детьми тусуешься, иномирные расы спасаешь из-под гнёта. Герой, — сказал Жихарев и не смог удержаться: — В жопе с дырой.
— Так и что теперь-то? — я всё ещё не мог понять логику.
— Вот и я ей говорю: «и что теперь-то»? А она, мол: «ну, пожалуйста!» И смотрит на меня глазищами своими. Нак тут отказать?
— Бабы, — в один голос сказали мы с Евгенычем и заржали.
— Стой, — Жихарев остановился у входа в столовую и серьёзно так заглянул мне прямо в глаза. — Пообещай мне, что всё пройдёт спокойно. Без наёмных убийц, погонь и разломных тварей.
Я изобразил уязвлённую невинность, но отвечать ничего не стал. Ну а потом… потом началась свадьба.
Сколько же знакомых рож!
Сколько, мать его, дружеских объятий! Чёрт! Я подозревал, что меня здесь ждут, но не подозревал насколько!
Конечно же, первым обниматься кинулся Веневитин. Мия, Нецали, Стефан с Юргеном, майянки, — с ними мы потом побеседуем отдельно, если успеем, — кое-кто из инструкторов и студентов. Были в толпе и новые лица, которые оказались уже знакомы со мной заочно. К возгоранию милых краснокожих пердачков Иси и Миси, среди этих самых новых лиц было много симпатичных девушек.
Внезапно каждый захотел урвать себе кусочек Чернова и… да… Тут я, кажется, понял, чего так опасалась Линда.
Так что, наскоро перекинувшись со всеми парой слов, я попросил не обращать на меня внимания.
— А ещё я тут как бы… немножечко нелегально, — добавил я. — И никто за пределами этой свадьбы не должен знать, что я вообще появлялся в Арапахо. Иначе будут проблемы, притом не только у меня.
— Да без бэ, — ответили гости, каждый на свой лад.
Как бы не тосковал Евгеныч по матёрой русской свадьбе, столы в столовой были размазаны по правилам европейской рассадки. Милую сердцу буковку «П» Линда, по всей видимости, отвергла.
Сами столы ломились от разнообразной снеди и крепкой алкашки. Хотелось бы сказать, что ассортимент выпивки поражал воображение, однако нет. Ирландский виски и русская водка. Строго. По всей видимости затем, чтобы гости этой интернациональной свадьбы всё-таки не забывали, кто тут хозяин.
Помимо прочего за каждым местом каждого столика были карточки с именами гостей. Я узнал себя в загадочных инициалах «А. Ч.», написанных кириллицей, и с удовольствием присоседился на этом празднике жизни к компании Веневитина, Мии и Стефана с Юргеном.
Гвалт потихонечку стих, гости расселись, и началась непосредственно сама церемония.
И это надо было видеть.
Как я узнал позже, в особой правовой зоне Арапахо для бракосочетания достаточно обоюдного волеизъявления молодых… а переводя с чиновничьего на русский это можно трактовать как: «Чо хочу, то и ворочу».
То есть…
Здесь можно было устроить любой ритуал, — хоть танцы с бубнами, хоть жертвоприношение макаронному монстру, хоть пенную вечеринку, — и чтобы ты ни сделал, это будет котироваться как роспись.
Для регистрации же достаточно корявой подписи на салфетке, которая будет прилюдно заверена учеником семинарии или первокурсником юридического ВУЗа. Причём, этот самый первокурсник может быть хоть местным, хоть прибалтом, хоть белозубым папуасом с Берега Слоновой Кости, вообще плевать. Главное, что потом это свидетельство со всеми необходимыми бланками пойдёт по инстанциям, и в конечном итоге брак будет признан по законам соответствующих стран.