Страница 36 из 56
— Лондон не так уж далеко..
Лукас сжал мою ладонь.
— Немного поспать, — пробормотал он, — и я буду в порядке, — он помедлил. — И немного спокойствия и тишины дадут мне время обдумать компенсацию для моего эго с твоей стороны. Прямо сейчас мне думается, что кожаные сапоги до бедра и взбитые сливки отлично справятся.
Мои плечи опустились.
— Я готова рассмотреть такие варианты.
Уголки губ Лукаса приподнялись.
— Я очень рад это слышать, Д'Артаньян. Очень рад.
Глава 20
Барчепел неприятно влиял на мою психику. Чем больше времени я проводила здесь, погружаясь в своё прошлое и раскапывая настоящую правду о случившемся с моими родителями, тем менее я была уверена в себе.
Чувство вины за обвинение Лукаса в том, что он организовал убийство Сэмюэла Бесвика ради меня, глодало меня, хотя он понимал, что моё недоверие было вызвано тёмными мыслями и мало связано с ним. Проблема в том, что кто-то напал на Бесвика, и время этого нападения нельзя было игнорировать. Пора добраться до сути. «Мужайся, Эмма. Мужайся».
Пока не пришла информация от Дженкинса, любые мои мысли были лишь гипотезами. Но я не могла сидеть и ничего не делать. Нападение на Сэмюэла Бесвика совершено не просто так, и я подозревала, что причина — это то, что я выяснила. Иначе это слишком странное совпадение. Я приближалась к правде.
Просмотрев старые файлы, присланные Барнс, и убедившись, что Миранда Джеймс не раз твердила о невиновности Сэмюэла Бесвика, я приняла решение. Я оставила Лукаса спать и вышла из комнаты, расправив плечи и быстрыми решительными шагами направляясь в полицейский участок Барчепела.
Детектив Боатенг не поведётся на манипуляции так же легко, как Дженкинс, но я была уверена, что уговорю его дать мне доступ к необходимому. Помогло и то, что когда я пришла, Ротсей без колебаний пригласил меня внутрь.
— Мы это обсуждали, — Боатенг говорил твёрдо, хотя выражение его лица оставалось добрым. Я заметила мешки под его глазами; я могла лишь вообразить, под каким давлением он находится, пытаясь раскрыть кошмарное двойное убийство. — Несмотря на причастность Патрика Лейси, его убийство и убийства ваших родителей не связаны. Этого не может быть.
— Я и не говорю, что они связаны, — упорствовала я, — но мне хотелось бы копнуть в сторону Лейси. Я всего лишь хочу посетить его дом и осмотреться. Вы даже не узнаете, что я там побывала.
Боатенг наградил меня долгим взглядом.
— Мы изучили каждый сантиметр его дома. Это одно из первых дел, которые мы сделали после его смерти. Уверен, вы знаете нормальные протоколы, хоть и работаете в Сверхъестественном Отряде.
Его упоминание моей должности в Отряде Сверхов было намеренным — напоминание мне, что когда они больше не подозревали причастность сверха, у меня не было законного интереса к обоим убийствам.
Я могла лишь взывать к его благодушию.
— Если убийца-человек пытается свалить серию жестоких преступлений на сверха, то мне важно участвовать в расследовании, пусть даже немного. Я прошу всего лишь о небольшом снисхождении.
— Хмм, — его взгляд слегка прищурился. — До меня доходили слухи, что в городе присутствует определённый вампир. Его приезд как-то связан с новыми открытиями?
— Ни капельки. Как я уже сказала вам, Сэмюэл Бесвик подвергся жестокому нападению и..
Он поднял ладони.
— Нет необходимости повторяться, — он покачал головой. — Хорошо. Вы можете осмотреться в доме Лейси, но вы не должны ничего забирать. Вы меня поняли?
Я рьяно закивала.
— Да. Конечно.
— Я пошлю с вами Роберта Ротсея.
— Мне не нужна нянька. Вам не стоит тратить впустую время ценных сотрудников.
Боатенг терпеливо моргнул.
— Он не ваша нянька. Он присоединится к вам, чтобы выучить урок о том, как важно избегать пустой погони за призраками.
Детектив Боатенг сомневался, но я была убеждена, что Патрик Лейси не являлся случайной жертвой. Его убийство как-то связано с тем, что случилось с моими родителями. Однако я знала, что не стоит пытаться доказать свою точку зрения.
— Спасибо, — просто сказала я. — Я это ценю.
Боатенг хмыкнул.
— Не заставляйте меня жалеть об этом.
— Само собой. Вы нашли подозреваемых? — я сомневалась, что он мне скажет, но должна была задать вопрос.
Его губы скривились.
— К сожалению, у меня начинает зарождаться ощущение, что мы тут сами гоняемся за призраками.
Я прикусила нижнюю губу.
— Наверное, мне стоит упомянуть ещё кое-что.
Боатенг выглядел настороженным.
— Продолжайте.
Я сделала глубокий вдох и рассказала ему о странном голосе, который слышала в саду у коттеджа моих родителей.
— Это могли быть дети, — сказал он. — К этому моменту вся деревня знает, кто вы, и здешним подросткам достаточно скучно, чтобы пошалить с вами.
— Я не думаю, что это были дети.
— Что вы хотите сказать? Думаете, убийца Патрика Лейси и Джули Макинтош преследует вас, потому что вы не умерли, как они?
Логичное предположение, хотя у меня не было доказательств, подкрепляющих это.
— У меня нет теорий, — честно сказала я. — Просто подумала, что стоит упомянуть.
Боатенг устало провёл рукой по голове.
— Я поручу кому-нибудь осмотреться там, когда будет время. Это лучшее, что я могу сделать.
Кто бы ни шептал мне там, он давно скрылся, но я могла лишь сказать:
— Хорошо. Ещё раз спасибо.
Боатенг махнул мне.
— Да, да. Будьте осторожны, Эмма. Делать поспешные выводы — это заманчиво, но вы должны двигаться в ту сторону, куда ведут улики. Нам нужны факты, а не грёзы.
Я опустила голову в знак подтверждения. Принято к сведению.
***
Будучи местным констеблем, Ротсей прекрасно знал, где находится дом Патрика Лейси. Он сообщил мне, что ему несколько раз приходилось разбираться с различными проступками Лейси.
— Патрику Лейси нужна была помощь, — сказала я. — А не тюремный срок.
Ротсей презрительно фыркнул. Он до сих пор обладал этой молодой самоуверенностью, где правильно — это правильно, а неправильно — это неправильно. Он не знал, что мне известно о прошлом Лейси.
— Так можно сказать про любого, кто совершил преступление. Он стал жертвой жестокого убийства, но это не делает его ангелом.
Нет, но и совершение преступления не делает его менее человеком. Я могла представить, как знание о невиновности Сэмюэла Бесвика поедало Лейси изнутри. Неудивительно, что он был так зол. Я сама пребывала в ярости, бл*дь.
Ротсей перерезал полицейскую ленту на двери дома Патрика Лейси и открыл её. Сейчас был пик лета, и всё же внутри было прохладно и уныло. Я не знала, что именно ищу, но была уверена, что пойму, когда увижу. Если найду это, конечно.
Стены во всех комнатах были белёными; это интерьер человека, которому совершенно плевать на интерьер. Кое-где встречались случайные штрихи, включая несколько интересных украшений, основанных на фэнтези-персонажах и наверняка купленных в магазине для любителей комиксов и фантастики. Я не знала, то ли Лейси сам это купил, то ли ему подарили.
Я просмотрела стопки книг в гостиной и гостевой спальне на первом этаже. Он был заядлым читателем с разнообразными предпочтениями. Судя по куче бутылок на кухне, он также много пил. Я посмотрела на открытые бутылки виски, водки, текилы и рома и подумала о трясущемся молодом парне, которого допрашивали двадцать пять лет назад. Последствия за последствиями. Я вздохнула.
Кровать в спальне Лейси не была заправлена, на простынях виднелись пятна пота. Ротсей молчал, но его нос сморщился от отвращения. Я пошла к тяжёлому старому гардеробному шкафу в углу, открыла его и посмотрела на одежду внутри, затем прищуренным взором осмотрела ножки в форме лап. Я тряхнула шкаф; он был на удивление шатким для такого крупного предмета мебели, будто не был нормально сбалансирован. Возможно, под него что-то подсунули.