Страница 26 из 72
Невозможно сказать, сколько звонков я пропустила – с работы, от Кларка. Стоит мне вспомнить его имя, как у меня скручивает желудок, я понимаю, что он, должно быть, обо мне сейчас думает. Он точно не пропустил, что обо мне говорят Пандора и весь город. Одна лишь мысль о встрече с ним – будь то по телефону или лично – заставляет меня решить прямо сейчас, что этот разговор я буду откладывать как можно дольше.
Что бы он ни думал, что бы он ни чувствовал, у меня сейчас нет умственных способностей даже попытаться это осмыслить.
Я не могла не заметить, что мне дали не телефон для предстоящего звонка, а только наушник. Видимо, Рикки посчитал это слишком рискованным — не знать, к кому я бы обратилась, если бы представилась такая возможность. Не могу его винить.
Прошло всего несколько дней, а вкус свободы, дарованной мне, уже вскружил мне голову. В первый день я позавтракалf на террасе. На той самой, где мы с Рикки… встретились. Я часто думала об этом. Отправляя виноград в рот, потягивая апельсиновый сок и вспоминая вкус кожи Рикки. Само собой, я тут же сообщила Мишель, что отныне буду есть либо в своей комнате, либо в столовой.
На второй день я спустилась на нижний этаж дома и обнаружила, что это пространство слишком уютное, чтобы считать его подвалом. Обстановка такая же, как и на первом этаже, там есть полноценный спортзал и кинотеатр на двадцать мест, где я однажды днём спряталась и смотрела фильмы невероятно долго. Уно тоже получила полный доступ к дому, что ей сильно понравилось. Наверное, это лучше, чем позволить ей сходить с ума в моей квартире.
Днём здесь полно персонала, но в основном они заняты своими делами: уборкой, готовкой, управлением бесконечным потоком заказов, приходящих к главным воротам. Понятия не имею, что это такое, но, полагаю, это как-то связано с семейным бизнесом, поэтому я не лезу не в своё дело.
Хотя я очень редко вижу Рикки, и, думаю, это сделано намеренно. Да, он занят, но я подозреваю, что он не появляется, потому что думает, что я этого хочу. В большинстве случаев это правда, но иногда я задаюсь вопросом, что его удерживает, даже учитывая, что, возможно, есть кто-то, кто его удерживает.
Мне не нравится странный укол, который пронзает меня, когда я думаю об этом – какая-то девушка занимает его время, пока его нет дома, – но меня это, честно говоря, не волнует. Поэтому я выкидываю это из головы. И в этот момент звон в ухе отвлекает меня, и я переворачиваюсь на бок, чтобы ответить.
— Блю?
— Как приятно слышать твой голос! — визжит она, и я даже не обращаю внимания, что она только что чуть не порвала мне барабанную перепонку. — О боже! Как ты себя чувствуешь? Беременность не тревожит? — спрашивает она со смехом.
— Удивительно, но нет. Почти всё хорошо. Сегодня впервые я почувствовала лёгкую тошноту с утра, но, судя по книгам, которыми твой парень Рикки меня напичкал за последние несколько дней, это нормально.
— Чёрт. Чувак довольно быстро перешёл в режим папочки, да?
— Ты даже не представляешь.
Она смеётся, но я думаю, как ещё можно подтвердить это утверждение про «папочкин режим». Впрочем, я воздерживаюсь. Блю смеётся, вероятно, не уловив двойного смысла в моём ответе.
— Но это даже мило, не правда ли? Я имею в виду, что всё определённо могло быть и хуже.
Я с ней не спорю, но держу свои мысли при себе, наблюдая, как Уно проносится взад-вперед по двору мимо моего окна.
— Мило не то слово.
— Я серьёзно. Знаю, что они с Уэстом только недавно узнали, что они родственники, но они очень похожи — заботливые, немного упрямые, — добавляет она со смехом. — Но, в конце концов, их преданность не имеет себе равных.
Моя грудь поднимается и опускается, когда я глубоко дышу, зная, что она почти права. Даже если бы мне хотелось, чтобы он умерил свой упрямый нрав.
— Я знаю, у вас с Рикки было непростое начало, но, когда Хантера посадили, Рикки не раз спасал нас от отключения света. В буквальном смысле, — говорит она. — Хотя наша… «любовь» давно сошла на нет, он всегда был рядом, всегда был тем другом, который мне был нужен.
Мне становится ясно, что Блю уже в курсе всех подробностей. Значит, Рикки, вероятно, переговорил с Уэстом, и, как бы он ни трактовал эту ситуацию, мнение Блю, несомненно, повлияло и на его мнение. Так что теперь Рикки — не тот гад, который вломился ко мне посреди ночи, а потом похитил… он герой, чья защитная натура воспринимается как рациональное объяснение подобных действий.
Я делаю глубокий вдох, признаваясь самой себе, что мне трудно решить, на чьей я стороне — считаю ли я Рикки грубияном, которому следовало бы заниматься своими делами, или считаю, что он просто делает то, что считает нужным.
— Соври и скажи, что ты этого не видишь, — говорит Блю, прерывая мои мысли.
— Что именно?
— Что у Рикки огромное сердце, что у него добрые намерения, — поясняет она.
— Что происходит? Ты что, подписалась быть его группой поддержки? Чёрт.
Она снова смеётся.
— Нет, я из команды Дез и всегда буду в ней, но, как твой друг, с моей стороны было бы невероятной халатностью не согласиться с ним. По крайней мере, в одном. Думаю, тебе нужно быть там, где он сможет за тобой присматривать, — говорит она. — Многие хотят навредить любому, кто хоть как-то связан с ним. А теперь, когда стало известно, что ты беременна… я уверена, что тебе не помешала бы дополнительная защита.
Я молча злюсь, когда она встаёт на сторону Рикки, может быть, потому, что вижу логику в её рассуждениях.
— Я просто не могу отделаться от мысли, что он мог бы поступить совершенно иначе. Ну, например, не брать меня против моей воли посреди ночи.
— То есть ты хочешь сказать, что добровольно последовала бы за ним?
Я не отвечаю, потому что она определённо говорила с сарказмом.
— Вот именно, — резко отвечает она. — Так что он сделал то, что должен был сделать. Нет, я не говорю, что согласна с этим, но я понимаю, о чём идёт речь. Вот и всё.
— А как же всё то, чего мне это стоило? Моя работа, возможно, квартира? Лекси, вероятно, придётся вернуться домой, потому что арендная плата слишком высока для неё одной.
На другом конце провода тишина, и я предполагаю, что это просто потому, что Блю озадачена моим доводом, но, когда она снова заговаривает, я понимаю, что ошибаюсь.
— …Он тебе не сказал?
Я хмурюсь, а живот сжимается.
— Не сказал мне что?
Блю снова замолкает, и мне не нравится, что она замыкается в себе и тянет время, когда я отчаянно хочу узнать, что я упустила.
— Пару дней назад Рикки зашёл в закусочную поговорить с Дасти, объяснил, что тебе придётся немного отлучиться по состоянию здоровья, и что он о тебе позаботится. Дасти сказал ему, что твоя работа будет ждать, когда и если она тебе понадобится. А что касается Лекси… Рикки тоже о ней позаботился.
— Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что он о ней заботился?
— Мне не следовало раскрывать свой большой рот.
— Ну, ты уже это сделала, так что рассказывай, — настаиваю я. Она сначала глубоко вздыхает, а затем заканчивает:
— Он знал, что кто-то может появиться в твоей квартире, разыскивая тебя, и что она может быть в опасности, поэтому он оплатил твою аренду на год, а потом… снял жильё для Лекси. Хороший лофт в доме, где живут Дейн и Джосс. Выделил ей бюджет на обстановку и всё остальное. Стерлинг сказал ему, что он не обязан это делать, что он всё оплатит, но Рикки настоял, потому что чувствовал себя ответственным. И поверь мне, Лекси не жалуется, — добавляет она со смехом. — Новое жильё вдвое больше и ближе к Стерлингу.