Отомщенная душа

Руки сжались вокруг его горла. Уэйд. И он стал бороться, его тело само сопротивлялось, оттаскивая руки Уэйда, когда хватка того стала препятствовать даже коротким вдохам.

― Ты собираешься покинуть меня, мальчик? ― выкрикнул Уэйд.

Слезы жгли глаза Дэниеля, но он подавил их и отчаянно замотал головой.

― Тогда добро пожаловать на твою новую должность, сынок. Будешь моей правой рукой, ― Уэйд бросил Дэниеля на пол и присел на корточки. ― Иди за Дженной и приведи ее в мою комнату, ― сказал он низким голосом и пошел к лифтам.

Парень втянул воздух, прикрыв рукой место, где Уэйд схватил его за шею. Он склонился вперед, закашлялся, задыхаясь, его ноги дрожали, когда он заставил себя встать.

Дженна ― самая последняя из рекрутов, которую они нашли лежащей на беговой дорожке университета ― миловидная брюнетка не старше двадцати четырех лет. Ликан, напавший на нее, планировал забрать ее в свое логово. Уэйд убил его, когда он тащил девушку в соседние леса. С тех пор, как она превратилась в Алекси, прошло всего три дня.

Опустив голову, Дэниель не смог заставить себя взглянуть на второго Алекси, пока направлялся к женскому блоку на другой стороне крыла.

***

Уэйд пробил код на охранном щите рядом с входом в свои апартаменты, бурбон был уже так близок к его языку, что он почти мог почувствовать его вкус. У него дрожали руки, и даже зубы постукивали.

― Каждого из этих дезертиров: Айден, Калла ― на всех будет открыта охота, и мы вернем их сюда, ― пробормотал он про себя, ожидая, когда откроется и закроется толстая железная дверь. ― И когда я закончу с ними, они захотят, чтобы я никогда не спасал их жизни от этих проклятых ликанов. Быть съеденным живьем покажется им более милосердным, чем то, что я планирую сделать с ними.

Когда открылась вторая дверь, он поспешил к своим комнатам. Мисс Прайс уже пошла спать. Темнота клубилась вокруг него, когда он шел по коридору к своему офису. Он ворвался в дверь и направился прямо к бару. Стекло зазвенело, когда он наливал спиртное в бокал. Уэйд поднес его к губам, и теплая жидкость обожгла горло и заколола в животе. Он сделал это еще и еще раз, скосил глаза и снова наполнил пустой бокал.

Слова демона каким-то образом резонировали в его мыслях: «И наказываю тех, кто поступил неправильно».

― Это я накажу тех, кто поступил неправильно, ― прошептал он сам себе.

Воспоминания, неуместные в нынешней ситуации, всплыли в его голове, когда тепло бурбона снова разлилось по горлу.

― Отвечай мне, кусок дерьма. Трогал мой пистолет?

Карие, почти черные, глаза приблизились, безумные и пьяные.

Сердце мальчика вздрагивало в груди. Он захлебывался каждым вздохом. Честный ответ означал избиение, быстрое наказание. Ложь означала нечто гораздо худшее. Так или иначе, отец никогда бы не поверил его словам, так зачем врать?

На самом деле отец сам переложил пистолет, но был слишком пьян, чтобы помнить об этом.

В голове мальчика кружило смятение, пока он обдумывал ответ.

От удара крупных костяшек в щеку он упал на пол. Онемение разлилось по половине его лица, пока он боролся с размытым от сдерживаемых слез зрением. Бог знал, его отец не стал бы добродушно смотреть на это. Взамен он сосредоточился на маленьком детском зубе, лежащем в луже крови на грязном деревянном полу.

Выпрямившись, как ожидал его отец, мальчик стоял, глядя вперед.

― Нет, сэр, ― только что приобретенная шепелявость заставила его съежиться.

― Нет? Извини, ты сказал «нет»?

― Да, сэр.

Мужчина ухмыльнулся.

― В угол.

Сердце мальчика упало. Он подошел к такому знакомому углу в задней части сарая. Зимний воздух завывал в щелях, примораживая ему позвоночник. Босой ногой он задел один из двух ржавых гвоздей, торчащих из половиц. Кровь с последнего раза все еще покрывала их.

― На носочки, мальчишка.

Он поднялся так высоко, как только мог, его пятки оказались над гвоздями. Уже знакомый с рутиной, он заложил руки за спину, крепко сцепив пальцы.

Острие гвоздя касалось недавно заживших ран на пятке. Мальчик глубоко вздохнул и напряг мышцы, опасаясь расслабить их, боясь, что упадет на гвоздь и проткнет пятку.

― Я вернусь, чтобы проверить тебя утром, мальчишка. Посмотрим, будешь ли ты готов рассказать мне правду.

Звонок в дверь вырвал Уэйда из оцепенения. Он поставил бокал и прошел через офис к столу, за которым обычно сидела мисс Прайс. Вглядевшись в экран, он улыбнулся и открыл дверь, а затем вернулся в свой кабинет. Уэйд сел за стол и пригладил волосы пальцами.

Красавица с глазами лани шла вслед за Дэниелем, взгляд которого был пустым, словно у заключенного, входящего в камеру смертников.

― Это все, солдат, ― сказал Уэйд, впившись взглядом в Дженну.

Дэниел повернулся, чтобы уйти.

― Хотя.. Подожди-ка, мальчик, ― Уэйд переплел пальцы. ― Возможно, я позволю тебе остаться и посмотреть. Научу тебя кое-чему о женщинах.

Дженна нахмурилась. Ее глаза метнулись к Дэниелю, лицо которого стало призрачно-белого цвета.

Он закрыл глаза и поморщился.

― Разве она ― не прекрасная работа, Дэниел?

Ответом стало молчание.

― Отвечай мне, ты, мелкий хрен! ― рявкнул Уэйд.

― Да, сэр.

― «Да. Сэр», ― он откинулся на спинку стула, положив ноги на стол. ― Итак, я допью напиток до дна, и у нас будет небольшая тренировка.

***

Свет проникал через окно. Свет не солнца, а пасмурного грязного неба цвета помоев, резко контрастирующего с почерневшими зданиями. Силуэты, такие красивые ночью, при дневном свете показали свои обгоревшие и беспризорные остовы ― изломанная оболочка того, что когда-то было архитектурными образцами. Над ними нависали тоскливые облака, всегда грозящие пролиться дождем. Черные птицы, наверное, вороны, слетелись в зловещий круг, что, Айден могла предположить, указывало на смерть внизу на улицах.

Она спала, свернувшись калачиком на куске дерева. Белая крыса давно исчезла вместе с тем самым коричневым бумажным пакетом. Лишь его клочки остались разбросанными на полу в грязи.

Она потянулась и зевнула.

Пришло время принять решение.

Она свернула свой кнут и закрепила под плащом, затем стянула волосы назад в конский хвост, используя резинку, которую всегда носила с собой. Ее пальцы нащупали в кармане спички, и она не могла не улыбнуться, вспомнив мрачную сцену, которую оставила на стоянке у «Салли». Вприпрыжку спустившись вниз по ступенькам, она выскользнула из входной двери и направилась туда, где припарковала свой байк. Никто его бы не угнал отсюда. Она была слишком далеко, чтобы кто-то озаботился бы этим, и никто гроша ломанного не дал бы за очередное заброшенное здание в городе. Даже бездомных здесь не было, потому что это слишком далеко от центра города, где им скорее бы повезло с едой.

Двигатель завелся, и Айден помчалась к поместью. Она была одной из немногих, кто знал, где обитали демоны. Айден склонилась к байку, прибавив газу, пока неслась по шоссе, обсаженному деревьями, которое вело в секретное логово. Так рано дорога оставалась темной и пустой.

Когда она подъехала к металлическим воротам, на экране появилось лицо Беннета.

― Привет, красавчик, ― сказала она с улыбкой.

Ворота открылись.

Она бросила Беннету ключ отбайка, войдя в особняк.

― Где Гэвин?

― Мастер Гэвин находится в гимнастическом зале.

В этом весь Беннетт. «Гимнастический зал».

Она отыскала всех четырех братьев скорее в «погром-зале». Логан боксировал мешок, с каждым ударом подбрасывая его в воздух. Зик бежал по беговой дорожке с самым сосредоточенным видом, который когда-либо видела Айден. Кажется, тренировка ― это единственное, к чему он относился серьезно. Гэвин и Каликс тягали штангу. На всех были надеты спортивные штаны или шорты и майки без рукавов с капюшонами ― поразительный контраст с костюмами, которые они обычно носили в течение дня.