Поцелуй принца

Лео наклонил голову в знак того, что принимает извинения. Его переполняло негодование, а глаза этой маленькой дьяволицы так и сверкали раздражением.

Хок натянуто улыбнулся Лео.

– Вы извините нас? – Он привлек сестру к себе и решительно направился с нею прочь.

Лео пафосно, хоть и про себя, поблагодарил своего друга, глядя на то, как Хок уводит от него сестру. Но упрямая леди Каролина послала Лео многообещающий взгляд, оглянувшись на него, прежде чем раствориться в толпе.

Лео долго смотрел ей вслед, тщетно пытаясь осознать случившееся, а потом вдруг вспомнил о леди Евлалии и обернулся к ней.

Та выглядела весьма довольной.

– Ради всего святого, что это было?

– Просто она обыкновенная англичанка, – проворчал Лео. Самая дерзкая, наглая, нелепая и привлекательная англичанка из всех, кого он когда-либо встречал. О да, в одном она оказалась права – она действительно выделялась из толпы, причем во всех смыслах.

– Да уж, эти англичане.. Думаю, все дело в том, что они слишком уж изолированы от остального мира на этом своем маленьком острове. И потому они не знают о том, что происходит за его пределами, – изрекла леди Евлалия.

Лео ничего на это не сказал. Сейчас он мог думать лишь о том, что леди Каролина наверняка является тяжкой ношей для своего брата, коего он считал славным малым и добрым другом. Быть может, она и красива, но в придачу к этой красоте прилагался исключительно вздорный нрав.

А леди Евлалия улыбалась во весь рот, явно наслаждаясь скандалом. Стоявшие неподалеку тоже не сводили с них глаз, и Лео подумал, что пора решать шараду формального ухаживания.

– Теперь, когда мы разобрались со всем этим, могу я пригласить вас на танец?

– Почту за честь, Ваше Высочество, – вежливо ответила леди Евлалия, как и подобает обращаться к принцу.

Чертова англичанка, чтоб ее!

Так уж вышло, что это был не последний раз, когда Лео увидел леди Каролину в тот вечер. Он заметил ее танцующей с лордом Сондерштайном. Старик буквально пускал слюнки прямо в глубокий вырез ее декольте. Она же с невыразимой скукой смотрела в сторону, словно уже тысячу раз танцевала с подобными похотливыми мужланами.

После этого он видел ее еще дважды: один раз, когда она смеялась, танцуя в паре с капитаном алусианского военно-морского флота, а потом и с англичанином, с которым Лео познакомился на охоте прошлой осенью.

Немного погодя Лео, к вящему своему облегчению, оставил свою предполагаемую невесту и удалился в игорную залу. Там он увидел лорда Хока и сел за его стол. Когда другой джентльмен сдал карты, Лео сказал:

– Надеюсь, ваша сестра не слишком рассердилась.

Хок выразительно закатил глаза.

– С нею все в порядке. Она очень импульсивная особа, только и всего.

– Как и все они, – согласился Лео, после чего он, его друг и все, сидевшие за столом, рассмеялись громко и непочтительно.

Глава 6

..горячо любимая герцогиня Таннемидская, гордость Англии, леди Элиза Триклбэнк, щедро одарила присутствовавших на ее свадьбе соотечественников изумительными фарфоровыми чайничками на память об ее свадьбе с принцем Себастьяном Алусианским. Кое-кому из британских гостей настолько пришлись по душе алусианские шелка, что множество сундуков, приобретенных здесь же, отправились домой, битком набитые заморским товаром. Ожидаем увидеть эти потрясающие ткани во время светских мероприятий осенью.

Свадебная церемония и последующие празднества оказались столь замечательными, что многие гости не горели желанием возвращаться домой. В частности, одной из англичанок оказалось чрезвычайно трудно расстаться со своим новым другом, джентльменом в самом соку. Впрочем, ей все-таки пришлось отправиться восвояси, к другому джентльмену, который, по слухам, только приближается к поре расцвета.

Дамская газета мод и домашнего хозяйства госпожи Ханикатт

Итак, подведем итоги.

Как выяснилось, ее ошеломительного платья и несомненной красоты оказалось недостаточно, чтобы очаровать принца Леопольда. Не то чтобы ей так уж хотелось покорить этого невоспитанного хама, но это никак не отменяло того факта, что он просто обязан был впечатлиться ею. Но нет – ей пришлось самой подойти к нему, завязать разговор, а он посмел в ответ заявить, что совершенно не помнит ее, да еще и приравнял ее к сонму дебютанток, которые кружат вокруг него на каждом светском мероприятии!

– Почему он меня не запомнил? – требовательно спросила на следующий день Каролина у Элизы и Холлис, когда они прогуливались по дворцовым садам. – Все помнят меня. Это так невежливо с его стороны, верно? Он – высокомерный принц, и мне, например, уже прискучила его гордыня.

– Ха! – воскликнула Холлис. – Ты ведь имеешь в виду совсем не это.

– Неправда! Неужели он действительно ожидает, что я стану называть Элизу «ваша светлость» после всех тех лет, что мы с нею знакомы? До двадцатилетнего возраста я звала ее Селедкой.

– Ой! – с ласковой улыбкой отозвалась Элиза. – А я уже и забыла это прозвище.

Каролина пропустила ее слова мимо ушей и продолжила:

– Этот человек – настоящая помпезная и высокомерная задница! Ему повезло, что Бек вмешался вовремя, иначе я бы.. даже не знаю, что бы я сделала, но..

– Пригласила бы его на танец, – встряла в разговор Холлис. – Ты же умирала от желания потанцевать с ним.

– Ну да, согласна, я хотела потанцевать с ним хотя бы ради того, чтобы на мое платье обратили внимание. Я просто хочу сказать, что мне нет никакого дела до этого сущего грубияна.

– Каро! Говори потише, – прошептала Элиза, оглянувшись на двух дворцовых стражников, следовавших за ними в нескольких шагах.

Каролина только фыркнула в ответ на то, что ей посмели указывать, как надо себя вести.

– Знаете, а мне, в общем-то, все равно, помнит он меня или нет.

Холлис противно захихикала, выражая тем самым недоверие услышанному.

– Речь идет о гордости, Холлис. Разумеется, я тоже не помню всех, с кем свожу знакомство, но мне нравится думать, что большинство из них все-таки остается в моей памяти. И двоих из них я помню совершенно отчетливо.

– Затаив дыхание, я жду, чтобы ты назвала их имена, – сообщила подруге Элиза.

– Итак, первый – его королевская задница, принц Леопольд, что вполне очевидно, как мне представляется.

– Каро! – прошипела Элиза, вновь испуганно оглядываясь на стражников, что следовали за ними по пятам. – Не забывай, ты находишься в Алусии! Да еще на территории дворца! Нельзя разгуливать здесь и при этом обзывать Лео по-всякому.

– А второй – алусианский джентльмен с орлиным носом, – ничтоже сумняшеся продолжала Каролина. – Ты ведь помнишь его, не так ли, Холлис? Я показывала его тебе на балу.

– В самом деле? – озадачилась Холлис, хмуря брови. – Ах да, что-то такое припоминаю – тот самый джентльмен, что ни разу на тебя не взглянул. Ты его имеешь в виду?

– Именно!

– Он много потерял, дорогая, – попыталась успокоить подругу Элиза.

– В самую точку, не так ли? – убитым голосом сказала Каролина. – Благодарю за поддержку, принцесса Элиза.

– Принцесса? Или все-таки герцогиня? – полюбопытствовала Холлис.

– Даже не знаю, – небрежно отмахнулась Элиза. – Мне говорили, но я не запомнила. Да и какая, собственно, разница? Как по мне, так оба титула хороши.

– В этом-то все и дело, Элиза, – один лучше другого, – заявила Каролина. – Как можно забыть о том, кем тебя следует величать – принцессой или герцогиней?

– Полагаю, что, обращаясь к ней «ваше высочество», мы убьем сразу двух зайцев, – предположила Холлис.