Затмение

Глава 1

Ноосфера. Летописи. Блог Тёмной Крошки.

Запись 554207:

Утром я встаю по-разному: то часа в четыре, если на дворе лето и уже светает; то в семь — если за окном зима, темень, холодрыга, и хотелось бы поспать подольше, но надо на работу. В выходные зимой вообще сплю до обеда — так не хочется вылезать из-под тёплого одеялка. Однако всё это лишь короткое отступление перед моим рассказом о событиях сегодняшнего дня. И будет он не о моём пробуждении, а о более серьёзных и интересных вещах.

Сегодня я встала, несмотря на темноту и промозглый холод зимнего утра, задолго до семи, и у меня были для этого причины — зазвонил телефон. Обычно никто не звонит мне в такую рань, если, конечно, дело не терпит отлагательств. Закономерно решив, что дело важное, я взяла трубку:

— Да?! — выдохнула я хриплым со сна голосом.

— Ты ещё спишь, что ли? — ответила трубка голосом моего самого лучшего информатора.

— Не сплю, — недовольно буркнула я. — Благодаря тебе, между прочим. И если ты не дашь мне убедительную при…

— Есть тема! — быстро прервал меня Хорёк. — Как только узнаешь, в чём дело, то уверяю тебя, ты всё мне простишь. Ну и я, естественно, рассчитываю на награду. Очень хорошую награду.

— Ну-ну, — недоверчиво протянула я, едва сдерживаясь, чтобы не зевнуть, — надо признать: этот прощелыга умел добывать хорошую информацию, но чтобы до такой степени… не верю!

— Пойми, Вжик, это лучшее, что я когда-либо доставлял тебе за всё время нашего сотрудничества! — проговорил он, с жаром дыша в трубку.

Я отодвинула от себя смартфон и невольно потёрла ухо, стараясь избавиться от ощущения слюней Хорька на нём. Внезапно мне захотелось придушить этого мерзавца — умеет же этот гад вывести меня из себя! А сейчас на меня вообще накатило. Наверное, я просто не выспалась. Пришлось прервать его, постаравшись, чтобы в моём голосе было достаточно яда:

— Охолони, крыс-переросток! И ещё раз назовёшь меня этим дурацким прозвищем, и я заставлю тебя съесть собственный хвост!

— Кэ-э-кэ-кэ-кэ! — ничуть не смутившись, трескуче рассмеялся Хорёк. — Прошу прощения, уважаемая, — голос информатора зазвучал совсем по-другому, более почтительно и, я бы сказала, заискивающе, но в то же время я уловила в нём его обычные нотки сарказма, так бесившие меня, — я никоим образом не намеревался оскорбить вас, леди. Осознание моего ужасного проступка буквально гложет меня изнутри, выедая до самых печёнок! И я не смогу уснуть, пока…

— Завали хлебало, хвостатый! — раздражённо рявкнула я, не в силах выдержать эту ахинею, которую, по моему опыту, он мог гнать очень и очень долго.

— Кэ-э-кэ-кэ-кэ! А что не так, прекраснейшая Диандель ла'Белль? — со смехом проговорил ехидный звероэльф, обратившись ко мне моим полным именем.

— Говори, что нарыл, или я кладу трубку! — рыкнула я.

— Кэ-кэ-кек! И упустишь величайшую сенсацию со времён закрытия порталов? — лукаво поинтересовался Хорёк.

— Если это действительно так, — холодно прошипела я, ощерив острые зубы в злобном оскале, — и ты продинамишь меня с этой новостью… Клянусь Тёмным Лесом! Я приду за тобой, хвостатый, и обглодаю твою мерзкую морду до самых костей!

Конечно, он не видел меня, но, несмотря на это обстоятельство, моя угроза его впечатлила — приятно, когда твоя репутация работает на тебя. В трубке раздался громкий звук судорожного сглатывания. Я тут же живо представила, как движется его острый кадык. В трубке наступила долгая, гнетущая тишина.

— Так что там у тебя? — поторопила я Хорька.

— Это не телефонный разговор, леди, — сменив тон на деловой, проговорил информатор. — Нужна личная встреча.

Вот это уже другой разговор!

— Где и когда?

— Там, где мы встречались в прошлый раз, — быстро проговорил Хорёк, — в восемь! — после чего, не прощаясь, разорвал связь.

Что ж… до восьми у меня вполне ещё есть время привести себя в порядок и позавтракать. Всё равно спать уже перехотелось.

✹ ✹ ✹

Честно сказать, я довольно сильно поспешила с выводами, когда решила, что у меня полно времени — слишком много времени заняли процедуры приведения себя в надлежащий вид. Пришлось сильно постараться, чтобы выглядеть на все сто, так что позавтракать я не успела. Правда, я не видела в этом большой проблемы — мне часто доводилось пропускать завтрак, и это, я считаю, нормально. Поголодаю чуток — стройнее буду. Гораздо хуже выйти в свет с растрёпанной головой или в мятом платье. Бабушка не уставала мне повторять:

— Запомни, деточка, ты можешь вести себя как настоящая стерва, быть грубой, врать и ругаться напропалую, но не вздумай оказаться на улице в неподобающем виде! Твой образ должен быть совершенным!

Тут я с ней согласна — наш народ за прошедшее время заимел кое-какую репутацию, так что не стоит нарушать устоявшиеся стереотипы. Так что даже приведя себя в порядок, перед выходом я накинула на себя личину злобной тёмной пикси, потому что, к сожалению, моя настоящая внешность не больно-то соответствует устоявшимся стереотипам. Впрочем, хоть я и навела на себя полный лоск, но на улице моросил мелкий, противный дождь, так что мне пришлось поплотнее завернуться в плащ, выпростав из-под него только мои крылышки и вылететь во влажную, промозглую тьму. Так что случайные зрители мало что могли разглядеть во мне.

✹ ✹ ✹

Яркий свет фонарей словно размазывался в висящей в воздухе водяной взвеси, отчего узкая улочка, зажатая с боков высокими, каменными зданиями, едва освещалась ими, пропадая в плотном тумане. Я летела вперёд, настраиваясь на встречу с Хорьком, машинально пропуская проносящиеся с рёвом мимо меня машины. Те пролетали, не обращая на меня никакого внимания, не останавливаясь, не заботясь о том, что грязная вода из-под колёс может забрызгать меня, и, обдав на прощание едким перегаром маны, уносились куда-то вдаль. Также приходилось внимательно следить за другими прохожими, чтобы не врезаться в кого-нибудь из них. А их становилось всё больше — рабочие спешили на работу, чтобы в поте лица своего зарабатывать хлеб насущный.

— Вах! Слюшэй, какая крошка, э-э-э!.. — услышала я за спиной протяжный свист и гогот. — Пайдом с нами, лапуля, тэбэ панравитса!

Мимо пронеслась огромная зелёная лапа — она безусловно схватила бы меня, если бы я не увернулась, действуя на уровне инстинктов. Вот чего не люблю, так это пристающих на улице олигофренов, считающих себя знойными мачо, перед которыми любая встречная девка с радостью раздвинет ноги. Да и что это за привычка такая — накидываться пивом с утра пораньше?

— Что ты там вякнул? — обернулась я к этой компании придурков, и голос мой был очень радостным, как и зубастая улыбка, которой я наградила неосторожных гопников.

— Ой! — изменился в лице зелёный гигант, стараясь стать под моим взглядом как можно меньше и незаметнее, что с его габаритами было совершенно нереально.

Это был гоблин — здоровенный детина, облачённый в чёрную кожу с металлическими шипами и высоким ирокезом на голове. Похоже, он с приятелями шёл с ночной смены, зайдя по пути домой в круглосуточный, чтобы дерябнуть пивка. Ему, судя по яркому окрасу кожи, и двадцати лет не было. Его испуг, такой сильный и искренний, отбил у меня всякое желание его воспитывать, но это не значит, что я отпущу его просто так — репутация нарабатывается годами, а рухнуть может в один миг.

— Что, огурчик, обознался? — почти пропела я, ласково скаля в улыбке свои акульи зубы.

— Д-да!.. — суматошно закивал гоблин, даже и не думая возмущаться прозвищу.