Страница 72 из 76
37.Реон
— Ты любишь её? — удивленно спрашивает Сорен, пока моя Гусеница стоит рядом.
— Стал бы я, блядь, жениться на первой встречной? — говорю ему, хотя он и сам должен знать ответ.
Сорен бросает взгляд на топор, всё ещё зажатый в моей руке, затем снова на меня.
— Ты уверен, что это не просто увлечение? Я понимаю, она привлекательна. — Он смотрит в её сторону, и я не могу сдержать рычание, вырвавшейся из моего горла.
— Следи за тем, как говоришь о моей жене, — рявкаю я.
— Ей нужно было знать. И, очевидно, тебе тоже. Я выяснил всё только после того, как уехал, и сразу же вернулся.
— Бьюсь об заклад, ты был очень рад, когда узнал. И каков был твой план?
— Просто сообщить тебе, на ком ты женился. Такова обязанность, Реон. Ты должен это знать.
Моя хватка на топоре усиливается.
— Если Лилит не простит меня, если решит бросить меня, я выслежу тебя. Я отрублю тебе голову, пока ты спишь, а затем сделаю то же самое с твоей сестрой. Ты меня слышишь?
— Я не думал, что ты любишь её, — говорит Сорен.
— Я дышу ради неё, — признаюсь я.
Моя Гусеница смотрит на меня. Я тянусь к ней, но она отстраняется.
— Отвези меня домой, сейчас же, — требует она.
Я наклоняюсь к ней, и она отталкивает меня.
— У тебя нет дома, Гусеница, — напоминаю. Её плечи слегка опускаются, но я всё равно киваю. — Мы уезжаем.
Арло качает головой, но я продолжаю смотреть на Сорена.
— Идите, всё кончено, — говорит он.
— Какого хрена?! — ревёт Арло.
— Ты не хочешь убивать её, так почему, блядь, продолжаешь вести себя так? — спрашиваю Сорена, пока Лилит садится в машину.
— Все нарушают правила! — перебивает Арло и указывает нас. — Мы придумали правила не просто так. Они обеспечивают порядок. Порядок – это хорошо.
— Спокойной ночи, — говорю, качая головой, и направляюсь к машине. Я не собираюсь выслушивать возмущения Арло; меня это не волнует. Моя главная забота – женщина, ждущая в машине. Она не смотрит в мою сторону, когда я сажусь, и даже когда мы отъезжаем.
— Гусеница? — я протягиваю к ней руку, но Лилит отстраняется.
— Я устала, — всё, что она говорит в ответ.
Я начинаю ехать к своей квартире, но она называет другой адрес.
— Я не хочу оставаться у тебя, — говорит Лилит, когда мы подъезжаем к старому дому. Передняя дверь открывается, на пороге появляется сестра Кинана, обхватив себя руками и вглядываясь в машину.
— Не выходи. Поехали со мной, — умоляю я.
— Нет, — отвечает Лилит усталым голосом, затем открывает дверь и выходит. Когда она оглядывается на меня, в её шоколадных глазах стоит такая печаль, что это разбивает моё чёртово сердце. — Не иди за мной, Реон, я серьезно. — Она захлопывает дверь, подходит к тёте, и они исчезают в доме.
Я сижу там слишком долго, даже после того, как в доме гаснет свет.
Приходит сообщение, и, даже не глядя, я знаю, что это она.
Гусеница: Иди домой.
Два простых слова, которые жгут меня изнутри.
Когда я возвращаюсь домой, Эбигейл стоит в гостиной.
— Где ты был? — спрашивает она, глядя поверх моего плеча. — Где Лилит? Я думала, ты собирался забрать её прошлой ночью.
— Уже поздно, — говорю я, не желая ничего обсуждать с ней.
— Нет, ещё рано, — поправляет она. — Где Лилит?
— Я всё испортил.
— Как? — она идет за мной, а я вхожу в гостиную и скидываю ботинки. — Реон, скажи мне как.
Я открываю холодильник, достаю бутылку вина, открываю ее и начинаю пить прямо из горла.
— Я отправил её отца в тюрьму.
— О боже… правда? Чёрт, это серьёзно. — Эбигейл начинает нервно расхаживать взад-вперёд. — Ладно, а это можно исправить? Есть какой-то способ? Она вообще близка со своим отцом или, может, ненавидит его?
— Не знаю.
— Ты не спросил её? Дерьмо! А с кем она близка?
— Со мной, — отвечаю я.
— Реон, — фыркает Эбигейл, закатывая глаза.
— У неё нет друзей. Она только начала налаживать отношения с тётей, ненавидит свою работу, а её любимый цвет – красный. Когда она нервничает, у неё дёргается нога, и она наблюдает за всеми. Лилит видит больше, чем другие. Именно это мне в ней нравится. Нет… на самом деле, я люблю в ней это.
— Я и так знала, что ты её любишь, Реон, — улыбается Эбигейл. — Рада, что ты наконец сам это понял.
— Ещё ей нравится Охота, и она немного сумасшедшая, как я. — Я делаю ещё один глоток вина.
— Ладно, хорошо. Тогда иди спать, а завтра придумай, как вернуть её.
— Мне никогда не приходилось завоёвывать женщину.
— Да, но ты никогда и не был влюблён.
— А что, если это только в моей голове? Что, если я получу её, а потом разочаруюсь?
— Насколько сильно ты ненавидишь то, что её сейчас здесь нет?
— Всем своим гребаным существом, — говорю я.
— Ты правда думаешь, что можешь устать от неё? — спрашивает она, и я качаю головой. — Иди спать. — Эбигейл подходит, забирает у меня из рук бутылку вина и подталкивает в сторону спальни. — Мне нужно идти, но если хочешь, я останусь.
— Нет, иди. Со мной всё будет в порядке. Спасибо.
— Я люблю тебя, Реон. Я хочу, чтобы ты это знал. — Я поворачиваюсь к ней и пытаюсь выдавить подобие улыбки. Она встаёт на цыпочки и целует меня в щёку. — Ты вернёшь её. Ни одна женщина, гетеро или нет, не устоит перед твоим обаянием. Покажи ей кольцо, которое купил для неё, и верни её домой.
Слова поддержки сестры продолжают звучать в моей голове, когда я иду спать, полный решимости придумать способ вернуть свою жену.