FUTURUM

— И что… таблетки помогут? — тихо и с явным недоверием спросил Кожин.

— Безусловно! — уверенно кивнула врач. — Они стабилизируют ваше состояние… - и, словно споткнувшись, со вздохом после паузы добавила: - Только, видите ли, Сергей Николаевич… лекарства помогут снять остроту переживаний… - она внимательно посмотрела в равнодушные глаза Кожина и произнесла как можно более внушительно: – Но главное сейчас — ваше желание вернуться к нормальной жизни! – она замолчала, а потом с жаром продолжила: - Постарайтесь найти себе занятие, которое сможет отвлечь вас от негативных мыслей! Любые увлечения и хобби! – и видя, что не пробила его брони, продолжила уже более мягко и медленно, явно подыскивая слова: - И общайтесь… С близкими людьми... да и – вообще… словом, не замыкайтесь в себе! – и врач на серой бумажке рецепта стала методично выводить прыгающие корявые буквы – фирменный знак всех врачей.

Кожин посмотрел на свои ладони, лежащие на коленях – его пальцы сильно дрожали. Он попытался справиться с дрожью, и – подавил её. С облегчением глубоко вздохнул и быстро выдохнул… Подумал, что справился…Но тут же замер – внезапно его лицо исказилось гримасой. Внутри поднималась волна отчаяния, вызванная событиями, о которых так некстати напомнила врач… Кожин всхлипнул, попытался подавить боль, но – тщетно. Он уже больше себя не контролировал – плечи его мелко затряслись, губы дрогнули, и – Кожин разрыдался.

— Доктор, как же… - сквозь слезы пробормотал Кожин. – Какое ещё общение?! Я не знаю, как жить... просто не знаю…– пробормотал он сквозь стиснуты зубы и разрыдался в полный голос.

Врач подняла глаза от рецепта и посмотрела на рыдающего мужчину – долго, не отрываясь… По её реакции было видно, что с подобными ситуациями она сталкивалась часто и, скорее всего, и сейчас ожидала чего-то подобного.

– То, что вы переживаете, называется «посттравматическим стрессовым расстройством», – наконец, пояснила она ласково. – Панические атаки, ощущение нереальности происходящего, внезапные вспышки сильной боли, галлюцинации, тревожность и бессонница — всё это вполне естественно в вашем состоянии…

- Как мне жить дальше?! – перебил её Кожин. – Как?

- Сергей Николаевич, я не могу ответить на ваш вопрос… - тихо сказала врач. – Любой ответ был бы фальшивым… - и она посмотрела Кожину прямо в глаза: - Я могу лишь обещать, что таблетки облегчат ваше состояние, помогут справиться с тревогой, страхом и видениями… - и добавила: - И, хотя ваша жизнь уже никогда не станет прежней, вы должны жить! С каждым днем это будет легче – время постепенно притупит остроту переживаний.

Медленно произнося слова утешения, доктор старалась сопровождать их жестами, напоминающие пассы гипнотизера… По опыту она знала – это должно подействовать…

Но в этот момент, внезапно открылась дверь.

- Алла Васильевна, вы заняты? – спросила молоденькая медсестра, но увидев брошенный на неё яростный взгляд врача, тут же захлопнула дверь.

Кожин медленно поднял голову. И пристально посмотрел на врача.

— Лучше всего просто исчезнуть... уйти… забыть всё... забыть… – тихо бормотал Кожин, скорее уговаривая самого себя.

Врач, мягко улыбнувшись ему, тихо покачала головой.

– Вы сильный человек, Сергей Николаевич! – уверенно сказала она и после паузы ласково повторила: – Со временем станет легче… Лекарства должны помочь… если что – подберем другие препараты… А если вы всё-таки отважитесь на регулярные встречи с психологом… - тут она осеклась, пораженная глазами бывшего физика, из которых, казалось, просто сочилась боль.

— Главное сейчас — не сломаться… — пробормотала врач и добавила: – Поверьте, вы справитесь!

Кожин усмехнулся. Но ему стало легче – боль ушла.