Страница 26 из 79
Лекси: Чувак… ты даже не представляешь, как это впечатляет, что ты всё ещё можешь писать со сломанными пальцами. Смотри, как ты двигаешься!
Коул: Иди нафиг. Просто знай, что я запланировал кое-что интересное на нашу следующую встречу.
Лекси: Просто сосредоточься на том, чтобы вернуть пальцы в рабочее состояние. Ну, чтобы ты не был ПОЛНЫМ разочарованием в плане секса.
Коул: Ты труп, сука.
Лекси: А ты — жалкий хищник, который насилует женщин, а потом возвращается домой и дрочит, думая обо всех женщинах, которых ты оскорбил. Твой ход.
Он не отвечает, так что, думаю, он знает, что я могу так всю ночь. Я пролистываю посты Пандоры, так как телефон был выключен, и, похоже, Стерлинг забивает победный тачдаун. К тому времени, как я понимаю, что происходит, все уже вскочили, и я больше не вижу поле. Медленно, без энтузиазма окружающих, я тоже встаю, хлопая в ладоши и зевая.
— Ура.
Смеясь и крича, призывая своего парня, Блю толкает меня в руку, давая понять, что мне нужно приложить немного больше усилий.
Закатывая глаза, я хлопаю ещё сильнее и следую её примеру, когда она направляется к полю. Формально нам туда не разрешено, но ей всегда удаётся улизнуть, когда она бежит к Уэсту к боковой линии, прежде чем тренер отправляет их обратно в раздевалку.
Думаю, теперь и моя жизнь такая же.
Убейте меня.
Дез и Джулс идут следом за нами, а Джосс уже обнимает Дэйна за шею и целует его, словно вокруг никого нет. Чудо, что эти двое вообще делают хоть что-то другое. Они вечно целуются друг с другом.
Кстати, Уэст крепко обнимает Блю, а я отвожу взгляд, чтобы дать им немного уединения.
И, знаете, чтобы не блевануть.
— Вы двое никогда не чувствовали, что мы вмешиваемся в их маленькие любовные пирушки? — шепчет Дез со смехом.
— Всё время, — говорим мы с Джулс в унисон, и все трое смеёмся.
Мы немного отходим, и я изо всех сил стараюсь выглядеть непринуждённо, но кого я, чёрт возьми, обманываю? Я смотрю на Стерлинга, и, о чудо, когда он снимает шлем, он уже смотрит на меня. Он моргает, когда я замечаю это, и пытается сделать взгляд менее напряжённым, но я не знаю, что и думать. Его тренер наклоняется к нему, обсуждая что-то из игры, как мне кажется, и Стерлинг снова обращает на него внимание.
У меня дрожат руки, и дело вовсе не в холоде. Я волнуюсь о том, что будет дальше. Знаю, я согласилась всего лишь на объятия, но это кажется чем-то большим, из-за того, кто он, из-за того, что он для меня значит.
Разбитое сердце. Отвергнутость. Гнев.
Один из игроков проходит мимо и откровенно стреляет в Дез глазками. Но она, кажется, даже не замечает этого. Только когда я толкаю её локтем и киваю в сторону её поклонника.
— Я думаю, он даёт тебе понять, что не против, если ты захочешь заняться этим, — шепчу я, вызывая у нее тихий смешок.
— Я пас. Слишком молодой. Слишком… чистый, — отвечает она.
— Чистый? Он весь в грязи, Дез.
Она, смеясь, толкает меня локтем.
— Я не буквально, тупица. Он слишком чистоплотный, у него под ногтями маловато грязи. Ты только посмотри на него. Лицо прямо кричит: «Мальчик по соседству». Я уже поняла, что идеальные парни ждут идеальных девушек… и у кого, чёрт возьми, есть на это время? — ворчит она.
— Значит, тебе нравятся парни, которые заставляют людей обкакаться, когда он входит в комнату? Зафиксировано, — поддразнивает Джулс.
— Может, они и не накладывают в штаны, но… они определённо немного писают, — поясняет Дез, лукаво ухмыляясь.
Ох, уж эта девушка.
Я понимаю, что этот парень действительно слишком молод для неё, ведь она старше большинства из нас на пару лет и не увлекается тем же, чем многие парни здесь. Но вот то, что она считает его слишком опрятным, немного сбивает с толку. Ведь её отец — полицейский, а бывший — новобранец, так что девушка окружена опрятными людьми. С другой стороны, возможно, в этом и проблема — почему она ищет что-то другое, кого-то менее предсказуемого.
Может быть, я понимаю её.
Поток воздуха наполняет мои лёгкие, когда я понимаю, что тренер Стерлинга закончил с ним, и теперь мой «бойфренд» направляется ко мне. Он не чисто выбрит, как обычно. Вместо этого лёгкая щетина придаёт ему суровый вид, который на удивление ему идёт, выделяя его на фоне братьев.
Все трое идентичны, но в то же время во многом различны.
Стерлинг одаривает меня той самоуверенной полуулыбкой, от которой у меня скручивает живот. Судя по всему, он ничуть не нервничает. А вот я вся на нервах.
Вот он. Наш момент.
Дез и Джулс, зная план, небрежно отходят в сторону, направляясь в сторону Блю и Джосс, которые уже идут навстречу. Я же, в свою очередь, нахожусь прямо на пути урагана по имени Стерлинг, и в его глазах — адская буря.
Я почти начинаю сомневаться, нравится ли ему всё это дерьмо, и мне становится не по себе.
— Хорошая игра, — бормочу я.
— Спасибо.
Его взгляд такой пронзительный, что хочется отвести взгляд. Но я не могу. Мы так и договорились.
— Чёрт, Родригес, не смотри так несчастно, — поддразнивает он со смехом, обращая внимание на моё не слишком восторженное выражение лица. Теперь, когда я осознала это, я расслабляю уголки рта и пытаюсь улыбнуться.
Хотя я почти уверена, что выходит плохо.
Он подходит ближе, и у меня перехватывает дыхание. Он весь в поту, его форма грязная после сегодняшней тяжёлой победы, и меня обдаёт его резкий запах. В его глазах дикий победный взгляд, и я представляю, как он будет парить на этой высоте ещё много часов. Толпа тоже это чувствует. Позади меня все кричат его имя во весь голос, и это странное сочетание образов, запахов и звуков заставляет моё сердце бешено колотиться.
Или… может быть, это предвкушение.
— Если ты хочешь отступить, сейчас самое время, — шепчет он мне, стоя так близко, что я вижу разноцветные крапинки зеленого в его радужных оболочках.
Чёрт тебя побери, сексуальный придурок.
— Давай покончим с этим, — вздыхаю я, и мой ответ даёт ему понять, что сегодня я так же уверена в этом, как и неделю назад.
Он кривит бровь, и я чувствую его жар задолго до физического контакта, но потом контакт всё же происходит. И очень сильный.
Меня обнимают сильные руки, и шлем Стерлинга опускается мне на поясницу. Он выпрямляется во весь рост, и мои ноги отрываются от земли. Я крепко обнимаю его обеими руками, и улыбка, которая когда-то казалась натянутой, больше не кажется таковой. Не хочется в этом признаваться, но теперь это выражение лица получается естественным.
Чертовски естественным.
Он сжимает меня ещё крепче, когда мой подбородок упирается ему в шею. А потом я делаю ошибку и по глупости закрываю глаза, впитывая всё это. Я говорю себе, что просто играю роль, но эта грань сейчас кажется невероятно размытой.
— Последний шанс.
Этот шёпот приводит меня в чувство. Его губы касаются края моего уха, и я почти забываю ответить.
— Последний шанс для чего?
— Чтобы действительно втюхать всем эту херню, — говорит он. — Люди смотрят, но, похоже, думают, что мы просто празднуем.
Он не говорит об этом открыто, но я знаю, что он имеет в виду.
Поцелуй.
Я слышу его, я даже позволяю себе это представить, но я не могу сделать это. Не с ним. Не после того, что было.
Я украдкой бросаю взгляд на толпу, всё ещё цепляясь за шею Стерлинга. Но он прав. За нами следят, но телефонов нет, а значит, и фотографий нет.