Страница 168 из 178
Эпизод шестьдесят четвёртый. Год 1916.
Приходила ли проведать Василия во снах его прошлая жизнь?
Как ни странно, но она обходила его стороной. Не было захватывающих, щемящих сердце картинок ни из бытности Чепаева, ни из прошлой действительности Шилова.
Лишь однажды... Приснился ему Тихон. Старец сидел на лавке у своего дома. Вначале его голова была прислонена затылком к стене и создавалось впечатление, что он, задумавшись, рассматривает небесные дали. Но потом, видимо, сон постепенно захватил его сознание и подбородок медленно упёрся в грудь. Борода встопорщилась и задралась. Внезапно святый отче дёрнулся, изогнулся дугой, вроде как пытаясь выпрямиться, а дальше... Тихон уверенно шёл по какому-то залитому необычным светом лугу и к нему бежала радостная Снежка, шли какие-то люди, которых Василий не знал и от которых, с безграничной любовью, разливалось вокруг тёплое свечение. Струи этого невероятного света тянулись к Тихону, обвивали его ласково и он сам начал светиться, излучая такое же тепло, которое несло несусветную благость повсюду. И вокруг звучал изумительный, диковинный колокольный звон небесных колоколов.
Вспышка и мелькнуло в видениях лицо Анисьи, склонившейся в рыданиях над бездыханным телом Тихона, и на этом больше временных прорывов не было. Из сна Шилов понял, что отче преставился и искренне сопереживал горю, проснувшись утром. Он отчётливо понимал, что изменить что-либо в данный момент не в его возможностях, но и спокойно принять факт того, что его несостоявшаяся жена осталась одна, без мужниной поддержки, Василий не мог, и это его угнетало.
Что ещё дёргало Василия из прошлого, так это вбитая намертво годами курсантской, а потом и армейской жизни, необходимость ежедневного поддержания своей физической формы.
Доставшееся Василию тело героя Гражданской войны требовало определённого совершенствования в плане физического развития. Победить привычку из прошлого леностью хозяина телесной оболочки, оказалось делом сложным. Натура подселенца взяла верх. Поэтому Шилов ежедневно, с голым торсом, не взирая на погодные условия, в изрядно поношенных штанах мужа Евдокии Николаевны, совершал пятикилометровые забеги по окрестностям Кушелёвки. Во время прохождения дистанции он выполнял упражнения на растяжку, оттачивал приёмы каратэ, падения, перекаты и скоростные удары костяшками пальцев по стволам деревьев. Вернувшись домой, занятия продолжал на заднем дворе. Особенно усердно Василий истязал себя в последнее время. Тренировки проводил с использованием методов школы боевых искусств Гёкко-рю [1], отрабатывая до автоматизма технику ударов закалёнными пальцами, при этом применяя упражнения школы Ёсин-рю [2]. Купив на рынке большой глиняный горшок грубого обжига, он обмотал его рваным ватным одеялом, позаимствованным у хозяйки дома, и нещадно молотил конструкцию руками.
Со временем физическое состояние тела Чепаева достигло нужных кондиций. Уже две крайние тренировки подряд при ударе горшок не заваливался на бок, а лопался. После первого такого удачного удара, который сигнализировал, что Чепаев достиг уровня, позволяющего убить противника, повредив какой-либо внутренний орган, Шилову пришлось наведаться на базар и купить новый горшок. В результате этого молниеносного удара на поверхности тела врага не должно остаться никакого следа. Удар наносился строго по прямой тычком, при этом пальцы как бы вонзались в объект. Особое внимание было уделено скорости. Сила – это скорость. Чем выше скорость удара, тем эффективнее удар. Немаловажным было научиться молниеносно отдёргивать руку. Василию удалось отработать отдёргивание не просто с той же скоростью, с какой наносился удар, а даже быстрее.
Извазюканный в коктейле из талого снега и грязи, уставший, но заряженный энергией и довольный собой, Василий отправлялся совершать приём ведёрно-тазовых процедур. Воду в ведре загодя нагревала милейшая Евдокия Николаевна. С каждым днём Шилов отмечал, что тело Чепаева постепенно приходит в подобающую форму, при которой он, Шилов, мог уже достойно применять приёмы, освоенные во время учёбы на кафедре воздушно-десантной подготовки в училище.
Соратники в первые дни с повышенным интересом следили за несуразным маханием ног и рук, совершаемым с дикими воплями Василием, а потом лишь с одобрением и уважением похлопывали его по плечу, встречая в доме: «Молодец!»
* * *
… До открытия второго дня Съезда оставалось более часа. Чтобы успеть в нужный адрес и обсудить важные вопросы до начала заседания, Шилов воспользовался извозчиком. В казарму Василия пропустили без лишних придирок и проверок. Подхорунжий Филатов расплылся в улыбке, завидев фельдфебеля.
— Здорово ночевали, Макар Герасимович?
— Слава Богу! Мне блазнится [2], друзёк [3], али ты и вправду в ширь раздался?
— Жирую. Делов никаких, на печи лежу, в потолок плюю, — засмеялся Шилов, но тут же оборвал смех и перешёл к делу.
— Вот что, Макар Герасимович! Сегодня у нас второй день Съезда. Спозаранку [4] я побуду, а в пабедье [5] у меня встреча с Николаем. Должен я от него получить Манифест об отречении. И есть у меня уверенность в том, что я его получу. Можешь обнадежить казаков, что официальное подтверждение о переходе власти в руки народа состоится сегодня. Многим из окружения царя это, конечно, не понравится и могут возникнуть непредвиденные стычки с подконтрольными режиму частями. Поэтому надо быть готовыми дать отпор. Пусть твои казаки определятся сразу, кто с нами до победного, а кто в стороне, чтобы не было потом недоразумений.
— И где у тебя назначена встреча с императором? В Александровском?
— Да. Во дворце. Поеду к нему с Распутиным.
— А этот анчибел [6] каким боком?
— Нужон. К тебе, Макар Герасимович, я пришёл довести, чтобы ты успел до начала заседания погутарить с казаками и настроить их на серьёзный лад.
— Добря! Будь покоен. Водночас [7] вкупе и обгутарим. О тех, кто не с нами, жалковать [8] не станем.
-------------------------------------------------
[1] Школа специализируется на техниках, которые включают Косшидзюцу (атака против мышц) и Шитодзюцу (использование больших пальцев и пальцев). Основной принцип школы: силу противника нужно разрушить, однако жизнь стоит оставить и пощадить.
[2] «Сперва поддаться, чтобы потом победить». Помимо бросков и болевых приемов, в школу были включены удары и техники нажимов, поражения жизненно важных точек на теле человека
[3] «Друзёк» у казаков означает «друг», «приятель».
[4] Означает «раннее утро»
[5] «Пабедье» у казаков — время около обеда.
[6] У казаков «анчибел» означает «нечистый дух»
[7] Водночас – сразу, тотчас
[8] «Жалковать» в казачьем словаре означает «жалеть», «сочувствовать».