Страница 6 из 50
- Тихо! – предупредил дядька, и залез под одеяло. Наткнувшись на платье, проник под подол, погладил по тощей ягодице.
- Тёплая! – расплылся в улыбке. – Я сейчас, чтобы не больно было, смазку принесу. Погоди немного…, - и бесшумно удалился. В тишине слышалось только похрапывание тётки.
От ужаса у Сёмки дыбом встали волосы на затылке, он тихонько открыл окно и выскользнул из дома, забыв прихватить одеяло. Прикрыл створки и метнулся к сараю. Вбежав внутрь, наложил толстый брус на двери. Вообще-то он пристроил прошлым летом этот запор не от лихих людей, Сёмка отчаянно боялся нечисти, не понимая, что люди гораздо страшнее всякой потусторонней чертовщины.
Захлёбываясь от страха, с колотящимся сердцем он забрался под холодное тряпьё на топчане, притворился невидимкой, мысленно благодаря тётку за байковую рубашку. Стал думать о том, как хорошо ему здесь было прошлым летом, поискал тайник. Нашёл жестяную баночку, прижал к себе. В сарае темно, но то, что в баночке, он и так помнил. Там лежало фото из прошлой жизни, мама, папа, и он, Сёмка, счастливые, смеющиеся.
Сёмка давно не плакал, выплакал в первые месяцы все слёзы, как ему казалось. Теперь он смотрел на фото без грусти, наоборот, с особой теплотой.
С ним разговаривал священник, непонятно как встретившийся мальчику на пути. Он рассказал заплаканному мальчишке, что его мама и папа живут в лучшем мире и смотрят оттуда на своего малыша. Поэтому Семёну надо прилежно учиться и радовать родителей своими успехами, понимая, что не зря его произвели на свет.
В дверь сараюшки постучали, и Сёмка съёжился от ужаса.
— Это я, - замогильным голосом сказал кто-то, пытаясь детским голосом сказать это страшно, - пусти меня, мне холодно! - Мальчика затрясло крупной дрожью, и тут за дверью вполне по-человечески захихикали:
- Сеня, открой! Это я, Линка! Одеяло тебе принесла! – мальчик сполз на пол, непослушными руками открыл дверь, впустил девочку и снова наложил деревянный засов.
— Вот дура! – в сердцах сказал он. – Не знаешь, что ли, как я боюсь нечисти? Чуть не сдох от страха!
- Я думаю, не от нечисти ты скрываешься! – усмехнулась девочка. – Я вышла поссать, смотрю, ты из окна вылез, и сюда побежал! Дай лечь, я правда, замёрзла, - девочка забралась на топчан, сначала прикрыв мальчика одеялом. Стало теплее.
- Что там произошло? – поинтересовалась девочка.
- Да так, как обычно, - угрюмо сказал мальчик, опасаясь, как бы кто не узнал о постыдном.
- Опять к тёть Тане мужики пришли, да? – Сёмка кивнул, вздохнув.
- Я понимаю. К маме тоже иногда ходят. Я как-то пыталась испугать мужика, так мамка меня выдрала. Крапивой. Знаешь, как больно!
- Знаю! – хрипло ответил Сёмка. – Слушай! А ты что, притворяешься дурочкой, что ли?
Лина обняла мальчика, прижалась к нему.
- Нет, Сеня, - вздохнула она, - иногда теряю сознание, а потом будто просыпаюсь. Что было в это время, не помню. Ты расскажешь?
- Лучше не надо! – вздрогнул Сёмка. И добавил: - Ты хорошая, Линка, так и знай.
- Ты тоже хороший, - улыбнулась девочка, - я тебя сейчас поглажу, и ты заснёшь! – Лина забралась под подол мальчику, но тот съёжился и воскликнул:
- Не надо!
- Почему? – удивилась девочка, потом поняла: - Этот гад приставал к тебе? Ты потому из дома сбежал? – Сёмка кивнул и длинно всхлипнул, сглатывая слёзы, понимая всю безысходность своей жизни. Ведь идти ему некуда! Не этот, так другой подловит!
- Успокойся, Сенечка! – Лина стала гладить мальчика поверх рубашки. – Больше он тебя не тронет! Никого не тронет! – непонятно добавила она, и потихоньку сон сморил детей.