Страница 2 из 11
Глава 2
Максим
Мужчина грубо тащит меня, толкает в комнату и захлопывает дверь. Затем он с силой бросает меня на кровать, снимает с себя футболку и приказывает:
— Раздевайся!
Я не могу пошевелиться и открыть рот, чтобы попросить оставить меня в покое. Стараюсь не смотреть на его фигуру, ведь он был невероятно привлекательным. Щёки мои пылали.
—Я…
Только это и сумела вымолвить. Он усмехнулся, его глаза сверкали насмешливым блеском, словно отражая свет прелестного лукавства.
— Только не говори, что ты девственница. Ненавижу девственниц.
—Почему, — внезапно спросил я, проникнутый странным волнением…
—Потому что в постели они ничего не умеют.
—Я не девственница.
—Рада за себя, — сказал он, приближаясь ко мне. — Раздевайся, или я сделаю это сам.
Боже, как я стесняюсь… и боюсь. Я не хочу стать одной из тех девушек.
—Я не хочу здесь быть, — прошептала я, сжимая кулаки, чтобы скрыть дрожь. — Меня заставили…
—Заставили? — хрипло рассмеялся мужчина, приближаясь. — Ты думаешь, кому-то есть дело до твоих слёз? Здесь всем "заставили".
В голове мелькали обрывки воспоминаний: обещания, которые оказались ложью, и страх, который теперь стал её реальностью.
—Смирись, — его голос стал тише, но от этого только страшнее. — Ты здесь не первая и не последняя. Или играй по правилам, или… — он не договорил, но угроза висела в воздухе.
Я закрыла глаза, пытаясь отгородиться от этого кошмара, но знала: побега нет.
Сначала он грубо приподнимает мою футболку, его пальцы скользят по коже, касаясь груди. Затем снимает бюстгальтер с футболкой и его губы опускаются на мои соски, грубо кусая, вызывая смесь боли и наслаждения.
—Пожалуйста, не будь таким грубым, мне больно, — шепчу я.
— Это тебе не ночь молодожёнов. Ты хоть представляешь, где находишься? Это бордель, детка, смирись! Ты стоишь здесь, дрожащая, с широко раскрытыми глазами, будто только что проснулась от сладкого сна. Но, детка, это не сон. Это реальность, жесткая и беспощадная. Эти стены видели больше, чем ты можешь себе представить. Каждый угол здесь пропитан историями, которые не расскажут в твоих милых сказках.Ты думаешь, что можешь просто уйти? Нет, дорогая. Ты уже часть этого места, как и все, кто сюда попал. Твои мечты, твои иллюзии — они остались за порогом. Здесь ты — товар, и тебе придется научиться играть по этим правилам. Смирись. Это не конец света, это просто другая его сторона. Ты еще поймешь, что здесь есть своя свобода. Свобода от притворства, от масок, которые ты носила там, снаружи. Здесь все просто: ты даешь, тебе платят. И если ты хочешь выжить, то быстро научишься улыбаться, даже когда внутри все кричит.
Он поднимает меня с кровати, снимая мои джинсы. Я не кричу, не сопротивляюсь, понимая бесполезность: он сильнее, и здесь никто не поможет. Он не отвратителен, напротив, красив, симпатичен. Но мысли путаются: я вспоминаю Нокса, как он бросил, оставил, предал. Вздрагиваю, когда он снимает мои джинсы, касается руками. Снимает трусы, и я закрываю глаза, надеясь не видеть, но ненадолго. Его прикосновения обжигают кожу, и это мне не нравится. Открываю глаза, но снова ненадолго. Он толкает меня на кровать, снимает штаны, достает наручники, привязывает. Это пытка: он дразнит, потом трахает, как животное. Хочу сказать, что не понравилось, но… понравилось. Не знаю, как объяснить. В глубине души это притягивает. Он целует жадно, не давая дышать, затем снова входит в меня. В какой-то момент думаю: это конец, он убьет. С Ноксом всё было иначе, а это… это что-то новое. Закончив, он встает, закуривает. Я быстро одеваюсь, жду.
—Хуже, чем девственница, — произнёс он с суровым выражением лица. — Ты готова? Пошли, тебя ждут.
Я шла вперёд, сел на пол и умоляла:
— Я тебя прошу, ну пусти меня, пожалуйста. Хочу уйти отсюда. Помоги мне, прошу.
— Как? — равнодушно спросил он. — Повторяю: это бордель. Отсюда не выходят, только ногами вперёд. Теперь это твой дом. Ты понимаешь, сколько за тебя заплатил наш хозяин? Вставай, пошли.
Я заплакала ещё сильнее.
— Ну прошу, — снова взмолилась я.
—На, выпей, — мужчина протягивает мне воду. Мне показалось что он посмотрел с жалостью в этот момент,— Это возбуждающие лекарства . Во время секса тебе не станет плохо с хозяином. Тебе будет всё равно, что он старше тебя на много лет. Ты будешь кайфовать, девочка. Вставай, у меня мало времени.
—А что будет потом?
—Потом отдам тебя всем. Пусть развлекаются с тобой, свежим мясом. А теперь шагай на выход.
Он повел меня обратно в кабинет хозяина и вновь те мужчины разинули свои грязные рты, изрыгая слова, от которых воздух сгущался, становясь тяжким и отравленным.