Страница 38 из 103
Глава 11
Наоми
На этой высоте постоянный ветер развевает мои волосы, вырывая пряди из низкого пучка на затылке, несмотря на две большие косы, переплетенные поперек головы. С моего места на вершине внутренней стены видна вся территория замка, сады и оранжереи за его пределами, а также люди, суетящиеся внизу.
Тепло весны не доходит до нас, стражников, находящихся здесь, наверху. Я бы замерзла в своей старой броне, но толстая шерсть моего защитного плаща защищает от ледяных когтей. Я провожу пальцами по бронзовым дискам, вшитым в изумрудную ткань, и вспоминаю, как не так давно дразнила Ронана за его красивую форму.
Я никогда не думала, что окажусь здесь.
В эту смену я хожу по крепостной стене с Бреа в качестве напарницы. Наши шаги быстро сокращают расстояние, мы движемся в одном темпе, внимательно осматривая окрестности в поисках каких-либо нарушений. Мой желудок сжимается от голода, и я с нетерпением жду звука рогов из казарм, сигнализирующего смену караула. Наша смена началась рано утром, еще до восхода солнца.
— Как думаешь, когда мы снова отправимся на охоту? — я потираю руки, сжимая копье, чтобы согреться. Я могла бы купить кожаные перчатки. У меня осталось достаточно денег после того, как я отправила большую часть своей зарплаты семье.
Бреа смотрит на меня.
— Уже надоела стража замка? Лорд-протектор устраивает много банкетов в преддверии отправления паломниц в земли фейри, на которых Ронан должен присутствовать. Завтра будет бал, но мы сможем ускользнуть на неделю прямо перед церемонией перехода в день весеннего равноденствия. Но это, — она широко размахивает рукой, указывая на все вокруг нас, — это основная часть работы. Впрочем, Ронан любит охотиться на обычных зверей в свободное время и берет нас с собой в качестве охраны.
Мы подходим к углу стены, останавливаемся на несколько мгновений, оглядывая все вокруг, а затем продолжаем наш путь.
— Работать здесь гораздо лучше, чем на фермах, — я сдерживаю дрожь при этом воспоминании.
Мы делаем еще один круг по стене, а затем еще один. Солнце поднимается выше в небе, и наконец слышен звук рогов, сигнализирующий смену караула.
— Давай попросим повара приготовить нам что-нибудь горячее, я умираю с голоду, — говорит Бреа, и ее светлые волосы, увлеченные ветром, падают на лицо. — Жаль, что мы пропустили утреннюю тренировку, я знаю, тебе нравится смотреть на Ронана без рубашки, — она хлопает меня по плечу. Я в панике смотрю на нее, но она лишь смеется. — Не волнуйся, не тебе одной.
— Как думаешь, повар приготовит нам ранний обед? — говорю я, чтобы сменить тему.
На ее губах появляется многозначительная улыбка.
— О, может быть, — она пожимает плечами.
Я бросаю на нее прищуренный взгляд, но она его игнорирует.
Она знает, что сегодня... нет, не может знать.
Я следую за Бреа по лестнице, которая примыкает к внутренней стене, и выхожу во внутренний двор. Она берет меня под руку и тянет к казармам, а я удивленно поворачиваюсь к ней.
— Хочешь услышать безобидную сплетню? — продолжает она, не давая мне ответить. — Наш хороший друг Оуэн скрывал от нас одну вещь. У него новый возлюбленный, и он никому об этом не говорил. Ты никогда не догадаешься, кто это. Я открываю рот, чтобы сказать, что это не мое дело, но она все равно продолжает. — Конвей! Неудивительно, что Оуэн так торопился вернуться в казармы, когда мы были на охоте. По-видимому, Даван не в восторге от всего этого. Он и Конвей в прошлом были вместе.
Я не знаю и половины этих имен, но просто смотрю на Бреа, которая болтает о драке, которую устроили двое других, когда узнали, что оба ухаживают за одной дочерью какого-то пекаря.
Она разговаривает со мной, как со старым другом.
Я не привыкла, чтобы меня принимали в компанию или даже любили. Такое чувство, будто греюсь на солнце, а до этого всю жизнь знала только снежные бури. С этими людьми я могу действительно расслабиться, а не постоянно быть начеку и готовиться наброситься на любого, кто попытается меня ударить.
Я так сосредоточена на Бреа, что сначала их не замечаю. Наверное, она так и хотела. Мы входим в казармы, и столовая сразу же наполняется громкими криками.
Я поворачиваюсь в сторону шума, отчаянно ища нападающих, но меня встречают дюжина стражников, вставших со своих мест вокруг центрального стола и поднимающих кружки с элем. Это люди из моей группы. На их лицах улыбки, а некоторые даже машут мне рукой. Тогда я понимаю смысл их слов.
— С днем рождения, Наоми! — Во второй раз хором выкрикивают Оуэн и Финбар.
— Ты думала, мы забудем? — улыбается Кандра. Я даже не знала, что она помнит, когда у меня день рождения.
Даже Имоджен и Хендрик сидят за столом, несмотря на свой статус и то, что их комнаты находятся в замке. Хендрик кивает мне головой, а Имоджен пересаживается на другую скамью и похлопывает по месту рядом с собой. Я ошеломленно стою в дверях, но Бреа тянет меня к столу.
Перед нами расставлены блюда. По сравнению с тем, к чему я привыкла до приезда сюда, это настоящие деликатесы. Парящие свиные колбаски, запеченный картофель с маслом и травами, обжаренные зимние овощи. Я делаю глоток эля, а вокруг меня снова оживает разговор.
— Ты думала, я забуду о твоем двадцать третьем дне рождения? — спросила Кандра, наклоняясь ко мне.
— Я не знала, что ты вообще о нем помнишь, — я все еще в шоке от того, что столько людей решили устроить мне сюрприз.
— Я всегда помнила о твоем дне рождения, — презрительно говорит Кандра. — Помнишь, в прошлом году я украла две бутылки вина из бара моего отца, и мы выпили их с Кейном и Чадом во время ночной охоты?
Я просто киваю. Почему-то я либо забыла, либо просто решила, что это было совпадение. Моя мама никогда не помнила о моем дне рождения.
Я накладываю еду на тарелку и смеюсь вместе с остальными, когда Хендрик рассказывает нам историю о молодом лорде, который утром вызвал его на дуэль и в первые же минуты оказался на заднице.
— Люди, которые меня не знают, думают, что я какой-то изнеженный денди4, — продолжает Хендрик, рассматривая свои ногти. — Наверное, это из-за моей красивой внешности.
— Я тогда был на страже, — говорит Оуэн с набитым ртом хлеба. — Думаю, лорды хотят дать тебе по морде, потому что ты слишком много флиртуешь с их сестрами и братьями.
Хендрик пожимает плечами.
— Каждый хочет получить от меня внимание, так или иначе.
Боги, я знала это чувство.
— Просто у тебя такое лицо, по которому хочется ударить, — дразнит Кандра, шутливо шлепая его по щеке и взрываясь хохотом, когда он смотрит на нее с притворным возмущением.
— Пожалуйста, Хендрик, не вляпайся в неприятности на балу завтра вечером, — я наклоняюсь через стол и насаживаю на вилку еще одну колбаску. — Я знаю, что это заманчивая возможность, ведь это маскарад, и никто тебя не узнает, но я не хочу потом счищать тебя с тротуара.
Он откидывается на спинку стула, в глазах блестят озорные искорки. — О, я намерен вляпаться во всевозможные неприятности, но вопрос в том, собираешься ли ты пойти на бал.
Все замолкают и смотрят на меня, а я выпрямляюсь.
— Я? Я не могу туда пойти.
— Ну, вообще-то можешь, — говорит Бреа. — Если ты не на смене.
Я оглядываю все присутствующих, сбитая с толку.
Имоджен выдыхает.
— Маскарадный бал открыт для простолюдинов, стоящих чуть ниже знати. Богатые купцы, чиновники и высокопоставленные военные. Как личная охрана Ронана, ты входишь в их число.
Мой взгляд переходит от Имоджен к Кандре и Хендрику.