Страница 2 из 68
И чем быстрее я смогу выбраться из этого гребаного города, тем лучше будет для всех нас.
По сигналу звонит Джулс, за ней Лекси, а затем Скар. Я игнорирую все три звонка и продолжаю идти. Над моей головой висят невидимые часы, и, по словам Вина, они отсчитывают время.
Если я знаю Уэста, он, наверное, уже рыскал по улицам Сайпресс-Пойнт, выслеживая меня. Внезапно я пожалела, что хотя бы не ответила ему, чтобы сказать, что всё в порядке.
Кстати, это полная ложь. Я совсем не в порядке. Я разбита вдребезги.
Настолько ужасно, что, едва я смогла что-то разглядеть сквозь слёзы ярости, я тут же вытащила из шкафа чемоданы и набила их всем необходимым. Я держалась какое-то время, но слёзы навернулись снова. Затем сборы превратились в рыдания, которые привели к тому, что я стала крушить всё кулаками просто от злости.
Мой телефон снова завибрировал, и это был Уэст, как я и предполагала. Я не могла не заметить, что он обеспокоен, но сейчас мои мысли заняты одним, и мне хочется забрать то, за чем я приехала в эту часть города, и уехать обратно.
Как можно быстрее.
Я смотрю на тёмные окна дома, в котором не была много лет. И не зря. У меня и так в жизни хватает проблем.
В ту секунду, когда моя нога касается нижней ступеньки крыльца, на меня с силой обрушивается ледяной порыв ветра. Словно предзнаменование, предупреждающее меня не делать этого, побуждающее развернуться и пойти домой, не стуча в эту дверь.
Но из-за монстра, который сегодня вечером подобрался слишком близко, этот визит был совершенно необходим. Если я не сделаю в этой жизни ничего дурного, я не подведу свою сестру.
Когда я стучу, за порогом раздаётся лай и рычание собаки, и паранойя заставляет меня оглядываться через плечо. То, что свет на крыльце не включён, – одновременно и благословение, и проклятие. Хотя я ценю возможность слиться с ночью, это также означает, что я не могу чётко видеть ничего вокруг. Как девушка, прожившая всю свою жизнь на юге, я знаю, какие опасности таятся в темноте.
Приближающиеся к двери шаги должны были бы немного успокоить меня, но не успокаивают. Всё потому, что я знаю, что истории, циркулирующие в моём районе в последние годы, — не вымысел. Всё, что я слышала о Томми Наварро, — стопроцентная правда. Но их с Вином отличает то, что один — настоящий дьявол, которого я знаю, а другой остаётся полной загадкой — посторонний, которого я не могу контролировать, чьи действия я не могу предсказать.
Резкая команда по-испански заставляет рычащую собаку замолчать. Затем следует короткая пауза: я представляю, как Томми смотрит в глазок, прежде чем открыть, кажется, около десяти замков. Наконец, дверь распахивается.
На меня падает любопытный взгляд, и он определенно сбит с толку, но я думаю, он понимает, что дела, должно быть, плохи, раз я стою здесь.
— Чёрт, Малышка Руиз. Давно не виделись, — поддразнивает он, ковыряя зубочисткой между зубов.
Он окидывает меня быстрым взглядом, на секунду задержавшись на моей кое-как перевязанной руке. Я не объясняю, что эти раны я нанесла себе сама – это результат того, что я в порыве ярости разбила зеркало после ухода Вина, – и он не спрашивает. Вместо этого он просто прислоняется к дверному косяку, всё более дьявольски ухмыляясь.
Я ненавидела, когда меня называли Малышкой Руиз, даже когда мы с Рикки были вместе. Теперь это действует мне на нервы, потому что все, включая Томми, знают, что это давно закончилось.
— Блю, — вздыхаю я. — Меня зовут Блю. И всегда так было.
— Да, как скажешь. Ты что, плакала? Ты выглядишь паршиво.
Прошло уже немало времени с тех пор, как мне так сильно хотелось ударить кого-нибудь по яйцам, но да, вот оно: это такое знакомое желание.
— Мне нужна услуга.
— Оу, помедленнее, — смеётся он. — Одолжения — это то, что ты делаешь бесплатно. Всё, что я могу предложить, имеет свою цену. Ты же знаешь.
Я смотрю на него, вспоминая, сколько раз я ругала его за то, что он такой же придурок, как и сейчас. Внезапно я ещё больше убеждаюсь, что это ошибка. Вероятно, по выражению моего лица он понял, что мне совсем не смешно, поэтому он закатил глаза.
— Расслабься. Шучу. Скажи, что тебе нужно, и я скажу, сколько это будет стоить. А потом, надеюсь, я смогу вернуться на диван и посмотреть своё шоу.
Я снова бросаю взгляд через плечо, чтобы убедиться, что меня не заметили.
— Здесь? — спрашиваю я. — Разве мы не можем обговорить всё это внутри? Я бы предпочла, чтобы на меня не пялился весь район.
Когда я заканчиваю говорить, его улыбка становится шире.
— Не уверен, заметила ли ты, но я уже внутри, так что это уже твоя проблема, Малышка Руиз, — говорит он с коротким смешком. — Но тебе придётся поторопиться. Я же говорил, что у меня много дел.
Томми был придурком даже тогда, когда общался с Рикки и Хантером, пока он не стал настолько самовлюбленным, что они больше не могли выносить его присутствия.
— Мне нужно… сделать покупку, — выдавливаю я из себя, теперь зная, что слово «одолжение», по его мнению, не совсем верно.
Он с любопытством изгибает бровь.
— Что за покупка?
— Такое оружие, которое я смогу использовать, чтобы защитить себя и свою сестру. И… пули тоже не помешали бы, — добавляю я, слыша, как мой голос дрожит от одной мысли о том, что я обдумываю, и что я готова сделать.
— А, понятно. — На его лице снова появляется эта самоуверенная улыбка. — Это как-то связано с той фотографией, которую только что выложила Пандора?
— Какая фотография? — от этого вопроса моё сердце замирает.
— То, где ты выходишь из внедорожника Голдена. Ты не первая, кто хочет пристрелить этого ублюдка.
Он смеётся, но мне совсем не смешно. И когда мой телефон снова звонит, я уже не удивляюсь, что на этот раз это Рикки. Видимо, я последняя, кто узнал, что Пандора уже раскрыла мою встречу с Вином.
Ну вот, мой план тихо уйти в ночь провалился.
Дерьмо.
Страх нарастает, мысли мечутся в тысячу разных направлений, и я даже не подумала, что кто-то из её приспешников мог это заметить. И это ещё одна причина, почему мне не следует здесь находиться.
— Просто… забудь об этом.
Я уже спускаюсь по лестнице, когда произношу эти слова, жалея, что вообще когда-то считала это хорошей идеей. Конечно, у меня есть все основания бояться Вина Голдена, но если я что-то и знаю об этом городе наверняка, так это то, что тайны никогда не остаются тайной, когда рядом Пандора.
— Я отложу кое-что, что, на мой взгляд, может тебе подойти, потому что, нравится тебе это или нет, ты вернешься, Малышка Руиз, — кричит мне вслед Томми.
Я не отвечаю, пока он смотрит, как я быстро иду по тротуару, продираясь сквозь снег. Потому что в глубине души я почти уверена, что он прав.
Глава 3.
Уэст
Парни и Джосс останавливаются прямо за мной, когда я торможу у обочины перед домом Саутсайд. Я едва успеваю переключить передачу на парковку, как в зеркале заднего вида появляется третья пара фар. В ослепительном свете я различаю силуэт элегантного синего «Мустанга», который, к моему огорчению, я узнаю.
Рикки.
Конечно, блядь.
Меня не удивляет его появление, но это не значит, что я не злюсь. От него исходит какая-то аура, когда речь заходит о Саутсайд. Как будто он думает, что единственный, кто может её защитить. Скорее всего, он видел публикацию Пандоры, как и все мы, но, чёрт возьми. Какую часть фразы «она двигается дальше» этот мудак не понимает?
Если ей когда-либо что-нибудь от кого-нибудь понадобится, это сделаю я.