крыльямагуса2

— Я сообщу вам о решении Игната Мефодьевича, — сухо ответил Новиков и отключился.

Я повернулся к Ане, протянул ей трубку и сказал:

— Все, звони родным. С вероятностью девяносто девять процентов Мальцевы про тебя забудут. Но защитный артефакт я тебе все равно сделаю.

— Кажется, я чего-то не знаю, — задумчиво сказала Аня. — И о тебе и вообще…

Интерлюдия 5

Андрея Мальцев нервничал, и сильно. Еще бы: если дед выходит из себя, он перестает различать, кто рядом — родственники или нет. Сносит всех. А сейчас Мальцев-старший был в ярости.

— Придурок! — орал он, брызгая слюной на стоящих напротив внука и Новикова, так что постороннему было бы непонятно, на кого он орет. — Мы тебе что говорили?

— Докладывать обо всем, даже о самых мелких деталях.

— И почему ты о Ермолиной не сказал? Тебе волхв конкретно сказал про нее.

— Он фамилию не называл, — принялся оправдываться Мальцев-младший. — Сказал: «Девка из Огурцово». У него вообще с фамилиями плохо.

— Это не у него с фамилиями плохо, это у тебя с мозгами напряг. Почему не сказал про девку из Огурцово?

— Так фамилии же не было.

Внук вжал голову в плечи, напоминая сейчас испуганную черепашку, что злило деда еще сильнее. Не наследник мощного клана стоял сейчас перед ним, а мямля и нытик, неспособный решить ни одного вопроса без деда.

— Без разницы, есть фамилия или нет. Ты обязан был все рассказать Новикову! — рявкнул Мальцев-старший. — Почему мы должны узнавать о том, что тебе сказал волхв, от посторонних людей?

Мальцев-младший не ответил, но вжал голову еще сильнее. Была бы возможность — и под пиджак нырнул бы. А еще лучше — под ковровую дорожку, и под ней — до выхода. Слишком много потрясений ппришлось на долю нервной системы Андрея Мальцева за последнее время, и она уже не справлялась с нагрузками.

— Больше ничего этот волхв не говорил? Такого, что нам надо знать? — прорычал старший Мальцев.

— Он про Ольгу в основном говорит, когда появляется, — пролепетал Андрей.

— В следующий раз, когда появится, сразу чтобы сел и записал все, что услышал, до самых мелких и ненужных подробностей, понял? — и дождавшись кивка, заорал: — А теперь вон, и чтобы я тебя в ближайшие несколько часов не видел! А лучше — суток!

Мальцев-младший рванул к выходу с такой прытью, что снес один из стульев для посетителей, дернулся поднять, но потом все же выскочил за дверь и прикрыл ее за собой.

— Что думаешь, Паша, про этого волхва? — почти спокойно сказал Мальцев.

— Однозначно мистификация, — уверенно ответил Новиков. — Какой волхв, их уже тысячу лет никто не видел.

— Да что мистификация — это понятно, но кто за ней стоит?

— Кто-то, достаточно уверенный в своих силах, чтобы угрожать. Что будем делать с Ермолиной?

Мальцев скривился.

— Что-что, забудем, пока не выясним, кто стоит за этим волхвом и как ему противостоять. Разменивать внука на ненужную девку я не согласен. Оформим как наш подарок новому клану. Жест доброй воли.

Глава 12

Попытки взлома защитного контура квартиры прекратились, но это вовсе не означало, что Мальцевы оставят нас в покое: маги вокруг были, и немало. И, если честно, в открытом бою у меня не было против такой толпы ни единого шанса, даже уход в невидимость не поможет: зальют огнем по площади — и прощай, моя новая жизнь. Не знаю, понимала ли это Аня, но радости на ее лице по окончании разговора не было.

— А что дальше? — спросила она.

— Дальше? — отвлекся я от размышлений. — Дальше я тебя учу паре упражнений, которые можно делать в любых условиях.

— Каких упражнений? — опешила она.

— Источник нужно увеличивать и каналы готовить, — пояснил я. — Мы же из тебя целителя будем делать, а не клерка какого-нибудь.

Когда человек занят делом, он перестает мучиться неизвестностью, да и вообще мучиться перестает, разве только от перенапряжения. Это я по годам своего ученичества помню.

— Думаешь, это реально — увеличить мой источник? — скептически спросила она. — У меня так-то и без того неплохие данные.

— А будут отличные. Вон, Сергей Евгеньевич тебя постарше, а у него неплохие подвижки, значит, и у тебя будут.

Это послужило для нее аргументом, и вскоре мы приступили к обучению. Я сразу указал, что перенапрягать не стоит, лучше не напирать и делать чаще, чем делать реже и сильнее и в конце концов необратимо повредить что-нибудь жизненно важное для мага.

Телефон зазвонил, когда я уже прикидывал, не оставить ли Аню без присмотра — справляется, вроде как, нормально. Звонил Новиков.

— Ярослав Кириллович, я уполномочен вам заявить, что у клана Мальцевых на данный момент нет претензий к клану Елисеевых, — четко оттарабанил он. — И к Анне Ермолиной у нас тоже нет претензий.

— А клан Мальцевых не хочет вернуть клану Елисеевых накопители, которые они украли у финансового директора нашего клана? — тоном «А вот у нас к вам претензий поднакопилось» ответил я.

— Не понимаю, о чем вы, Ярослав Кириллович, — холодно сказал Новиков и отключился, чтобы я, не дай бог, не пояснил.

В подтверждение его слов маги вокруг нашего дома стали исчезать из зоны моей видимости. То есть я, разумеется, мог ее увеличить, но смысла не видел в этом никакого. Если уж представитель клана официально сказал, что от нас отстанут, должны отстать. Но на всякий случай у Анны уточнил:

— Если Новиков сказал, что у его клана нет претензий ни к нам, ни к тебе, можно пока не бояться?

— Новиков сказал, что у Мальцевых нет претензий? — пораженно уточнила Аня.

— Именно так.

— Как тебе это удалось?

— Нужно знать болевые места противника, — скромно ответил я, наслаждаясь восторгом, который на меня, сама того не понимая, изливала Аня. — Но ты не ответила, чего мы можем не бояться, а чего должны.

— После официального заявления они разве что несчастный случай могут подстроить, — ненадолго задумавшись, ответила она. — Но он должен быть таким, чтобы на Мальцевых даже никто не подумал. Дорогой исполнитель, короче говоря, а уж свой или приглашенный…

Объяснения Ани поставили все на свои места. По всему выходило, что Мальцевы сейчас не полезут. Во всяком случае, пока не выяснят, кто такой волхв, а уж я постараюсь, чтобы они этого никогда не узнали. Я протянул Ане телефон.

— Звони своим, радуй. Но на всякий случай некоторое время посидим безвылазно, помониторим обстановку, поэтому все визиты откладывай на завтра.

— А почему визиты? Я тогда к родителям перееду.

— Целителю клана лучше находиться при главе.

— Да какой я целитель? — она фыркнула и выразительно обвела глазами мамину комнату, намекая, что и спать ей тут особо негде.

— Это пока, — бросил я, отвечая сразу на две претензии — высказанную и невысказанную. В новой квартире комнатувыделить проблем не составит. Но обо всем этом говорить пока рано.

Она ушла говорить со своими, а я полез в мамину шкатулку за серебряной цепочкой, так как от идеи собрать защитный артефакт отказываться не собирался. Кулон-якорек был маленьким, но вполне подходящим для крепления остальных нужных частей. Мимоходом пожалей об отсутствии набора ювелира, я потащился на кухню, создавать шедевр из ерунды. Шедевр — это было отнюдь не преувеличение, Айлинг уверял, что со временем из меня мог бы получиться артефактор экстракласса. «Чутье есть и руки растут из нужного места», — поговаривал он. Этим рукам еще не хватало гибкости, поэтому времени уходило больше, но нужный результат я всегда достигал.

Но заняться артефактом я не успел. Словно почувствовав, что я про него думал, проявился Айлинг.