Страница 29 из 77
Еще один шаг назад. А отступать уже некуда.
А затем рука мужчины, которая тянется к ней...
Девушка среагировала молниеносно — отпихнула его руку и попыталась вырваться, отскочив вбок, но Квентин перехватил её и прижал к стене. Девушка могла почувствовать запах алкоголя из его рта.
— Отойди! — слабая попытка вырваться была безуспешной. — Квентин, ты пьян, пусти меня. Самуэль!
Девушка повернулась было к чернокожему мужчине, но тот по-прежнему стоял возле двери, явно делая вид, что все происходящее — событие совершенно нормальное.
Твердая мужская рука обхватила горло Трейнор и девушка испуганно запищала, испугавшись теперь уже по-настоящему.
— Вот, что сейчас будет, — Квентин буквально зашептал слова в ухо Трейнор. Она чувствовала, как его губы касаются её кожи. — Ты хорошо отблагодаришь меня и Самуэля за то, что мы спасли карьеру твоего парня. А мы, в свою очередь, не расскажем, что твой ухажер — пьяница, который напивается на рабочем месте.
Мир замер. Саманта забыла, как дышать, нервы натянулись словно струны, а сердце на несколько мгновений замерло. Она понимала, к чему все шло, но, когда Квентин огласил свои желания вслух, девушка все равно оказалась к ним не готова. В следующий миг её захватил целый ураган эмоций: гнев, отвращение, страх, ненависть, растерянность... От переполнявших Трейнор чувств её щеки раскраснелись, дыхание участилось, зрачки испуганно расширились. Она даже не сразу почувствовала вторую руку Квентина, что обхватила её за талию и медленно, но решительно начала спускаться к бедру. Саманту все еще держали за горло, но не крепко — при желании девушка могла бы освободиться... Вот только теперь перед ней встала ужасная дилемма, сводившаяся к тому, на что она готова пойти ради своего любимого. Для Роберта его работа — все, и, если он лишится ее... Саманта не могла представить, какого ему будет.
А тем временем рука Квентина продолжала, не встречая сопротивления, исследовать тело Саманты — опустившись на бедра, она не остановилась и через секунду оказалась на левой ягодице девушки, обтянутой тонкой тканью дорогого платья.
— Вот так... Не сопротивляйся. А лучше расслабься. Тебе даже понравится...
Девушке слабо в это верилось. Однако она действительно не сопротивлялась. Но вовсе не из-за страха, как могло показаться Квентину или его молчаливому товарищу, все еще находившемуся у двери. Трейнор всю свою жизнь была на удивление рациональна и даже сейчас, справившись с накатившим в первые секунды страхом, девушка смогла взвесить все за и против того, что с ней происходит.
И Квентин, и Самуэль — мерзавцы, не надо было быть гением, чтобы понять это. Но самое страшное, что теперь только от них зависело, скажут ли они что-то начальству о поведении Роберта или нет. От них и от Саманты.
План девушки был прост. Позволить мужчинам сделать то, что они хотят — в разумных пределах. Если получится — растянуть их шантаж еще и на завтра. И тогда, когда Роберт отоспится, Саманта все ему расскажет. А уж он то придумает, как стереть мерзавцев с лица галактики!
Ухватившись за эту мысль словно за спасательный крючок, девушка закрыла глаза, не поддаваясь прикосновениям Квентина, но и не отстраняясь от них. Для мужчины же это был сигнал для продолжения, и вот уже вторая рука негодяя переместилась с шеи девушки на её аппетитную попку.
— Так-то лучше... – хмыкнул Квентин, вновь обдав девушку запахом дешевого алкоголя. — Знаешь, Сэм, я уже давно на тебя заглядываюсь. Ты с виду такая скромная... Но в постели наверняка шлюшка еще та. Ох, а твой ротик. Давно я уже хочу потрахать твои сладкие губки...
От грязных слов Квентина Саманту едва не выворачивало, но она все же удержала на своем лице беспристрастное выражение. А вот самого ублюдка его собственный монолог явно заводил — его движения стали грубее и жестче, а отсутствие сопротивления со стороны бедной девушки еще сильнее распаляли и без того возбужденного негодяя. Сжав двумя руками её задницу, руки Квентина опустились чуть ниже и, ухватив низ платья Саманты, стали поднимать его вверх. Впрочем, поднимать его было почти некуда — оно и так едва закрывало пятую точку сотрудницы аналитического отдела.
"Все для Роберта" — подумалось Саманте. Она на мгновение открыла глаза и поверх плеча домогавшегося к ней Квентина взглянула на распластавшуюся на кровати фигуру возлюбленного.
"Да, милый... Именно для тебя" — подумала Трейнор и почувствовала злость. А тем временем ткань платья уже не скрывала попу девушки от рук насильника, который снова стал с самозабвенным удовольствием мять упругие ягодицы девушки. От прикосновения грубых рук мужчины к своей коже Саманта недовольно поморщилась, но промолчала, пытаясь совладать с мыслью о том, что от самой сокровенной и интимной части её тела Квентина теперь отделяет лишь ультратонкая ткань легких кружевных трусиков.
"Только попробуй, гад..." — думала девушка. Мысленно она четко ограничила границу, за которую мужчины не должны были зайти, и не сомневалась, что ударить ублюдка по яйцам в случае особой наглости она успеет. Вот только что будет дальше она старалась не думать.
Но Квентин не обладал желанием добраться до сокровища девушки так быстро. Вместо этого его правая рука поползла вверх, повторяя изгибы тела девушки. Когда его ладонь коснулась груди, Саманта поморщилась — платье не подразумевало ношения лифчика и ощущения от прикосновения мужчины оказались крайне ощутимы. Однако на груди мужчина решил не останавливаться. Его рука прошла по шее девушки, а затем остановилась, едва дойдя до рта. Проведя пальцем по нижней губе красавицы, Квентин попытался запихнуть его девушке в рот, но той была так противна сама мысль о том, чтобы облизать грязные пальцы ублюдка, что она просто отвернулась. В следующий миг её щека вспыхнула огнем — пощечина оказалась бесцеремонной и очень сильной. Девушка коротко вскрикнула и сразу же в её рот проникли три длинных мужских пальца. Так глубоко, что на некоторое время оказались в горле, вызвав неконтролируемый рвотный позыв. К счастью, Саманта ничего не ела, и все ограничилось лишь давящимся звуком и длинной полосой слюны, которую Квентин вытащил из её рта. Прежде, чем девушка успела хоть что-то сказать, эта слюна оказалась растертой прямо по её чудесному лицу. Слезы от обиды и боли в горле появились на длинных ресницах красавицы и, не в силах более терпеть издевательства, Саманта с силой отпихнула Квентина от себя и бросилась к выходу, поправляя платье.
И врезалась в широкую грудь стоящего у выхода Самуэля.
— Не так быстро, Сэм, — покачав огромной головой, промычал здоровяк.
— Нет... Пожалуйста, Самуэль! Роберт же тебя уважал...
— Я его тоже. А вот твою задницу я уважаю еще больше.
Девушка только сейчас поняла, насколько все безнадежно. Кричать бесполезно — толстые стальные перегородки плохо пропускали звук, дверь была закрыта... Единственной надеждой на спасение оставалась милость двух ублюдков.
— Расслабься, — тяжелым голосом, но совершенно спокойно сказал Самуэль. Он нависал над темноволосой красавицей словно неоспоримый факт её безвыходного положения. Его огромная рука легла девушке на плечо, развернула Саманту спиной к чернокожему мужчине, а затем сильно надавила вниз, заставив упасть на колени лицом к поднимающемуся с пола Квентину.
— Послушай доброго совета. Такая губастенькая сучка, как ты, просто обязана хорошо сосать. Сейчас проверим, — Квентин на ходу расстегнул свои штаны, под которыми не оказалось нижнего белья, и вытащил на всеобщее обозрение свой наполовину эрегированный член. Подойдя вплотную к девушке, мужчина потряс своим органом прямо перед её губами.