Операция «Артефакт»

Часть десятая Домик у водопада

Утро 18 декабря 2013 года, г. Щёлково, аэропорт «Чкаловский».

Поздно ночью, когда руководство ФСБ узнало, что Фантом созрел для передачи артефакта, Субботин дал указание на подготовку к вылету группы Томилина. На следующее утро всё необходимое оборудование, снаряжение и запас продовольствия уже находилось на борту воздушного судна и дожидалось прибытия личного состава. Кузьмин, Добрынин и Соболев прибыли на лётное поле в 9:10, а в 9:45 появились Томилин с Фантомом, которых привезли под усиленной охраной. Как только все участники экспедиции поднялись на борт, «Гольфстрим» начал выруливать на взлёт.

В самолёте Томилин тепло поздоровался со своими подчинёнными, с которыми не виделся более двух месяцев, при этом он сразу почувствовал, что офицеры держатся скованно и напряжённо. Поняв, что причиной тому является Фантом, он постарался снять возникшую напряжённость путём представления Алексея как своего хорошего друга:

– Товарищи офицеры, разрешите представить вам Бурмистрова Алексея Павловича, которого вы все прекрасно знаете. Сейчас, когда операция «Артефакт» перешла в заключительную фазу, мы с вами летим в Карпиху, где Алексей Павлович передаст нам Копьё Судьбы. Командировка должна занять у нас не больше десяти дней, и всё это время мы будем находиться в отрыве от «большой земли». Поэтому для меня важно, чтобы в коллективе сохранялась здоровая психологическая обстановка. За время моего общения с Алексеем Павловичем он проявил себя преданным другом, к тому же, он спас меня от неминуемой гибели. Так что предлагаю вам всем подойти к нему и поздороваться за руку.

Отвечая на немой вопрос Кузьмина «А это не опасно?», Томилин с иронией в голосе произнёс:

– Не беспокойтесь, Алексей Павлович никому не расскажет о ваших любовных похождениях, у него голова сейчас забита совсем другими проблемами.

После слов генерала все офицеры поочерёдно подошли к Бурмистрову и, представившись, пожали его старческую руку.

Когда с этикетом было покончено, и все уселись за овальным столом в центре салона, Николай Петрович попросил Кузьмина доложить о погодных условиях в районе десантирования:

– Всю предыдущую неделю, – начал Владимир, раскладывая на столе синоптические карты, – в «Зоне» стояли сильные холода, доходившие в ночные часы до 35° градусов мороза, а высота снежного покрова на сегодняшний день составляет порядка 30-40 сантиметров. Ближе к вечеру ожидается приближение юго-западного тёплого фронта, ветер прекратится, и температура воздуха повысится до трёх градусов мороза. Таким образом, на время нашей командировки погода словно специально создаёт для нас комфортные и благоприятные условия. Кроме этого, хочу доложить, что, согласно нашей заявке, всё необходимое для экспедиции снаряжение и оборудование находится у нас на борту, за исключением пяти комплектов лыж и двух охотничьих саней, которые нам передадут в Ухте, когда мы будем пересаживаться в вертолёт. Я также распорядился, чтобы нашу верхнюю одежду загрузили к нам в салон, чтобы мы смогли переодеться во время перелёта, поскольку в Ухте сейчас сильный ветер порывами до 14 метров в секунду и 15 градусный мороз. После посадки самолёт остановится на дальней рулёжной дорожке, где мы без лишних глаз пересядем в приготовленный для нас вертолёт. Во время перелёта из Ухты в Карпиху нас будет сопровождать второй борт со спецназом на борту.

Кузьмин поймал вопросительный взгляд генерала и тут же пояснил:

– Товарищ генерал, это не моя прихоть, а распоряжение генерала Субботина. Да, чуть было не забыл сказать вам ещё об одной важной детали. Мы с вами летим к самому полярному кругу, где продолжительность светового дня в это время года составляет не более полутора часов, поэтому будьте готовы к тому, что мы прибудем на место уже в сумерках. Для ориентации в темноте нас снабдили какими-то ультрасовременными осветительными приборами, которые я раньше никогда не видел, так что тебе, Степан, надо будет разобраться с их устройством, пока мы будем добираться до места. Питание стандартное, армейские пайки, так что никто голодным не останется. И ещё. По вашему указанию, товарищ генерал, никакого оружия мы в этот раз с собой не брали. У меня всё, доклад окончен.

– Спасибо, Володя, за подробную информацию, а сейчас всем переодеваться, чтобы в Ухте никто не замёрз. Кстати, что вы приготовили для Алексея Павловича?

– Для Алексея Павловича мы приготовили специальный комбинезон с электроподогревом, думаю, что ему в нём будет тепло и комфортно.

– Да, это очень хорошо, – согласился Томилин, но его тут же перебил резкий, скрипучий голос Бурмистрова:

– Очень плохо! На мне должен быть обычный зимний костюм, такой же, как будет на вас, чтобы меня ничто не экранировало. Поэтому мне надо с кем-нибудь из вас поменяться.

Он обвёл присутствующих пристальным взглядом и остановил свой выбор на Добрынине.

– Если вы, молодой человек, не возражаете, то я бы хотел поменяться с вами, мне кажется, что мы с вами одного роста. Что скажете?

– Я не возражаю, лишь бы от этого прок был, – простодушно ответил Виктор, и в этот момент его глаза на какое-то мгновение «приклеились» к зрачкам старика…

Через полтора часа с небольшим интервалом из Ухты вылетели два Ми-8, которые взяли курс на северо-запад. Маяк, установленный в «Зоне», чётко указывал пеленг, облегчая пилотам ориентирование в сложных метеоусловиях, а пассажиры тем временем занялись своими делами. Кузьмин, сидя в кабине пилотов, сверял с ними какие-то свои топографические карты, Соболев, распотрошив один из ящиков, изучал замысловатые фонари, Добрынин знакомился с устройством своего нового костюма, Томилин просматривал перечень снаряжения и продовольствия, а Бурмистров, прильнув к иллюминатору, смотрел на проплывающий снизу пейзаж, думая о чём-то своём. Через час полёта всех немного укачало, участники экспедиции задремали, и только Алексей продолжал смотреть вниз, вспоминая о том, как он девять месяцев назад пробирался по этим бескрайним лесам. В 15:20 раздался звуковой сигнал, оповещающий пассажиров о том, что они достигли точки назначения, и многотонная винтокрылая машина, зависнув над небольшой поляной, начала плавно опускаться вниз, поднимая под собой облака снежной пыли.

После посадки экипаж помог выгрузить груз, и через двадцать минут борт взял курс на базу, где ему было приказано дожидаться особого сигнала из «Зоны».

Когда вертолёты улетели, наступила звенящая тишина, которая угнетающе подействовала на людей. У всех без исключения появилось странное ощущение, что «Зона», как некий живой организм, знает об их прибытии и насторожено наблюдает за ними, готовая в любую минуту проявить свой суровый нрав. Памятуя о прошлых неприятностях, связанных с оружием и электроникой, Томилин приказал всем сложить свои телефоны и планшеты в специально оборудованный контейнер возле маяка, чтобы эти устройства оставались вне «Зоны». Когда распаковали чехлы с лыжами, выяснилось, что кто-то по незнанию или по халатности снарядил группу не охотничьими лыжами, а беговыми, которые под тяжестью людей и груза проваливались в снег по колено и в этих условиях становились абсолютно бесполезными. В возникшей от замешательства паузе послышался голос Бурмистрова:

– А на что нам эти лыжи? Тут-то идти до места совсем ничего. А ну, Владимир, – он подозвал к себе Кузьмина – покажи мне на карте, где мы находимся.

Кузьмин мгновенно без лишних слов достал из нагрудного кармана топографическую карту, присел на корточки и, глядя на свой компас, закреплённый у него на руке, сориентировал карту по сторонам света.

– Мы находимся вот здесь, в этой точке, с южной стороны озера. На противоположенной стороне, напротив нас, находится могила Берии…