Страница 188 из 265
- Ты же сын мне.
- Я не заметил. Мешаю вам, так хорошо было без меня.
- Разве я так сказала? – села мама на диван.
- Да, именно так сказала.
- Ты бы поговорил с Сергеем, - попросила мама.
- О чём? – округлил я глаза.
- Чтобы он вернулся.
- Мама, ты соображаешь, что ты говоришь? – повернулся я к ней.
- Серёжа, я люблю его.
- Хорошо, я уеду, вы снова будете жить вместе.
- Куда ты хочешь уехать? – спросила мама. Неужели пьяна?
- Мама, иди спать, не мешай мне. Завтра поговорим.
- Я мешаю? Хорошо, завтра поговорим! – и ушла. Я смотрел на своё рукоделие, не понимая, почему эта полоса делается такой удивительно чёрной. Уверен, это пока только оттенок серого, самая чернота ещё впереди
продолжение следует
- Серёжа… Сыночек, просыпайся! – осторожно будила меня мама, а я всё не хотел выбираться из сладких снов. О чём, не помню, но что-то сладкое было.
- М-ммм… - промычал я.
- Просыпайся, Серёжа! – потрясла она меня за плечо.
- Ай! Я же болею. У меня температуры нет? – не открывая глаз, спросил я.
- Нет у тебя температуры, - поцеловав меня в лоб, ответила мама. – Я извиниться пришла, за вчерашнее. Прости меня, больше не буду с тобой ссориться…
- А мы ссорились? – открыл я глаза.
- Наговорила вчера тебя всякого, с утра чуть со стыда не сгорела…
- Мам, у нас же сейчас отдельные комнаты, Сергей работает. Если не хочет видеть меня, это же легко сделать!..
- Почему это он тебя не хочет видеть? – удивилась мама.
- А кто? – поразился я. – Я ничего не говорил такого, по-моему. Он что, ребёнок, губы дуть?
- Пусть приходит и живёт, а то мне приходится в столовую ходить, кушать. Не могу пока одной рукой управляться, прости. И диван мне не заправить, сил ещё нет, поднять спинку даже.
- Извини, совсем сдурела, - покраснела мама, - что с рукой-то?
- Заживает, - вздохнул я, - только шрам некрасивый останется, наверное, навсегда.
- Большой шрам?
- Скоро налюбуешься, как швы снимут.
- Швы?! Так сильно порезался?
- Мама, не надо об этом, ты на работу опоздаешь, - отвернулся я. Как только вспоминаю, меня дрожь пробивает.
- Я тебе манную кашку сварила, иди уже, завтракай, я тебя разбудила, чтобы извиниться, а то не видимся днями, а вечером ты поздно можешь прийти.
- Да, мама, я сейчас встану, - а сам подумал: «что у трезвого на уме, у пьяного на языке». Общение с виноватой мамой не принесло облегчения. Даже застеснялся своего голого вида, не стал вставать при ней. У неё теперь своя любовь, может быть, она уже беременная? Нет, не пила бы…
Хлопнула входная дверь, и я поспешил в ванную.
Когда уже доедал кашу, услышал в открытое окно:
- Са-ша! Са-ша! – выглянул, Вера, Алина и Колька, на моём велосипеде. Думал, Кир привезёт, соскучился даже. И по сестрёнке… Она уже знает, что меня выписали, а не приходит. Обижена до сих пор? Ждёт, когда принесу извинения? К сожалению, не могу сказать, почему я так поступил, придётся опять врать.
Я оделся в велосипедную форму и спустился вниз, со всеми почмокались, даже с Колькой.
- Не знаю, смогу доехать, нет? – слабо улыбнулся я. – Может, вы с Колькой?
- Ты совсем? – Алина постучала себе по лбу. – Колька пацан!
- Ладно, только я не могу с собой ничего взять, рюкзак больно надевать.
- Мог бы его в корзинку положить! – нагло ответила Алина. Вера ткнула её в бок.
- А что?
- Ты взяла с собой что-нибудь?
- Забыла.
- Девчонки, может, поднимемся ко мне, приготовим бутерброды? Хотя, хлеба нет, есть колбаса, и сыр, кажется. А я манную кашу поел, даже кастрюльку вымыл! – похвастал я.
- Молодец! – похвалила меня Алина, потом перевела взгляд на повязку, спросила:
- Сильно болит?
- Когда не трогаю, не болит. Слабость только ещё во всём теле.
- Поехали, проверим, на сколько тебя хватит. Если плохо будет, вернёмся.
- На чём? – улыбнулся я.
- Деньги взял?
- Нет, у меня карманов нету.
- Пошли, горе ты моё! – вздохнула Алина. Мы пошли с ней домой. Ключи-то я носил на шее, на шнурочке.
Пошарил в рюкзачке, нашёл последнюю пятёрку, подумал, что надо было маму попросить денег выдать, а то опять нищим стал. То Принц, то Нищий… Как там, спектакль, будем ставить?
Алина в это время хозяйничала на кухне.
- Я тут батон нашла, - что-то уже жевала, - котлеты, сыр, колбасу. Бутеров наделала.
- Пошли, а то Вера заждалась.
- Ага, заждалась она! С твоим Колькой болтает!
- Ни с каким не с моим, - буркнул я.
- Конечно, не с твоим, - согласилась Алина, — это ты его, а не он твой.
- Алина, хорош подначивать, а? Нет для этого настроения. Скажи лучше, почему сестра ко мне не приходит.
- Откуда я знаю? – пожала плечами девочка, отводя взгляд. – Ей сказали, что нельзя к тебе.
- А вы почему приходите, если я заразный?
- Мы-то знаем, чем ты болеешь, а если хочешь прийти сам, то завтра консультация по математике, я предупрежу Сашку. Хочешь?
- Хочу, конечно. Сам не хотел с ней встречаться в таком бледном виде, но сил нет уже, соскучился.
- Хорошо, - легко согласилась Алина, и мы вышли на улицу.
«Ладно, пусть предупреждает, хоть Костика с собой не приведёт. А если приведёт, в чём проблема? Расставим все точки над Ё, да и всё!».
Умом я понимал, что эту ненормальную любовь надо прекращать, а сердцем, (или чем ещё?) не мог понять. Хотел с ней быть постоянно, и всё. Особенно хотел с ней спать. Нет, не сексом заниматься, а видеть её рядом, утром и вечером, и весь день.
Распрощавшись с Колькой, который остался ждать здесь Афоню и Машдаш, поехали, не торопясь.
Недолго я проехал, руку пришлось повесить на перевязь, правил одной рукой.
- Может, вернёмся? – спросила Вера.
- Что там делать? – отозвался я. – Лучше вперёд.
- Вперёд, так вперёд, - всё-таки надо тело приучать к нагрузкам, а то совсем ослабею, жиром заплыву, и будут у меня месячные… Так мне женские врачи говорили, когда обследовали. Я фыркнул.
- Что-то смешное вспомнил? – спросила Алина. – расскажи.
- Да ничего особенного, просто подумал, если не буду с вами ездить, жиром заплыву.
- Правильно думаешь, - согласилась Вера, - только немного поправиться тебе стоит.
- Не в коня корм, - ответил я, морщась про себя, неудобно было ехать, с непривычки и слабому.
- Отдохнём? – спросила меня Вера, увидев, как я привстаю, чтобы одолеть небольшой подъём.
- Пожалуй, - согласился я.
Сошли с великов, присели на камни, валяющиеся вдоль дороги.
- Рано мы тебя вытащили, - посетовала Вера, - ещё слишком слаб.
- А давайте, по бутеру съедим, и дальше! – предложила Алина.
- А давайте! – согласилась Вера. – Ты не завтракала, что ли?
- Не-а, проспала! – радостно захихикала Алина, доставая бумажный пакет с едой.
- Воду взяла?
- Да, и у Сашки чай набрала, в термос.