Госпожа Медвежьего угла

Аурелия, несмотря на свой колючий характер, неуклонно цеплялась за нее. Валентина пыталась держать ее позади, принимая все лесные удары в первую очередь на себя. Но даже так, девочка явно устала.

С лесами у Валентины всегда были неоднозначные отношения. Она одновременно и любила их, и опасалась. Ей нравилась некая неощутимая и невидимая глазу энергетика лесов, но в то же время в них она всегда ощущала себя так, будто на нее со всех сторон смотрели многочисленные глаза. Это было жутко!

Вот и сейчас.

Было тихо. Но при этом Валентина ощущала, как чужое внимание ползет под кожей, заставляя то и дело оглядываться по сторонам.

– Мы не можем идти дальше, – резюмировала она. – Это опасно.

– Они нас не догонят?

Валентина стиснула зубы.

– Будем надеяться, что нет, – ответила она и попыталась отыскать подходящее дерево, на которое можно было спокойно забраться.

Спустя пару минут она нашла подходящее.

Подсадив сначала девочку, Валентина залезла следом.

– Выше.

Она понимала, что оставаться на нижней ветке не вариант, поэтому продолжила подъем. Вскоре они обе ощутили, как дерево слегка покачивается. Валентина сочла это знаком, что они поднялись на достаточную высоту.

– Здесь, – выдохнула она и привалилась спиной к стволу.

От напряжения ее потряхивало. Она устала, хотелось есть и пить, но приходилось мириться с обстоятельствами.

– Сядь ближе.

Все это время Валентина держала девочку за рукав, опасаясь, что ребенок соскользнет с ветки и упадет. Аурелия поколебалась, но все-таки сделала, как ей сказали.

– Можешь поспать, я буду держать тебя, – предложила Валя, переводя дыхание.

– Я не хочу спать, – был ей ответ.

Валентина не стала настаивать.

Постепенно в лесу становилось более шумно. Кажется, до этого момента всех живых существ распугала их возня. Сейчас, когда они обе затаились на дереве, ночные жители продолжили свою суету.

В какой-то момент Валя услышала тихое сопение. Аурелия, несмотря на свои слова, уснула. Валентина улыбнулась, сдерживая желание погладить ласково колючего ребенка по голове. Она не хотела разбудить девочку. Та явно сильно устала.

Минуты текли медленно. Тьма вокруг нервировала. Вернее, то, что скрывалось в ней.

Валентина слышала, как мимо их дерева изредка пробегали какие-то мелкие зверьки. Пару раз вдалеке ухала явно хищная птица. Со всех сторон то и дело раздавались разные шорохи, писки, скрежет.

Услышав, как на некотором расстоянии от дерева треснула сухая ветка, Валентина сначала не придала этому большого значения. Но спустя время ей пришлось признать, что к ним приближался кто-то более крупный, чем простые зайцы или лисицы.

Валя насторожилась и задержала дыхание, будто опасаясь, что ночной гость их услышит.

Кто это? Человек?

Треск раздался ближе. Следом за ним Валентина услышала фырканье.

Нет. Какой-то зверь.

От этого осознания легче не стало, так как очень быстро Валентина поняла, что животное двигалось к их дереву весьма целенаправленно.

Она непроизвольно сжала руки на плече Аурелии сильнее. Это заставило девочку недовольно вздохнуть во сне. Валя сразу расслабилась. Она пыталась рассмотреть, кто к ним пожаловал, но все, что она видела – это большая тень.

А потом по их дереву прошлась дрожь. Валентина стиснула зубы. Зверь фыркнул громче. Казалось, их запах как привлекал, так и раздражал его.

Валя очень надеялась, что животное не полезет за ними. Если это произойдет…

Единственное, что в таком случае она могла придумать, это подняться выше. Зверь явно был массивным, вряд ли он мог угнаться за ними до самой макушки.

Еще один стук. Потом скрежет. Звучало так, будто животное точило когти о ствол?

Сердце Валентины билось быстро и хаотично. Она была рада, что Аурелия уснула. Ей не хотелось, чтобы ребенок слышал это.

– Врыф, – звук был похож на ворчание. Еще один стук. Фырканье.

Вдалеке внезапно завыли. Валентина почти ощутила, как животное под деревом насторожилось. Минута, вторая, третья. Треск ветки под массивной лапой.

Вскоре кусты в стороне затрещали.

Валентина выдохнула, ощущая, как кружится голова.

Ушел.

Глава 37

Валентина не спала до самого утра. Она боялась, что если уснет, то выпустит из рук ребенка, который обязательно после этого упадет с дерева. Нетрудно было догадаться, к чему могло привести такое падение.

Всю ночь она настороженно прислушивалась и замирала, когда слышала какие-нибудь опасные звуки. Надо сказать, что животных в ночном лесу было очень много.

Валя подозревала, что это потому, что они сейчас находились на значительном расстоянии от людского поселения. Да и база бандитов осталась далеко позади.

Никто крупный к ним больше не приходил – слава небесам за их маленькие милости.

Как только стало светать, Валентина поняла, что им пора идти. Что-то подсказывало, что разбойники пойдут по их следу сразу, как только представится возможность.

– Что? – сонно спросила девочка, когда Валя растолкала ее.

Было удивительно, как крепко спал ребенок, если учесть общую обстановку и то, где она находилась и с кем. В конце концов, Валя была для нее совершенно чужим человеком. Несмотря на все это, во сне лицо ребенка выглядело мирным и безмятежным.

– Пора идти, – тихо произнесла Валентина, глядя, как сонливость медленно соскальзывает с покрытого веснушками лица.

Услышав ее слова, девочка отстранилась, затем огляделась. Валя видела, как мягкое выражение быстро сменяется хмуростью.

– Хорошо, – ребенок кивнул и попытался сползти с ветки.

Валя ее остановила.

– Я первая, – сказала она.

Сразу после этого она слезла на ветку ниже, затем посмотрела на Аурелию.

– Твоя очередь. Только не спеши, осторожней, – посетовала Валя.

– Знаю, – буркнула девочка.

Порой спуск мог быть опаснее, чем подъем, именно поэтому Валентина страховала ребенка на каждом шагу, крепко удерживая ее от любого неверного шага. Если Аурелии и не нравился такой контроль, она молчала об этом, лишь дула губы и хмурила рыжеватые брови.

Благодаря особой осторожности, они обе спустились без проблем и повреждений. Пару раз, правда, их юбки застревали в ветвях, но ничего критичного не произошло.

Убедившись, что малышка в порядке, Валентина повела ее дальше.

На самом деле, сама Валя не слишком хорошо умела ориентироваться в лесу. Даже под сильной угрозой она не смогла бы назвать правильную сторону, в которую им следовало двигаться.

Вот тут в игру вступали воспоминания Валенсии.

В свое время девушке довелось бывать в горах очень часто. Можно сказать, что в этом месте она провела половину своей жизнь.

Здесь она собирала корни, ягоды, травы, грибы. Одна часть сразу шла в еду, вторая сушилась и заготавливалась на зиму, третью продавали в городе на рынке.

Кроме этого, осенью Валенсия начинала заготавливать дрова на зиму. Для этого ей приходилось не только самой срубать и пилить ветки, но и носить приготовленное в деревню.

Вспоминая все это, Валентина только и могла, что качать головой.

Иглена была редкостно глупа. Ей следовало холить и лелеять такого трудолюбивого человека, как Валенсия, а вместо этого тетка только и делала, что вечно грызла девушку, попрекала лишним куском хлеба и всячески унижала. Какая глупость, в самом деле.