Страница 408 из 714
— Не хотел есть нашу, советскую говяжью тушенку, ешь острую корейскую собаку! — авторитетно добавил я. — Кто ж тебя заставлял?
— Ой, ей… Мне кажется, у меня даже пот стал острым! — истекая слезами и потом, просипел Паша.
Потом его, конечно, отпустило. Но доедать он отказался.
Все это происходило в небольшом закутке между камней, а впереди по ущелью, в качестве наблюдателя сидел Шаман, наблюдая за обстановкой в ущелье. Услышав посторонние звуки, он связался с нами по радиостанции, чтобы выяснить причину.
Быстро закончив прием пищи, мы аккуратно разошлись обратно по позициям.
Все знали, что ожидание выматывает. А в нашем случае — особенно. К тому же, погода совсем не располагала.
От нагретой афганской земли и камней, от пыли и духоты, влажной от пота одежды, палящего солнца — деться было просто некуда. Какое-то время терпеть, конечно, можно, но не думать об этом просто невозможно. Что ни говори, а в Таджикской ССР, где нас готовили, было не так жарко, климат там чуть другой. Более терпимый. К тому же, обучение мы проходили в зимнее и весеннее время, а сейчас лето. Здесь же, в Афганистане — жесть. Порой дотронешься открытым участком кожи какого-нибудь камня, или чего-нибудь металлического, так аж обжигает. Я как-то видел, что температура на солнце колебалась в районе плюс пятидесяти девяти градусов.
Само собой, при таких условиях организм куда быстрее расходует воду и если он не тренирован, то тут легко сбиться. Чем больше пьешь, тем больше хочется. Выпиваешь литр, с тебя испаряется три. Не успело все до желудка дойти, как тут же начинает выходить с потом. Про последствия нарушений водно-солевого баланса я уже говорил, ничего хорошего в этом нет. Особенно в сложившихся условиях, стресс для организма гарантирован.
Наконец, этот чертов караван все-таки появился. Хотя, будь моя воля, лучше бы его не было и мы бы ушли ни с чем. Правда, тогда задание не было бы выполнено, а командование в штабе за такое по головке не погладит. Охотники за караванами должны охотиться на караваны. Тем более, со слов Шевцова, нам досталось задание ниже среднего по сложности и значимости. Мол, ерунда, одной левой все можно решить.
Сам караван, как я и думал, оказался смешанным. Тут были и машины и вьючные животные. И много вооруженной охраны.
— Группа, внимание! — раздался по радиосвязи голос Кэпа. Благо Герц свое дело знал, умудрился подшаманить с помощью своих радиотехнических примочек канал так, чтобы ни одна зараза не влезла и просекла, что готовится засада. — Гости прибыли. Всем быть в боевой готовности. Наблюдаем.
Душманы двигались медленно. Неторопливо. Скорее всего, животные устали. Большинство просто шло вперед, кто-то озирался по сторонам. Пеших духов не было, все либо на лошадях, либо на машинах. Да оно и понятно, судя по всему, путь у них был неблизкий. Тут важна скорость и мобильность, ведь русская разведка не спит.
Первым шел белый пикап без опознавательных знаков. Корпус машины был заляпан жидкой грязью, которая давным-давно высохла. В кузове установлен пулемет ДШК — лютая вещь, которую душманы очень любили. Я этот ствол узнаю из сотни. Неприхотливая, мощная и надежная машина. Сколько вертолетов было сбито с помощью этого пулемета, страшно представить.
Не стану скрывать, я был отдаленно знаком с анализом статистики — вовсе не разрекламированный американский ПЗРК «Стингер» был тем самым разящим мечом, который проредил советскую авиацию в Афганистане. Около шестидесяти процентов всех потерянных Советским Союзом вертолетов, независимо от типа, было сбито именно из ДШК. Ведь он очень мобилен — хочешь, тащи на руках в горы, хочешь, устанавливай на транспорт, а хочешь на станок. Калибр позволяет шить броню, патроны дешевы и их можно купить, где угодно и сколько угодно. Тот же Китай и Пакистан снабжали оппозицию без проблем.
За пулеметом стоял скучающий душман, по уши затянутый в коричневые тряпки. На глазах солнцезащитные очки — модник, какой-то, не иначе. В самой машине было двое — водитель и вооруженный автоматом пассажир.
Следом за пикапом шел какой-то небольшой грузовичок, неизвестной марки. Кузов открыт — там какие-то коробки, ящики, тюки, мешки. Все под завязку. А уже за грузовиком шло несколько человек на лошадях — часть лошадей, без наездников, шли сами, привязанные к веревке впереди идущего. На них как раз-таки и висели тюки, возможно, с той самой наркотой. А может и не только.
Охраны было много — я насчитал человек тридцать, а конца каравана все еще не было видно. Он словно гигантская змея, медленно выползал из-за ближайшего поворота ущелья. Машин было около десятка — все они двигались очень медленно. Вероятно, они периодически делали остановки, чтобы осмотреться и чтоб «подтянулся» хвост.
Вооружение различное, как винтовки, так и пулеметы с автоматами. У некоторых даже были видны торчавшие верхушки реактивных гранат от РПГ-2 и РПГ-7. Вероятно, такой большой караван собрался потому, что до них докатилась информация, что шурави мешать не будут. Или не смогут. Это могло быть как утечкой, так и дезинформацией.
Помешать еще как сможем. И сделаем это без сомнений. Преимущество на нашей стороне — противник у нас, как на ладони, а вот мы хорошо скрыты за камнями и элементами маскировки.
— Сколько же их… — послышался голос Игнатьева.
Он не был взволнован, просто поражался тому, что такая масса людей и техники преспокойно шла из точки «А» в точку «Б». Тут бы по-хорошему все НУРС-ами с вертолетов накрыть, да только Ми-24 в настоящее время в афганском небе не летали и духи об этом прекрасно знали, а соответственно и пользовались. Подобное давало им широкий простор для действий.
Я предположил, что в одной из тех машин вполне могли перевозить «Стингер». Охраны-то, ого-го. Американцы очень боялись, что их ПЗРК может попасть в руки ГРУ или вообще уйдет в Иран, что впоследствии и произошло. Ввиду этого, на первых этапах использования таких комплексов, они тщательно бдили над тем, чтобы груз всегда был под надежным прикрытием и не попал не в те руки. Очень может быть, что кто-то из агентов ЦРУ сейчас тоже мог быть в одной из этих машин. А может и нет. Оружия тут могло и не быть.
Пока мы наблюдали, караван медленно подходил к сектору, где следовало активировать мины направленного действия. Расстояние до первой машины, около ста пятидесяти метров.
— Шут, через тридцать секунд, твой выход! — тихо приказал Кэп. Это означало, что начинает «бал» именно прапорщик Корнеев. Сигнал дан, обратного хода нет.
— Принял! — отозвался он. — Жаль, РПГ с собой нет. Так бы парочку пикапов на металлолом разобрали бы.
— И так справимся!
Десять секунд. Пять. Три…
Конечно же, мы приняли решение атаковать, ведь именно за этим нас сюда и отправили. Духи ни о чем не догадываются, явно расслабились. Если Шевцов как-то предупредил по своим каналам полевых командиров душманов о том, что угрозы нет, то тогда он им знатную свинью подложил. Угроза не просто реальна, она уже нависла над караваном и готова обрушиться на него со всей человеческой яростью.
К тому же, на оперативно-тактической карте, что выдали нам в штабе, место для организации засады было обозначено километром севернее. Ну а мы, посовещавшись, не связываясь со штабом, своим решением изменили место встречи. Еще один плюс в копилку.
У нас имелась стандартная «Р-159», но мы ее даже не включали. Пользовались только «Малышом». У «охотников» нет строго установленных по времени сеансов связи, там все по-другому. Если припекло, или по выполнению. Ну, или по провалу. Правда, если провал, то на связь уже никто не выходит. Бытовало негласное мнение, что группа жива, пока жив радист.