Малышка Сталкера

— Но… — я замолкаю, когда его рука скользит выше по моему бедру. Когда мои ноги раздвигаются, я клянусь, что это происходит само собой, но я могу ошибаться. Когда костяшки пальцев Каллума трутся о мои трусики, я чувствую это на своём клиторе.

— Тебе повезло, что они не мокрые. — Это звучит как угроза, когда он тянет за резинку моих трусиков, и я приподнимаюсь на стуле. Они легко соскальзывают с меня, и Каллум наклоняется, словно подбирая что-то с пола. Когда он освобождает мои лодыжки и ступни, он выпрямляется в кресле. — Теперь ты будешь делать то, что я скажу. Ты поняла?

"Да, сэр". Я сглатываю.

"Хорошая девочка".

Эти два слова заставляют меня немного расслабиться. Но только до тех пор, пока я не вижу, что Карл направляется к нашему столику. Я в панике оглядываюсь на Каллума, но он совершенно спокоен.

— Тинсли? — Карл бросает на меня обвиняющий взгляд, подойдя к столу.

“Вы, должно быть, Карл”, - вмешивается Каллум.

“ Да. Его кивок - единственное приветствие, которое получает Каллум.

— Я один из учителей Тинсли в «Легенд Преп». Я видел, как она ужинала, и хотел поздороваться.

— О, что ж, приятно познакомиться, — автоматически произносит Карл, прежде чем снова обратить внимание на меня. — Тинсли, прости, но мне нужно уйти.

— Хорошо. Я начинаю вставать, но останавливаюсь, когда Каллум кладёт руку мне на плечо.

— Если вы торопитесь, я могу отвезти её домой, — предлагает Каллум, и Карл колеблется, прежде чем взглянуть на свой телефон.

— Вообще-то, это было бы здорово, — он едва смотрит на меня, когда его телефон снова вибрирует. — Я позвоню тебе завтра, Тинсли.

Он выбегает из ресторана, оставляя меня наедине с Каллумом. Я вздыхаю с облегчением, пока не вижу его лицо. О нет. Сэр в ярости.

Глава Восьмая

КАЛЛУМ

— Мне нужно сообщить шеф-повару, чтобы он отменил заказ? — спрашивает официантка, убирая тарелки и вино Карла.

— Да, но только для того, чтобы леди могла заказать то, что она на самом деле хочет съесть. Я жду, пока Тинсли заговорит, и она немного волнуется, прежде чем задать пару вопросов, а затем сделать заказ.

— Я сейчас не ем, но не могли бы вы забрать это с собой, пожалуйста? — я протягиваю официанту бокал Тинсли. — Она просто притворялась, что пьёт.

— Конечно. И я сообщу шеф-повару об изменениях.

Когда мы остаёмся одни, я пытаюсь успокоиться, но это бесполезно.

“ Откуда ты знаешь, что я его не пила?

Я кладу руку на спинку её стула и слегка наклоняюсь вперёд. В ресторане многолюдно, но в этом зале мы одни. Я вдыхаю её аромат и пытаюсь взять себя в руки.

— Потому что я следил за каждым твоим движением, и ты не глотала. От моего дыхания по её шее бегут мурашки, и мне хочется их слизать. — Но разве ты не должна спрашивать меня о более важных вещах?

— Например, что? — я не упускаю из виду, как её язык скользит по нижней губе.

— Например, почему я здесь. Или как мне удалось остаться с тобой наедине.

“Тот телефонный звонок?”

— Это моя вина. Я прикасаюсь к обнажённой коже на её затылке и провожу пальцем по ней вперёд-назад. — Я не давал тебе разрешения идти на свидание. — Я выдавливаю из себя последнее слово и сжимаю челюсти. Мои пальцы обхватывают её затылок, и я удерживаю её на месте, а другой рукой поднимаю её платье. — Я сказал тебе, что ты принадлежишь мне, принцесса. Ты думала, что это не распространяется за пределы моего кабинета?

Она раздвигает ноги, и когда я чувствую, какая она влажная, я понимаю, что это только для меня. Я обвожу её клитор кончиком пальца, и у неё перехватывает дыхание.

“Н-нет, сэр”.

— Нет, что? — говорю я ей на ухо, требуя, чтобы она произнесла это вслух.

— Я знаю, что принадлежу тебе, — слова вырываются у неё с трудом, прежде чем она переводит дыхание. — Везде.

— Ты будешь сидеть здесь и съедать каждый кусочек своего ужина. Я прижимаюсь к её клитору и смотрю, как её веки начинают опускаться. — Потом мы уйдём, и я съем свой ужин.

Официант направляется к нам, поэтому я убираю руку из-под платья Тинсли, но оставляю её на её шее. Я облизываю палец, пока официант ставит перед Тинсли её заказ.

— Вы уверены, что я ничего не могу вам предложить? — спрашивает она, но я качаю головой.

“ Спасибо, но я уже ел закуску.

Как только мы остаёмся одни, Тинсли смотрит на меня. — Ты собираешься съесть... — Она долго молчит, опустив взгляд на свои колени. — ...меня?

— Да, принцесса. — Я беру её вилку и накалываю один из равиоли на тарелке. — Так что не заставляй меня ждать.

Я протягиваю ей равиоли, и она быстро открывает рот, чтобы взять их. Она не сводит с меня глаз, пока жуёт, а затем проглатывает и снова выжидающе открывает рот.

Она позволяет мне кормить её, и, чёрт возьми, от этого я хочу её ещё сильнее. Я жажду заботиться о ней, поклоняться ей и делать непристойные вещи с её телом.

Как только она доедает, я достаю кошелёк и оставляю неприлично большую сумму наличными, чтобы нам не пришлось ждать счёт. Я замечаю, как у Тинсли расширяются глаза, когда она видит деньги в моём кошельке. Я отрываю ещё несколько сотенных купюр, и она смотрит, как я кладу их в её сумку.

“А это еще зачем?” - спросила она.

— Тебе понравилось на них смотреть. — Я встаю из-за стола и беру её за руку. — А мне нравится дарить их тебе.

“Но—”

— Ты и так на тонком льду, принцесса, — говорю я, прерывая её протесты. — Встань и пойдем отсюда, пока я не устроил сцену.

— Да, сэр. Она смотрит себе под ноги, следуя за мной, но я вижу улыбку, которую она пытается скрыть.

Как только мы выходим из ресторана, она практически бежит, чтобы не отставать от меня, пока я иду к своему внедорожнику и открываю пассажирскую дверь. Усадив её на сиденье, я обхожу машину с другой стороны и сажусь за руль. Я замечаю, что она пристегивает ремень безопасности, когда я захлопываю дверь, но качаю головой и отмахиваюсь от этого.

— Мы никуда не поедем. Пока я не успокоюсь. — Я кладу руку ей на затылок, а другую — на бедро. Я крепко держу её, перетаскивая через консоль к себе на колени. Она раздвигает ноги и садится на меня верхом, но я всё ещё не могу себя контролировать. — Сегодня ты испытываешь моё терпение.

“Мне жаль, сэр”. Она выглядит раскаивающейся, когда ее руки перемещаются к моей груди. “Мой отец назначил это свидание . Я не хотела идти”.

Я сжимаю челюсти, когда она облизывает губы. — Твой отец? Когда она кивает, я наклоняюсь к ней, наши губы в нескольких сантиметрах друг от друга. — Но не твой папочка? Я касаюсь её губ своими, и я практически слышу, как бьётся её сердце. — Потому что теперь ты знаешь, кто твой папочка, не так ли, принцесса?

“Да, папочка”.

Она всхлипывает, как только мой рот оказывается на её губах. Рука, которую я положил ей на бедро, скользит между её ног, и я не трачу время на дразнящие прикосновения. Мои пальцы раздвигают её половые губы, прежде чем я проникаю в её тугую киску.

Она открывает рот, чтобы закричать, но я проглатываю её крик. Я облизываю её язык и требую, чтобы она сделала то же самое, пока я трахаю пальцами её маленькую девственную дырочку.