Страница 30 из 39
Слова выкрикнуты в страхе и гневе.
Амин знал, что ему пиздец, но - когда бомба взорвалась и буквально разнесла его на несколько сотен кусочков - он не подозревал, что пиздец наступит так скоро. Еще одним маленьким дополнением к бомбе стало вспомогательное дистанционное устройство - которым тайком управлял один из лидеров - специально предназначенное для того, чтобы помочь ему прекратить свои жалкие разглагольствования.
Когда с неба посыпались кусочки Амина - клочки плоти, кишки, внутренности, конечности, кости и прочая жижа, остальные участники лагеря истерически смеялись, хлопали в ладоши и одобрительно кричали. Аплодисменты и одобрительные возгласы, которые, к сожалению для них, были прерваны американскими беспилотниками, неожиданно обрушившими на них шквал адского огня.
Ну, что я могу сказать?
Пути Господни неисповедимы.
Не расстраивайтесь, помните, что все они - сборище пиздюков. Хотя, мне жаль мертвых коз. Я люблю коз. Но не трахаю их.
Перевод: Миша Грубий
"Пиздюк Хамп"
Спасибо, что мочеиспускание длится всего одну минуту, а не четыре года...
- Мне не важно, какой у тебя парик, любовь моя. Пока у тебя есть миллионы в банке, я буду любить тебя несмотря ни на что, - сказала Мэл, вытирая последние капли мочи со своей пизды.
Ее муж и новый премьер-министр страны, Дэнни Хамп, стоял в ванной перед зеркалом во весь рост – на его лицо только-что помочились – и, жаловался на состояние своего парика, обвиняя ее в том, что она не попросила его снять парик, прежде чем нассать на него.
- У меня остался час до встречи с кабинетом, и... послушай... Я не могу вымыть и высушить волосы за оставшееся время. Я тебе уже говорил, никогда не мочится на волосы. На лицо - да, но никогда, блядь, тупая пизда, на волосы.
Мэл ничего не ответила. Она уже давно научилась придерживать язык. Настолько, что даже удивлялась, что у нее вообще сохранился язык, который можно было прикусить. Походы по магазинам оправдывают себя, как и возможность поссать на него.
Дэнни сорвал парик и бросил его в подкрашенную воду в ванной, в которой несколько минут назад он лежал, пока его любящая жена сидела на корточках над его лицом. Его любимый "ополаскиватель для рта".
Ему нравилось тепло, запах, ощущение того, как моча орошает лицо и попадает в рот, и даже вкус - не то, чтобы он когда-нибудь глотал ее. Ополаскиватели для рта не глотают.
Однако после мочеиспускания он всегда проявлял враждебность, обвиняя в своем плохом настроении все и всех, как, например, сейчас - намокший парик. В действительности же его враждебность объяснялась стыдом.
Опасением, что кто-то мог увидеть его извращение. И, конечно же, борьба за власть. Позволяя своей жене помочится на себя, он наделял ее - женщину - властью.
После того, как жена помочилась на него и удовлетворила его желание, он снова хотел вернуть свою власть, пока она полностью не завладела ею.
- Тупая сука, - повторил он, затем открыл дверь и вышел из ванной комнаты в спальню.
В дальнем конце комнаты он открыл платяной шкаф. Внутри шкафа висело несколько париков разного цвета.
Большинство париков имели светло-русый цвет, хотя было несколько темных и – один рыжий парик - купленный на eBay чисто случайно, когда он неправильно определил цвет.
Он взял один из многочисленных светлых париков и предварительно промокнув кожу на голове полотенцем, надел его на голову.
Он посмотрел в зеркало, закрепленное на внутренней стороне дверцы шкафа, и поправил парик, после чего повернулся к жене, которая наблюдала за ним.
- Ты отлично выглядишь, - сказала она машинально.
Он, нахмурив брови, уставился на нее.
- Ты выглядишь, блядь, как шлюха. Кто-нибудь может подумать, что я только что обоссал тебя. Приведи себя в порядок, пока я одеваюсь.
Она на мгновение замешкалась, в ее голове пронеслось миллион мыслей, которые хотелось сказать, и все же... Она ничего не сказала. Она повернулась к нему спиной и прошла в ванную комнату.
Она закрыла за собой дверь - не бесшумно, но и не совсем захлопнула.
В следующий раз он может сам на себя поссать.
Мэл посмотрела на свое отражение в зеркале и мысленно сосчитала до десяти, пытаясь успокоиться, чтобы не заорать на него и не оскорбить его словами, как он оскорбил ее.
Затем она глубоко вздохнула и медленно выдохнула через сомкнутые губы. Она напомнила себе, что вскоре он уйдет из дома и будет нервировать кого-то другого.
Вскоре он станем чей-то проблемой, в то время как она, поджав ноги будет сидеть перед экраном телевизора.
* * *
- Что такое? Тебе не нравится? Не вкусно?
Люди в масках - все с лицами бывших премьер-министров - смеялись, выливая из чашки застоявшуюся темно-коричневого цвета мочу в рот премьер-министра. Двое из них запрокинув голову Дэнни кверху, удерживали ее, чтобы он не мог двигаться.
Когда они перестали вливать, он выплюнул обратно то, что не проглотил.
- Предполагалось, что моча будет твоим единственным лакомством перед тем, как начнется настоящее веселье.
- Иди на хуй. Ты хоть знаешь, кто я такой?
В темной, мрачной комнате раздался смех.
Дэнни лежал на холодном металлическом столе, его запястья и лодыжки были привязаны кабельными стяжками к ножкам стола.
- Конечно, мы знаем, кто ты. А иначе зачем бы мы поили тебя мочой? А теперь... Заткнись...
Таинственный человек - в маске Тони Блэра - сорвал парик с головы нового премьер-министра и с силой запихнул его ему в рот в виде кляпа.
Затем, совершенно неожиданно, он ударил кулаком Хампа по лицу.
Один удар, второй, третий... Сильнее...
Хамп почувствовал, что теряет сознание. Последнее, что он услышал, - смех бывшего премьер-министра, который эхом разносился по комнате.
- Сильнее! Врежь ему сильнее! - кричали со всех сторон.
Сначала наступила чернота.
Затем последовали аплодисменты.
После них...
Дэнни стоит вытянув руки вперед, но не для того, чтобы обнять собравшихся или притянуть их поближе к себе, а... потому что он верил, что он Мессия, в отличие от тех, кто считал его Антихристом.
Он стоит и смотрит, пока люди подбадривают его, кричат и вопят, что он лучший... На его лице появилась самодовольная, ехидная ухмылка, когда он окинул взглядом оппозицию, не то, чтобы они представляли собой серьезную оппозицию.
Подумать только, когда он впервые объявил, что будет баллотироваться на пост премьер-министра, все подумали, что он шутит.
Но – являясь лидером своей партией и предоставляя ей финансовую поддержку - прошло совсем немного времени, и шутка стала реальностью, а люди, которые сначала насмехались над ним, теперь сидели и качали головами, в то время как все большее число людей, живущих в стране, продолжало поддерживать его самого и его нелепые идеи.
- Мы построим стену, которая не позволит шотландцам въехать! Они хотят независимости, что-ж дадим им ее, но... за определенную плату, друзья мои. На строительство стены будет потрачено немало денег, но не из наших карманов... Они заплатят... А, если стена не поможет - тогда, Бог мне свидетель, мы будем пилить наш остров, пока в буквальном смысле не отделим их от себя...