Страница 24 из 34
— Я тоже думала о тебе, — выдыхаю я, извиваясь под ним. — Я так часто видела сны с тобой.
Он стонет, в его глазах бушует буря. «На этот раз это не сон, милая. Я здесь, рядом с тобой».
— Киган, я лю... О! — всхлипываю я, приподнимаясь на кровати, когда он набрасывается на меня и зарывается лицом между моих ног.
Как и в первый раз, когда мы были вместе, в том, как он ест, нет ничего медленного или нежного. Он — голодный зверь, наедающийся после долгой голодовки. Он лижет и сосёт, его язык обводит мой клитор кругами, прежде чем он проникает внутрь меня.
Я дрожу, его имя на моих губах, кровь стучит в ушах.
— Ещё, — рычит он, даже не поднимая головы. — Дай мне ещё, детка.
Я никак не могу этого сделать, когда каждое его прикосновение, кажется, может разорвать меня на части. Но я всё равно это делаю. Как только он обхватывает губами мой клитор и начинает сосать, я снова распадаюсь на части, задыхаясь.
Он не даёт мне и секунды передохнуть, прежде чем снова оказывается на мне, возится со своими штанами и целует меня так, словно собирается наполнить меня своим воздухом. Я чувствую себя на его языке, ощущаю своё удовольствие на его губах… и ещё одна частичка моей души воссоединяется.
— Надеюсь, я снова заставлю тебя забеременеть, — рычит он, его член скользит по моему клитору, когда он закидывает мои ноги себе на бёдра.
Я чувствую прохладу металла пирсинга, и эта двойственность снова уносит меня ввысь. Или, может быть, это его признание.
— На этот раз я хочу быть рядом каждую чёртову минуту, милая, — стонет он, прижимаясь губами к моему правому соску. — Я хочу видеть, как ты растешь вместе с моим ребёнком.
— Киган, — всхлипываю я, царапая его спину.
— Продолжай произносить моё имя вот так. Ты так чертовски мило просишь моего малыша. Он входит в меня, продвигаясь внутрь дюйм за дюймом.
Я запрокидываю голову, и из глубины моей груди вырывается вздох экстаза. Вот чего мне не хватало. Вот что такое рай.
— Господи, ты так хорошо выглядишь, когда принимаешь мой член. Он двигает бёдрами, погружаясь в меня по самые яйца. Он на мгновение замирает, обхватив меня руками за бёдра, словно пытаясь взять себя в руки.
Я инстинктивно сжимаю внутренние мышцы вокруг него. Я не хочу, чтобы он контролировал меня. Я не хочу осторожного, нежного Кигана. Я хочу его всего, каждый чертов сантиметр, каждое ощущение. Всю его силу и желание.
Он рычит моё имя, словно предупреждая, поэтому я делаю это снова. И ещё раз.
Он нависает надо мной, дрожа от силы своего желания, а затем резко входит в меня одним мощным толчком. Удовольствие пронзает меня, вырывая из моих губ тихий крик.
“Еще!”
Он подчиняется моему приказу, как одержимый, рыча и скалясь, снова и снова врываясь в меня, ударяясь бёдрами о мои. Его яйца шлепают по моей заднице при каждом мощном толчке. Кровать раскачивается и трясётся под нами. Мимолётная тревога, что мы разбудим Лили, пронзает меня, но когда он снова толкается, эта тревога улетучивается в потоке экстаза.
— Господи, Лэндри, — рычит он, посасывая и покусывая мои соски. — Я хочу, чтобы ощущение моего члена запечатлелось в твоей памяти, чтобы ты никогда не забывала, как хорошо тебе должно быть.
— Я н-никогда не забывала, — выдыхаю я, приподнимая бёдра навстречу каждому мощному толчку. — Я никогда не забуду.
Он стонет, произнося моё имя, как будто я его убиваю. Это самый сладкий звук, который, я надеюсь, я буду слышать снова и снова. Ради которого, я думаю, я готова убить и умереть.
— Мне нужно, чтобы ты кончила, милая. Он закидывает мою ногу себе на плечо, позволяя войти глубже. Он трахает меня сильнее, вколачиваясь в меня, как сумасшедший. — Господи, мне нужно почувствовать, как эта идеальная киска сжимается вокруг меня, похищая мою чёртову душу.
— Пожалуйста, пожалуйста, — умоляю я. Я прошу. Я дрожу и трясусь, разрушенная настолько, что, как мне кажется, уже не смогу восстановиться.
— Я люблю тебя, — шепчет он… и я рассыпаюсь на части.
Я взрываюсь с приглушённым криком, и весь мир становится белым, когда на меня обрушивается волна экстаза, унося меня. Но я падаю не одна.
Я слышу, как он выкрикивает моё имя, пока я корчусь и содрогаюсь. Чувствую, как он стонет у моего горла, пока его сперма снова и снова изливается в меня, наполняя силой его желания и доказательством его любви.
И я признаюсь, что боролась с этим несколько дней.
“Я тоже тебя люблю”.
— Лэндри, детка, — выдыхает он, падая на меня. Дрожит, прижимаясь ко мне. Целует меня так, словно я лучшее, что с ним когда-либо случалось.
Я тоже цепляюсь за него, не желая и не в силах отпустить его сейчас. Даже если это приведёт к краху, я не могу его отпустить.
В тишине, пока пот высыхает на нашей коже, он притягивает меня ближе и нежно касается губами моей щеки. «Я люблю тебя с тех пор, как мы были в Колорадо, милая».
Я задыхаюсь от рыданий, цепляясь за него так, словно моя хватка удержит его в моих объятиях навсегда. «Я так чертовски боюсь, что они заберут тебя у меня или причинят тебе боль, Киган. Я не могу… Я не могу…»
— Ш-ш-ш, детка, я знаю. Он прижимает меня к себе, гладя по волосам. — Тебе можно бояться, но мне нужно, чтобы ты мне доверяла. Мне нужно, чтобы ты знала, что я тебя не брошу. Я обещаю тебе, что они не заберут тебя у меня.
— Ты не можешь этого обещать.
— Да, я могу. Он запрокидывает мою голову назад, встречаясь со мной взглядом. Убеждённость в его глазах, абсолютная уверенность в том, что он может дать мне это, успокаивают меня так, как ничто и никогда не успокаивало. — Выходи за меня замуж, Лэндри.
Я смотрю на него широко раскрытыми глазами. — Что?
— Выходи за меня замуж, — повторяет он ровным и уверенным голосом. — Моё кольцо на твоём пальце означает, что ты никогда не будешь принадлежать им. Ты будешь моей во всех смыслах.
“Я...”
— Подумай об этом, милая, — шепчет он. — Женщину без связей легко заставить исчезнуть. Гораздо сложнее заставить исчезнуть ту, у которой есть семья. Они тоже это знают. Он оборачивает мизинец вокруг моего безымянного пальца. — И моё кольцо здесь будет напоминать тебе каждый чёртов день, что твоё место здесь. Когда тебе захочется сбежать, ты будешь знать, что тебе есть к кому бежать, а не от чего.
— Ты не можешь просто жениться на мне, чтобы защитить меня, Киган, — слабо возражаю я. Быть связанной с ним — это чертовски приятно, как сбывшаяся мечта. Но я не хочу быть той, о ком он будет сожалеть, той, на ком он женится, потому что он из тех парней, которые готовы пожертвовать собой ради моей защиты. Он заслуживает лучшего.
— Кто сказал, что я такой? Его глаза снова вспыхивают от страсти, когда он смотрит на меня. В них горит что-то ещё, какое-то желание, которого я никогда раньше не видела. — Я хочу, чтобы моё кольцо было у тебя на пальце, потому что ты моя, Лэндри. Потому что я любил тебя каждую секунду последнего года, и это никогда не изменится.
В его голосе в равной степени слышны убеждённость и преданность. Это не просто прихоть или то, что он делает для меня. Я думаю, может быть, он думал об этом… может быть, с тех пор, как мы встретились год назад.