Страница 12 из 69
— Но у меня дело обстоит несколько по-другому. Это моя мать предпочла не разговаривать со мной, — сказал он, удивляясь самому себе. В свете многие, в том числе и леди Клэрис, считали, что не разговаривают они по инициативе Лусиуса. Должно быть, на него подействовали заточные глаза мисс Эссекс. Они смотрели на него с таим интересом, что не ответить было трудно, хотя он давно научился с успехом оставлять без ответов вопросы о родителях.
— Откуда вам знать, если прошло девять лет? Может быть, очень хочется увидеться с вами? Если ей приходится подолгу лежать в постели, то у вас нет возможности встретиться с ней случайно.
— Мы живем через два дома друг от друга. Если бы у мисс Фелтон возникло хоть малейшее желание увидеть меня, та могла бы прислать записку, — заметил Лусиус.
Похоже, она была потрясена услышанным. Наивная шотландская девочка. Вполне вероятно, она будет иметь грандиозный успех на ярмарке невест: там было довольно мало леди такой, как у нее, красоты, да еще со столь глубоким чувством чести.
— Через два дома друг от друга? И вы не общаетесь?
— Именно так, — коротко подтвердил Лусиус. — Но вы наверняка правы. Возможно, как-нибудь мы с ней встретимся случайно, и все будет в порядке. — Он не собирался говорить этой девочке о том, что купил дом на Сент-Джеймс-сквер в надежде на такие встречи. Он никогда никому не говорил, сколько раз его мать действительно случайно встречалась со своим единственным сыном… и отводила взгляд, словно увидев какого-то отвратительного грызуна.
Но мисс Эссекс, как видно, была упрямицей. Она наклонилась к нему, намереваясь сказать что-то еще. К счастью, их внимание отвлекла леди Клэрис.
— Завтра к нам приезжает с визитом очаровательная будущая супруга моего сына, — сказала она. — Уверена, что вы ее знаете, мистер Фелтон, поскольку вы довольно образованный человек, не так ли? Мисс Питен-Адамс — одна из самых образованных леди наших дней. Кстати, маэстро Королевской итальянской оперы сказал, что голос мисс Питен-Адамс может соперничать с голосом Франчески Куззони!
— Боюсь, что моя репутация человека образованного сильно преувеличена, — сказал Лусиус, которому лакей подал черепаший суп.
Тесс украдкой взглянула на него. Мистер Фелтон явно считал разговор о его семье законченным. Она ни на минуту не поверила, что его мать не желает восстановить отношения: бедная дама, наверное, каждую ночь орошает слезами подушку, тоскуя по своему жестокосердному сыну. Достаточно было взглянуть на линию его челюсти, чтобы понять, что гордость этого человека так же неистова, как северный ветер. Если он унаследовал эту черту от отца, то неудивительно, что семья распалась.
Потом ее внимание снова привлек голос леди Клэрис, и Тесс, к своему ужасу, поняла, что, описывая достоинства невесты своего сына, леди Клэрис наносит главный удар по Имоджин. Она, должно быть, заметила взгляды, которые та бросала на Мейтленда.
Теперь она привлекла внимание всех присутствующих за столом, хотя явно адресовала свои слова Имоджин. Если верить будущей свекрови, мисс Питен-Адамс необычайно смела, чрезвычайно образованна и отличается исключительным здравомыслием.
— Судя по всему, она восхитительна, — сказала Имоджин, так крепко схватив рукой бокал, что Тесс испугалась, как бы она его не раздавила.
— Совершенно верно, — вставил Мейтленд. — Мисс Питен-Адамс абсолютно восхитительна. Любая женщина с пятью тысячами фунтов дохода в год восхитительна по определению.
В его словах явно чувствовался сарказм, и Тесс стало не по себе. Как можно говорить в таком тоне о своей невесте?
— Дорогой, — обратилась леди Клэрис к своему сыну, — так говорить нехорошо. Это правда, что мисс Питен-Адамс повезло получить такое щедрое приданое от своей прабабушки по материнской линии, герцогини Бестельской, но ведь твоя очаровательная невеста не просто богатая наследница. Мисс Питен-Адамс — девушка образованная во всех отношениях. Я пребываю в смятении, не зная, чем развлечь молодую леди во время ее визита. Не обучать же ее новому способу плетения кружев! Ее зарисовки римского Колизея поместили в «Дамском журнале»!
Имоджин на удивление хорошо держала удар.
— Какая честь! — отозвалась она, отхлебнув большой глоток шампанского.
— Думаю, что у вас в Шотландии не было хороших учителей рисования, — снисходительно произнесла леди Клэрис. — У мисс Питен-Адамс сочетаются отличные способности с самой лучшей подготовкой. Я слышала, что ее рисунки сравнивают с произведениями великого Мичеволо…
— Ты, наверное, хотела сказать Микеланджело, — вновь вставил свое слово сын. Он стиснул губы, напомнив Тесс своим видом о приступах гнева, случавшихся у него, когда его лошадь вела себя на скаковом круге не так, как он того желал.
Мистер Фелтон, слегка наклонившись к ней, заметил:
— Увы, беззаветная любовь не всегда означает безоблачное счастье.
— Это шаблонная фраза, — сказала она.
— Сдаюсь, мисс Эссекс, и больше никогда не стану цитировать Шекспира. — В его глазах мерцали озорные огоньки. Возможно, из-за того, что куверт для мистера Фелтона добавили позднее, лакей поставил его стул на неподобающе близком расстоянии от ее стула. Ей казалось, что его мощное тело нависает над ней. Ощущение было не очень приятным, оно нервировало ее.
Тесс заставила себя снова взглянуть на леди Клэрис, которая продолжала разглагольствовать о визите мисс Питен-Адамс.
— Она должна посмотреть силчестерские развалины. Как-никак это одна из самых хорошо сохранившихся развалин со времен римлян, тем более что они расположены совсем близко отсюда. Уверена, что она сможет рассказать мне о них много интересного, — заявила леди Клэрис.
Ее сынок не удержался от ядовитой реплики.
— Надеюсь, что вы не «синий чулок», мисс Имоджин? — поинтересовался он. — Нет ничего тоскливее, чем вид женщины, уткнувшейся носом в книжку.
Тесс была уверена, что мистер Фелтон все еще смотрит на нее. Она ощущала на себе его взгляд. Повернув голову, она сразу же увидела его глаза. Цвета индиго, они с любопытством смотрели на нее, и их взгляд был таким напряженным, что она вздрогнула.
— Боюсь, что у меня и у сестер не было возможности… — начала было Имоджин.
— Разумеется, не было, — прервала ее леди Клэрис. — Если вы росли в шотландской глухомани. Было бы несправедливо даже сравнивать молодую леди с талантами и возможностями мисс Питен-Адамс с молодой леди такого происхождения, как мисс Имоджин. — Она одарила Имоджин лучезарной улыбкой, и Тесс показалось, что она похожа на кошку, забавляющуюся с мышью. — Вы, конечно, очаровательная девушка, моя дорогая, и я не могу позволить своему сыну обращаться с вами пренебрежительно.
— Леди Клэрис, — обратился к ней Рейф, — до меня дошел слух об одном нашем соседе, и вы, конечно, сможете сказать мне, правда ли это. Речь идет о лорде Пуле, который якобы занялся разведением лосей.
Но леди Клэрис не попалась на его уловку. Сурово взглянув на него, она вернулась к прерванному разговору.
— Ну так вот, Дрейвен, — громко заявила она, привлекая внимание всего стола, — не смей запугивать это милое дитя, заставляя ее думать, что кто-нибудь в свете будет сравнивать ее с мисс Питен-Адамс. Мы не такие бессердечные люди! Мы, светские люди, принимаем леди или джентльменов такими, каковы они есть, и не судим о том, каковы у них были возможности.
— Вы очень добры, леди Клэрис, — храбро сказала Имоджин, нарушив наступившую за столом тишину.
Дрейвен Мейтленд встал, резко отодвинув стул.
— Извините, — пробормотал он сквозь стиснутые зубы, — мне необходимо сию же минуту заняться повышением уровня своего образования. Возможно, мне удастся найти себе оперную певицу.
Сделав это неслыханно дерзкое заявление, он выскочил из комнаты.
— Похоже, он хотел отпустить колкость, — сказал мистер Фелтон. В его тоне слышалось некоторое презрение.
— Возможно, у лорда Мейтленда назначена какая-нибудь неотложная встреча? — неуверенно предположила Тесс.