Страница 4 из 4
Глава 4 Туманные воспоминания
То, что случилось следом, впилось в память Юви ледяным ужасом.
Пульсирующее раненое существо вдруг конвульсивно дернулось всем телом. С хлюпающим звуком втянув черную кровь обратно в рану, оно неуклюже, но неумолимо поползло в сторону Хино, его щупальцеподобные пальцы сжимались в мертвенной хватке.
Хино, его лицо было бледным от боли и потери крови, тихо выругался сквозь стиснутые зубы. Он передернул плечами, сбрасывая оцепенение, и еще крепче впился пальцами в рукоять единственного клинка, подняв его перед собой двумя дрожащими руками. Короткий, хриплый смешок сорвался с его губ.
— Что, добавки захотел, уродище? — его голос, хриплый и надтреснутый, все еще звенел вызовом. — Ну давай же! Покажу, как на том свете!
Не успели их клинки и когти сцепиться в смертельном сплетении, как сквозь нарастающий гул приближающейся орды пробился Леденящий, Властный Голос, звучавший так, будто ломались кости самого воздуха:
— ОСТАНОВИСЬ.
Пульсирующее существо замерло намертво, будто в него вбили кол. Хино резко отпрянул, дико водя воспаленным взглядом по сгущающемуся мраку, пытаясь разглядеть источник команды.
И тогда Синий Туман накрыл их. Не просто туман – живая, вязкая пелена, впивающаяся в кожу ледяными иглами. Она поглотила свет, звук, саму землю. Ювако вжался в холодную грязь, его слепота стала абсолютной. Ни силуэтов, ни теней – только удушающая, мертвящая синева.
И из этой синевы – разорвался крик.
Душераздирающий. Нечеловеческий. Полный такой агонии и непостижимой боли, что кровь в жилах Ювако обратилась в лед. Это ревел Хино. Не кричал – ревел, как зверь под ножом мясника, звук рвался из самой глубины его разрываемой плоти и души.
— ХИНО! – заорал Ювако, его собственный голос сорвался на визгливый вопль, потерянный в синей мгле. – ГДЕ ТЫ?! ЧТО ОНИ С ТОБОЙ ДЕЛАЮТ?!
И тогда – раздался Смех.
Холодный. Зловещий. Лишенный всякой теплоты живого существа. Он не имел источника, вибрируя в самой гуще синего тумана, словно ледяные иглы впивались прямо в кости. Казалось, смеялась не фигура, а сама удушающая синева вокруг, насмехаясь над их ничтожеством и страхом.
Юви вздрогнул всем телом, мурашки побежали по спине. Внезапное, ледяное прикосновение скользнуло по его шее, обжигая холодом. Он инстинктивно рванулся вперед, с диким воплем обернулся, судорожно смахивая невидимую паутину с кожи. Его руки беспомощно махали в вязкой синей пустоте.
Но там не было ничего.
Ни формы, ни тепла, ни даже дуновения воздуха. Только всепоглощающая, насмешливая тишина, наступившая после того смеха, и ледяное эхо прикосновения, застывшее на коже. Он ощущал лишь пустоту и все более сильный, парализующий ужас. Неизвестное было здесь, рядом, неосязаемое и невидимое, и это было страшнее любого монстра.
Туман стал гуще и начал душить.
Не просто давить – вязкая синяя масса вползла в рот, в нос, закупорила горло ледяной жижей. Юви судорожно забился, руки беспомощно рвали вязкое ничто вокруг, ноги скользили по мокрой земле. Воздуха не было. Совсем. Легкие горели огнем, сознание расплывалось черными пятнами. "Что... что со мной?" – пронеслось в паническом вихре мыслей. "Я тону... в воздухе?.." Отчаяние сжало сердце ледяной рукой. "Хино... ты... ты... Должен... убежать... Не смотря... ни на... что..." Мысль оборвалась, превратившись в немой вопль.
Тьма. Не перед глазами – внутри. Она накатила тяжелой, беззвучной волной, смывая остатки боли и страха. Последнее, что он ощутил – ледяное касание на лбу и парализующий ледяной смех..
***
Нежные, теплые руки коснулись его щек. Юви лежал, утонув щекой в мягкой ткани платья, глядя сквозь пелену синего тумана на очертания женщины. Ее пальцы, пахнущие шалфеем и чем-то бесконечно родным, ласкали его виски. Где-то в тумане мерцала улыбка, но лица он не видел – только каштановые волосы, спадающие шелковыми прядями на плечи, растворяющиеся в синей дымке. "Мама?" – выдохнул он, и звук затерялся в густой тишине сна.
Скрипнула деревянная дверь. На пороге замер высокий силуэт мужчины, его светлые волосы едва виднелись сквозь вездесущий туман. Он молча подошел, наклонился, и сильные руки обняли Юви, прижав к груди, от которой пахло лесом и кожей. "Отец..." – шепотом узнал Юви, пытаясь разглядеть черты в синей мгле.
И вдруг – резкий запах гари! Едкий, удушающий, заполняющий легкие пеплом. Мужчина резко дернулся, оттолкнул Юви и рванулся к двери, его фигура растворилась в клубящемся дыму. Мать крепко, почти больно сжала руку мальчика и потянула за собой, прочь, через заднюю дверь, в кромешную синеву.
Улица была поглощена Туманным Адом. Синие тени метались, сливаясь и распадаясь. Прямо перед ними, в центре этого безумия, несколько бесформенных фигур избивали что-то, согнувшееся на земле. Мерный, тупой звук ударов по плоти – глухой, влажный хлюп – резал слух. Одна из теней резко выпрямилась, подняв над головой длинный, кривой клинок, и с коротким, звериным рыком вонзила его в грудь лежащего. Тело дернулось и затихло.
Туман сгустился до плотности стены. Перед самым лицом Юви материализовались новые фигуры – угловатые, безликие. Они яростно, методично избивали другой, хрупкий силуэт, женский. Хруст костей, приглушенные стоны, звук рвущейся ткани. Потом две тени схватили изуродованное тело под руки и потащили, волоча по земле, прямо в пульсирующую гущу синего мрака, растворившись в нем без следа.
И тогда – боль!
Острая, жгучая, волнообразная волна пронзила Юви снизу вверх. Он инстинктивно посмотрел вниз.
Из его живота торчало лезвие. Лезвие, черное как ночь и раскаленное изнутри тусклым багровым светом, выходило наружу. Теплая струйка крови потекла по бедру. Он не чувствовал ни рук матери, ни улицы – только всепоглощающую боль и черный меч, вонзенный в него посреди вечного Синего Кошмара. Крик, который он не мог издать, застрял в горле ледяным комом.
P.S. Эта книга находится в процессе написания, и для того, чтобы быть в курсе публикаций новых глав, рекомендуем добавить книгу в свою библиотеку либо подписаться на Автора.
Спасибо.