Одна ночь соблазна

Глаза Арианны расширяются от паники – она явно еще не определилась.

— Мы возьмем ризотто и курицу по-флорентийски. И бутылку Пино Гриджио, пожалуйста, какое сочтете лучшим.

— Конечно, сэр, — кивает он, забирая меню.

Арианна провожает его разочарованным взглядом.

— Я еще не решила, — говорит она.

Я протягиваю руку через стол, накрывая ее ладонь своей.

— Я знаю, поэтому заказал оба блюда.

Она мягко улыбается.

— Ты иногда бываешь чертовски милым, тебе когда-нибудь говорили?

— Ни разу в жизни, — смеюсь я. — Но рад, что ты так считаешь.

Арианна кивает, пока ее взгляд скользит по залу. Ресторан элегантный, но уютный – неудивительно, что его регулярно включают в списки самых романтичных мест Сиэтла.

— У меня кое-что есть для тебя, — говорю я, доставая из кармана пиджака узкую коробочку.

— Логан! — Арианна смеется. — Ты должен остановиться.

Я хмурюсь и кладу коробку на стол.

— Почему?

— Цветы, шикарный ужин, подарки... Не нужно меня задаривать, я уже с тобой трахаюсь, — говорит она с ухмылкой.

У меня вырывается смешок, и я качаю головой.

— Цветы – это пустяк, просто знак, что я думал о тебе сегодня. Ужин – необходимость, моя девочка должна хорошо питаться. А подарок... он скорее для нас обоих, чем только для тебя.

Арианна с любопытством наклоняет голову, приподнимая крышку. Внутри на бархатной подушке лежит цепочка из белого золота с двумя подвесками в виде бриллиантовых сердец.

— Это ожерелье, — поясняю я.

— Как оно застегивается? — спрашивает Арианна, явно озадаченная необычной конструкцией.

Встав со своего места, я обхожу стол, аккуратно достаю ожерелье и начинаю оборачивать его вокруг ее шеи.

— Не думаю, что ты понимаешь, как сильно я люблю тебя, Воробушек. То, что ты называешь «слишком», для меня кажется недостаточным. Я не заслуживаю тебя. Я прекрасно это осознаю. Но я буду стараться – от рассвета до заката, и до своего последнего вздоха – стать хоть немного достойным твоей заботы, твоей нежности, твоей любви.

Ее глаза блестят, когда она смотрит на меня, а затем опускает взгляд на ожерелье. Одно из сердец расположено чуть выше другого. Она осторожно касается его кончиками пальцев.

— Оно прекрасно, но почему это и твой подарок тоже?

Я сжимаю в пальцах более длинное сердце и резко дергаю – цепочка мгновенно затягивается вокруг ее шеи, превращая ожерелье в ошейник и поводок. Её глаза расширяются от неожиданности, дыхание сбивается. Я держу в руках бриллиантовое сердце, наклоняю к ней лицо и медленно говорю:

— Потому что оно удерживает тебя именно там, где я хочу, не дальше чем в шаге от меня. Оглянись вокруг, Воробушек. Ты видишь все эти любопытные взгляды? Осуждающие лица?

Она сглатывает, бросая взгляд вокруг – нас действительно многие разглядывают. В основном чопорные богачи, у которых никогда не хватит смелости взять то, что они хотят. У Арианны и у меня таких проблем нет, и ни один из нас не стесняется устроить представление.

— Зависть сочится из них, когда они смотрят на нас. Все мужчины хотят тебя и завидуют мне.

— А женщины завидуют мне, — выдыхает она, будто эта мысль доставляет ей особое удовольствие.

Ее взгляд возвращается ко мне, когда она продолжает:

— Они мечтают о таком. О красивом, умном, сильном мужчине, который позволит им развалиться на части. Который даст достаточно свободы, чтобы оставаться собой, но и четкие границы – чтобы чувствовать себя в безопасности. Они хотят того, кто будет бросать им вызов, ломать, а затем собирать заново.

Я слегка натягиваю цепочку, заставляя Арианну наклониться ближе, и придерживаю ее лицо свободной рукой.

— Так вот кто я для тебя, Воробушек?

Она отрицательно качает головой.

— Ты – гораздо больше.

Гордость распирает мою грудь, и я наклоняюсь, прижимаясь губами к ее губам. Эта гордость только растет, пока я целую ее, доказывая всем в этом мире и загробном, что эта невероятная, красивая, потрясающая женщина принадлежит мне, а я – ей.

Когда мы отрываемся друг от друга, на ее лице расцветает улыбка – настолько прекрасная, что мое сердце готово вырваться из груди. Я еще несколько секунд держу ее лицо, покачивая головой с благоговением, затем медленно ослабляю цепочку, возвращая ожерелью первоначальный вид.

Когда сажусь на место, замечаю, как Арианна бережно касается подвески, и на ее губах появляется понимающая улыбка.

— У нас есть планы после ужина?

Да, но я изменю их в мгновение ока, если она захочет.

— Что ты задумала, Воробушек?