Страница 56 из 81
— Это моя хорошая девочка, — хрипло произносит он, двигая пальцами внутри меня, загоняя сперму еще глубже.
Из моих губ вырывается прерывистый стон, когда он вынимает пальцы, хватает ткань трусиков и одним резким движением срывает их с меня. Я ахаю от неожиданности, а он складывает их и засовывает в карман джинсов.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я.
— Теперь они мои. На самом деле, я конфискую все твои трусики, причем немедленно, — заявляет он с напускной серьезностью.
Я не могу сдержать смешок, когда его руки скользят по моему телу, а затем он тянет меня к кровати, заставляя лечь на живот.
— Лицом вниз, задницей вверх, — строго говорит он.
Какая-то испорченная часть меня просто обожает, когда он так распоряжается мной. Когда он ведет себя как придурок в обычной жизни – нет, спасибо. Но в спальне? Еще как.
Я чувствую, как его пальцы впиваются в лосины, спущенные до щиколоток. Он стаскивает их и швыряет в сторону, прежде чем звук расстегивающейся молнии эхом разносится по комнате. Его бедра вплотную прижимаются ко мне, когда он просовывает руку мне под живот и поднимает меня в воздух.
— Подними задницу выше, Воробушек. Дай мне увидеть тебя всю.
Я послушно выгибаю спину так сильно, как только могу, приподнимая задницу для него, когда он стонет. Его рука массирует мою ягодицу, а затем резко опускается с громким шлепком. Я вскрикиваю от внезапной боли, но он тут же зарывает пальцы в мои волосы, резко оттягивая голову назад, и прижимает губы к моему уху:
— Тише, Воробушек. Ты примешь всё, что я дам, и сделаешь это максимально тихо. Издашь звук, и я остановлюсь. Поняла?
Я проглатываю стон, готовый вырваться наружу, и быстро киваю, зарабатывая еще один резкий шлепок. Вздрагиваю, но не издаю ни звука, и его низкий голос рычит у моего уха:
— Чертовски хорошая девочка.
Еще один шлепок. Затем еще. Я чувствую, как кожа на ягодицах горит, но с киски уже капает. Странное сочетание боли и удовольствия подвешивает меня в состоянии безудержной похоти.
— Потрогай себя, — приказывает Логан, и я слышу, как он что-то достает.
Я делаю, как он говорит, пальцы скользят к клитору, но он резко шлепает меня по заднице.
— Не клитор, а киску. Засунь пальцы в свою киску. Трахни себя пальцами для меня.
Оглянувшись через плечо, я вижу, как он откидывается назад, чтобы наблюдать. Его глаза темнеют, когда я засовываю в себя два пальца и медленно двигаю ими, наслаждаясь ощущениями.
Веки непроизвольно смыкаются, но я тут же широко открываю глаза, когда вижу, как Логан достает бутылочку смазки. Я хмурюсь и уже готова спросить, откуда она у него, но он прикладывает палец к губам, приказывая молчать. Я замираю, пока он выдавливает обильное количество смазки на пальцы, затем наклоняется и размазывает ее по моей заднице.
Холодная жидкость заставляет меня вздрогнуть, тело мгновенно напрягается, но он прижимается губами к моей спине и шепчет:
— Тихо, расслабься для меня, Воробушек. Впусти меня.
Я закрываю глаза, медленно выдыхаю и расслабляю мышцы. Логан вводит палец внутрь, и я напрягаюсь – ощущение его пальцев вместе с моими создает непривычную наполненность. Это напоминает мне клуб, где мы использовали пробку, хотя я знаю, что сегодня дело не ограничится просто игрушкой.
Он не спеша разогревает меня, пока я не готова принять больше, затем добавляет еще один палец, потом еще. Растяжение вызывает жжение, и я впиваюсь зубами в губу, пока боль постепенно не стихает. Не знаю, сколько времени мы провели так – я пытаюсь заглушить каждый всхлип и стон, а он методично растягивает меня до тех пор, пока не чувствует удовлетворение.
— Готова принять меня? — спрашивает Логан.
Живот сжимается от волнения, когда он прижимает головку члена к моей заднице и медленно начинает проталкиваться внутрь. Черт. Это сложнее, намного сложнее. Обычно я получаю удовольствие от анала, особенно при правильной подготовке, которую Логан провел на все сто. Но когда моя киска тоже заполнена, это кажется чересчур.
Я вытаскиваю пальцы, Логан мгновенно замечает это, и говорит, продолжая медленно проникать глубже:
— Не помню, чтобы я разрешал тебе убирать пальцы, Воробушек.
— Пожалуйста, — хнычу я.
Он замирает, и это временное облегчение приятно, пока мое тело не начинает пульсировать, требуя большего.
— Ты издаешь звук, и я останавливаюсь. Такое было правило. Сможешь вести себя тихо для меня? — говорит он, его голос чуть громче шепота.
Я киваю, судорожно сглатывая, когда его ладонь нежно массирует мою ягодицу.
— Прекрасно. А теперь будь хорошей девочкой и наполни свою киску, как положено.
Глубоко вдохнув, я ввожу два пальца обратно в киску, как раз в тот момент, когда Логан полностью входит в мою задницу. Из его груди вырывается низкий стон, а я охаю. Должно быть, недостаточно громко, потому что он не останавливается. Или, возможно, он уже просто не в силах.
Я оборачиваюсь через плечо, и нахожу его в оцепенении. Логан зачарованно наблюдает, как его член входит в мою задницу и выходит обратно, пока мои пальцы проникают в киску.
— Черт возьми. Ты идеальна. Ты так хорошо меня принимаешь, — стонет он.
Я хочу сказать, какой он идеальный, как идеально мы подходим друг другу, но вместо этого зарываюсь лицом в подушки, отдаваясь каждой волне удовольствия, которая накрывает меня.
Логан начинает двигаться медленно, давая мне привыкнуть, прежде чем перейти к яростным толчкам. Мой рот открывается в беззвучном крике, когда он попадает в особенно чувствительное место, и я сама толкаюсь ему навстречу, умоляя о большем.
Его ритм сливается с движениями моих пальцев, и в один миг мы разлетаемся на части вместе. Я чувствую, как мои киска и задница сжимаются, когда меня накрывает оргазм, а приглушенные стоны Логана почти сотрясают стены комнаты. Его член пульсирует внутри меня, вгоняя сперму всё глубже. Боже, похоже, я скоро в ней утону.
Что-то подсказывает мне, что именно этого он и добивается.
Мы сваливаемся спутанным клубком конечностей, хватая ртом воздух, пока опьянение от оргазма кружит нам головы. Несколько секунд мы просто лежим, затем Логан медленно выходит из меня и поднимается. Он срывает с себя рубашку, полностью стягивает джинсы и подхватывает меня на руки. На мне все еще футболка и лифчик, но он быстро избавляется от них, а затем ведет нас в ванную.
Одной рукой Логан включает душ и, как только вода становится теплой, вводит нас под струи. Он прижимает меня к стене, прежде чем уткнуться головой мне в шею. Он ничего не говорит, и я тоже. Мы просто стоим вот так, в идеальной тишине, пока мои пальцы медленно перебирают его волосы. Он словно растворяется в моих прикосновениях, как будто никогда раньше не испытывал ничего подобного, а потом отстраняется и смотрит мне прямо в глаза.
— Надеюсь, ты готова к этому, Арианна. Я пытался сдерживаться, притормозить то, что между нами происходит… но боюсь, теперь остановиться уже не смогу.
По моим губам скользит легкая улыбка.
— Это ты пытался сдерживаться?
Он издает смешок, прежде чем прижать свои губы к моим. Наш поцелуй неспешный, языки лениво переплетаются, пока он не отстраняется. Разочарование накатывает волной от этой внезапной потери контакта, но тут он переключает душ на наполнение ванны, затыкает слив и опускает нас в воду. Ванна не слишком просторная, поэтому приходится тесниться. В итоге я устраиваюсь у него на коленях – и, надо признать, это чертовски приятное место.
Когда вода начинает подниматься, Логан тянется за гелем для тела, выдавливает немного в воду, и вокруг нас тут же образуется пена. Он начинает черпать мыльную воду ладонями и аккуратно обливает меня, массируя каждый сантиметр моей кожи. Я расслабляюсь под его прикосновениями, такими нежными, в резком контрасте с той грубой страстью, что была минуту назад. Но в этом и вся прелесть. Идеальный баланс. Он одновременно грубый и заботливый. Строгий и нежный. Он идеальный шторм, и в каком бы обличье он ни был, я никогда не сомневаюсь, что для него я важнее всего.