Страница 22 из 81
8.Логан
Я с силой захлопываю дверь в комнату Арианны – гораздо громче, чем собирался, – и врываюсь в пустую спальню рядом. Бросив сумку на кровать, впиваюсь пальцами в волосы. Какого черта я вообще здесь делаю? Это была ошибка. Глупая, импульсивная, отчаянная попытка увидеть её и проверить, было ли то, что между нами, реальным или всего лишь плодом моей фантазии, разыгравшейся в клубе.
Эксперимент завершен.
Потребовалось всего две минуты наедине с ней, чтобы все сомнения развеялись. Это не случайность. Не мимолетная вспышка желания, или даже две, если уж на то пошло. Близость с ней воспламеняет мою кровь. Затуманивает разум. Заставляет сердце бешено колотиться. Она выводит меня из равновесия, и я словно адреналиновый наркоман, балансирующий на краю пропасти – между безопасной почвой под ногами и головокружительным прыжком вниз.
И, блядь, как же приятно было бы сорваться.
Но, очевидно, это не вариант. Помимо моральной дилеммы, есть куда более серьезное препятствие, которое я не учел: она абсолютно не хочет иметь со мной ничего общего.
Я не стану заявлять, что мне было больно слышать, как она говорит о наших совместных моментах так, словно они вызывают у неё отвращение. В основном потому, что это выставит меня слабым, а я точно не из таких. Но ее реакция… была неприятной, мягко говоря.
Честно, я не знал, чего ожидать, когда без предупреждения приехал на ее семейный отдых. Неужели так бредово было надеяться, что она хоть немного обрадуется? Что почувствует то же облегчение, что и я, когда наши взгляды встретились?
Черт.
Глядя на ситуацию объективно, я слетаю с катушек. Не может быть, чтобы меня так выбивала из колеи женщина, с которой я провел всего две ночи. Мы же годами даже не разговаривали. Это был секс, просто секс.
Но между нами было нечто большее. Я это знаю. И она тоже, даже если пока не готова признать.
Я стою посреди пустой комнаты и всерьез подумываю сесть в машину и поехать обратно в Сиэтл, потому что это, очевидно, была хреновая идея. Мой бешеный внутренний монолог прерывает звонок телефона.
Я бросаю взгляд вниз и вижу, что звонит Тайсон, мой младший брат. Почти решаю проигнорировать его, но знаю, что он просто будет названивать, пока я не отвечу. Вот насколько он раздражающий.
— Что? — рявкаю я.
— Ого, какой недружелюбный способ ответить на звонок, — Тайсон цокает языком.
Я раздраженно выдыхаю, уставившись в потолок.
— Чего тебе, Тай?
— Я заглянул к тебе, чтобы предложить пропустить по пиву, но тебя нет. Позвонил в офис, а твоя секретарша сказала, ты в отпуске на неделю. С каких пор ты берешь отпуск?
— С этих самых. Погоди… Ты опять в моем доме?
— Тебе давно стоит сменить код от сигнализации, брат, — смеется он.
Покачав головой, я подхожу к окну и смотрю на озеро. Тайсону двадцать восемь, но по поведению этого не скажешь. Он застрял в инфантильной фазе «никаких обязательств». Я все жду, когда он повзрослеет, найдет девушку, работу, которая его действительно зацепит, хоть что-то. Но нет, он предпочитает плыть по течению, и продолжает жить на наследство от родителей, подрабатывая барменом по выходным. Хотя, думаю, бар ему нужен только для быстрого перепиха с посетительницами.
— Так где ты? — спрашивает он.
— В доме у озера, — бурчу, надеясь, что он не расслышит или не станет копать.
Естественно, ни то, ни другое не срабатывает.
— В том самом, на Розайгер? Где вы с Келли отдыхали раньше?
— Да, — натянуто отвечаю я.
На линии повисает тишина, а затем он взрывается хохотом:
— Ни хрена себе. Только не говори, что ты там с ней.
— Не только с ней, — быстро уточняю я, будто это что-то меняет.
Да, моя бывшая здесь. Нет, мы не одни. И нет, она точно не причина, по которой я приехал.
Но вот этого я ему не скажу: даже несмотря на то, что мой брат обычно не склонен осуждать, признаться ему, что я трахнул дочь своей бывшей – дважды, – и что с тех пор думаю только о том, как бы повторить это снова, было бы явно перебором. Тут даже он меня осудит.
— То есть вся семья там? А почему меня, блядь, не позвали? — возмущается он, будто искренне обижен.
Я закатываю глаза и вздыхаю в трубку:
— Мне пора. И выметайся нахрен из моего дома.
— Как скажешь. Повеселись, трахая меркантильную суку-бывшую, — бросает он, и связь обрывается.
Тай тогда просто взбесился из-за всей этой истории с Келли. Даже, пожалуй, сильнее, чем я. Наверное, где-то в глубине души я всё понимал еще до того, как узнал правду. Я постоянно пропадал на работе, а ей нужно было непрерывное внимание. Она льстила моему самолюбию – красивая, на первый взгляд милая. Но мы так и не... сошлись.
Мне было под сорок, за плечами – большое состояние, но по факту похвастаться было нечем. Я хотел семью, жену, и Келли предложила мне всё это в красивой упаковке. Легко было влюбиться в очаровательную, эффектную женщину. По крайней мере, я так думал.
Фаза медового месяца закончилась быстро. Рабочие задержки становились дольше, командировки чаще, и в какой-то момент я поймал себя на том, что даже не скучаю по ней. Наверное, именно тогда она начала изменять мне. А может, и раньше. Пожалуй, я даже не злюсь на нее, потому что не виню. Между нами не было искры, той самой связи. Мы никогда по-настоящему не любили друг друга. Скорее, просто использовали – каждый для своих целей. Для того, что, как нам казалось, сделает нас счастливыми.
Наш брак, а потом и развод оставили во мне гнетущее чувство провала, к которому я не привык. Финансово я почти ничего не потерял благодаря железобетонному брачному контракту и ее очевидному нарушению пункта о верности. Чем она, конечно, была взбешена, отсюда и комментарий Тайсона о меркантильности.
Бросив телефон на кровать, я провожу рукой по лицу. Ненавижу, кем стал – раздражительный, вечно на взводе. И всё, о чем могу думать... это она. Это бредово, иррационально, но вот он я: делю загородный дом с бывшей женой, ее сестрой и девушкой, которая неожиданно стал центром всех моих мыслей. Что может пойти не так?