Страница 19 из 81
7.Арианна
Я до сих пор не могу в это поверить. Я трахалась с Логаном Каннингемом. Бывшим мужем моей мамы. Моим бывшим отчимом. Боже, меня сейчас вырвет. Прошло уже три дня с тех пор, как я узнала, кто скрывался под маской, а я все еще не могу прийти в себя.
Логан? Серьезно… Логан? Я просто… у меня нет слов. Он никогда не подавал странных сигналов и не вел себя подозрительно, пока был с мамой. Всегда был отстраненным, погруженным в работу. Именно этим мама оправдывала свои измены.
Он всегда был хорошим мужчиной, добрым. Баловал маму без меры и пытался делать то же самое для меня. Вот только я не принимала его щедрость так охотно, как она. Это что, был его способ подобраться ко мне? Он пытался… черт, я действительно не знаю.
Тот факт, что он узнал, кто я, пока мы трахались, и все равно не остановился – это гребаное безумие. Я до сих пор пытаюсь понять, что творилось у него в голове.
Вероятно, то же самое, что и у тебя.
Как бы мерзко и неправильно это ни было, в тот момент чувства были потрясающими. Когда я не знала, кто он, всё было идеально. Он был идеален. Вместе мы были просто...
Я зажмуриваюсь и трясу головой. Мне нужно забыть, что это вообще произошло. В данный момент я направляюсь в дом у озера, который мама снимает каждые весенние каникулы. Там тихо, никого вокруг. Идеальное место, чтобы расслабиться, отвлечься и не зацикливаться на том, что я переспала с чертовым бывшим отчимом.
И наслаждалась каждой секундой.
Эту маленькую деталь я точно унесу с собой в могилу.
Стряхнув с себя странное оцепенение, в котором я пребывала последние несколько дней, я решаю просто отпустить ситуацию. Здесь плохая связь, а это идеальный повод избежать допросов от Кэсси и Наоми, хотя в последнее время они обе будто испарились. Нам нужен девичник, чтобы наверстать упущенное. Но сначала… мне нужно как-то разобраться с тем, что я натворила.
Когда я сворачиваю на последний участок грунтовки и паркуюсь перед домом у озера, меня накрывает волна ностальгии. Мы приезжаем сюда годами. Это как второй дом. И пусть он нам не принадлежит – ощущение, будто он наш. В этом месте есть что-то особенное. Раньше я проводила часы, гуляя по лесу и пирсу, делая снимки, пока не забивалась память камеры. Именно здесь я по-настоящему влюбилась в фотографию и решила связать с ней жизнь.
Заглушив двигатель, я выхожу из машины, и холодный вашингтонский воздух наполняет ноздри, вызывая улыбку. В этом году апрель выдался удивительно теплым. Обычно весной здесь нескончаемые дожди, но нам повезло с погодой. Прогноз обещает солнце и 18-22 градуса, что для апреля просто адская жара.
Убрав телефон в карман, я хватаю рюкзак с вещами на неделю и поднимаюсь на просторную террасу. Конечно, моя мать ни за что не остановится в чем-то меньше особняка. Ей повезло, что рынок недвижимости пошел вверх; после развода с Логаном я не понимала, как она собирается поддерживать привычный роскошный образ жизни. Келли слишком привыкла быть женой миллионера. Учитывая, что ее последние серьезные отношения были с моим отцом – безответственным автомехаником, который сбежал из штата, как только узнал о беременности, – Логан, безусловно, был шагом вверх. Пока она сама все не испортила.
Покачав головой на мамины «увлечения», я поднимаю взгляд на двухэтажный дом у озера. Огромный, с безупречно белыми стенами и черной отделкой, он выглядит чужеродно среди густого леса. Ему бы куда больше подошла улица с извилистым подъездом и ежемесячным взносом на обслуживание, сопоставимым с ипотекой обычных людей. Тем не менее, с этим местом у меня связано много воспоминаний. К тому же я давно не видела своих тетю, дядю и кузенов. Это, по сути, единственная причина, по которой я согласилась поехать.
Толкнув входную дверь, я вижу, как тетя Марисса и дядя Том разбирают пакеты с продуктами, а мои младшие кузены, Брейди и Мелани сидят на диване и смотрят шоу.
— Привет, ребята! — восклицаю я.
Четырнадцатилетние близнецы оборачиваются через плечо, кивают мне в стиле «мы слишком крутые, чтобы радоваться», и снова переключаются на телевизор. Трудно поверить, что это уже не те гиперактивные дети, с которыми я выросла.
— Привет, дорогая! — улыбается тетя. — Как дорога?
— Нормально. Пробки, но куда без них.
— Мы же в Западном Вашингтоне. Тут не спрятаться от пробок, — бурчит дядя.
Я смеюсь, пожимая плечами в знак согласия.
Быстрые шаги эхом отдаются на лестнице, мама появляется в дверном проеме, лихорадочно озираясь:
— Он уже приехал? Я еще не закончила с волосами!
Тетя раздраженно закатывает глаза.
— Нет, Кел. Его еще нет.
По ее тону становится ясно, что мама спрашивает об этом минимум пятый раз. Тетя так же устала от ее заскоков, как и я. Поэтому она моя любимая. Я не просила себе такую мать – так же, как она не просила такую старшую сестру. Мы сблизились благодаря общему раздражению, как и положено в любой нормальной семье.
— Кого еще нет? — спрашиваю я, как вдруг раздается громкий стук в дверь.
— Черт! — шипит мама и мчится наверх, видимо, доделывать прическу.
Я фыркаю и закатываю глаза.
Привет, мам. Рада встрече. Да, мы не виделись три месяца. О, да, учеба идет отлично. Я тоже по тебе скучала.
Подобные разговоры приходится вести в голове, потому что иначе их не будет вовсе.
Вау, это звучит так же жалко, как и ощущается. Вырасти без отца было недостаточно, надо было добавить детских травм с поверхностной, самовлюбленной матерью.
Пересекая гостиную, я направляюсь к двери, готовая впустить в дом очередное мамино увлечение, которое она притащила с собой на семейный отдых. Такое чувство, будто она просто не умеет быть одна. Ей нужно, чтобы кто-то постоянно задаривал её вниманием, иначе она буквально взорвется. Бедняга даже не подозревает, во что ввязался.
Я открываю дверь, и попытка изобразить приветливую улыбку тут же сходит на нет, а тело мгновенно напрягается.
Какого хрена?
Темно-карие глаза смотрят прямо на меня. Те самые глаза, которые я пыталась стереть из памяти... вместе с другими частями его тела. Какого черта он здесь делает? Он не появлялся возле нашей семьи с момента развода. Я бы сказала, что и я в этом списке, но... вы понимаете.
— Арианна, — говорит он. Его тон не то чтобы холодный, но и не теплый. Скорее осторожный.
Я не отвечаю. Все еще решаю, как лучше поступить. Хлопнуть дверью перед его носом? Врезать по яйцам? Вариантов много.
— Ари, впусти Логана, — смеется тетя.
Я не двигаюсь еще несколько секунд. Логан приподнимает бровь, словно без слов спрашивает, какой будет моя следующая реакция. Его оценивающий взгляд выводит меня из равновесия, и я отступаю в сторону, пропуская его и его черную спортивную сумку в дом.
— К чему такая грубость? — укоряет меня тетя, качая головой и обнимая Логана. — Столько времени прошло. Как ты?
Логан отвечает на объятия, прежде чем она отстраняется.
— Всё нормально. А у вас как дела?
— Лучше, чем у тебя. Ты точно готов снова вписаться в это шоу уродов, дружище? — с усмешкой кивает Том в сторону второго этажа, намекая на маму.
Логан смеется, но в смехе больше сарказма, чем веселья. Он потирает огромной ладонью подбородок, пока тетя шлепает мужа по груди.
— Я просто приехал отдохнуть, немного расслабиться. Люблю это место, — говорит он, и его взгляд на долю секунды останавливается на мне, прежде чем снова возвращается к тете и дяде.
— Все в порядке, Логан. Это не наше дело, — говорит тетя, бросая косой взгляд на дядю Тома. Тот поднимает руки в знак капитуляции, но на лице играет ухмылка.