Страница 7 из 41
– Твои родители захотят общаться с внуком, а я, Миш, не уверена, что смогу. Не после Леши.
Михаил стиснул челюсти, но комментировать последнюю фразу про его единокровного брата не стал. Боялся вспылить и окончательно всё испортить.
– Мне не важно, чего хотят мои родители. Общаться с сыном Жанны они не будут. Моя мама не вторая Галина Никадимовна, бывшая свекровь твоя, она церемониться и привечать эту Жанну не будет.
– Миш, ты такой жестокий. Сына своего даже сыном ни разу не назвал, всё ребенок да ребенок, а его ведь Игорь зовут.
Наде бы наоборот не затрагивать эту тему, но малыш ведь не виноват, что родился в такой ситуации у нелюбящих друг друга людей.
– Неважно, как его зовут, Надь. Он не наш с тобой сын.
– О чем ты? Я ведь никогда не смогу тебе родить.
– Я хотел сегодня вечером затронуть тему суррогатного материнства. Есть клиника одна… Я… Я записал на завтра на десять утра. Давай съездим и всё разузнаем? Мы же оба мечтали о совместных детях. Ты обещала мне лапочку-дочку и сына, мою копию, помнишь? Врачи ведь сказали, что твой биоматериал подходит, так что сурмама выносит нашего общего первенца.
Услышь Надя эти слова несколько недель назад, она бы обрадовалась. Весь год про это думала, но Миша был против, надеялся, что врачи ее вылечат, и она сама забеременеет. Но этого не происходило, и, видимо, Миша созрел. Вот только…
– Общий ребенок, Миш… Я не… Я не…
– Надюш…
– Нет, Миш, нет! – Надя закричала, когда он попытался ее обнять. – Я… Мне надо подумать обо всем… Твоя ложь – это слишком…
– Надюш…
Надя всхлипнула, затем взяла себя в руки и вытерла слезы ладонью.
– Ты знаешь, я домой поеду, а ты с родителями поговори. Они ошарашены не меньше меня.
– Подожди меня, вместе поедем.
– Нет, Миш, ты не приходи сегодня. Я хочу побыть одна.
Надя сдерживала слезы из последних сил. Пока Миша стоял столбом, она выскользнула из дома и позвала водителя, чтобы отвез ее домой. Она так и не узнала, что за сюрприз готовили свекры, но с нее сегодня было достаточно новостей.
Оказавшись дома, она даже не стала разуваться и просто села в коридоре на пол, прислонившись спиной к входной двери. Плакала так долго, что потеряла счет времени. Даже не знала, что причиняло ей большую боль. Что Миша бессовестно водил ее за нос, врал о такой важной детали, как сын на стороне. Что ему плевать на собственного ребенка. Или что в его жизни теперь неизбежно будет эта Жанна, ведь она, как никак, мать его сына. От этого никуда не деться.
Надя не знала, как долго так просидела. Телефон, кажется, вибрировал иногда от звонков, но из полубредового состояния ее вырвал сильный стук в дверь. Не первый, а уже десятый, судя по силе удара.
Черт. Неужели Миша? Или не дай бог Жанна?
– Кто?
– Я, – вдруг раздался по ту сторону женский голос.
После слез зрение Нади расплывалось, и в глазок она не видела гостью, которая вдруг пожаловала в такой поздний час. Решив, что это Жанна, Надя поджала губы, разозлилась и резко открыла дверь.
– Я уже сказала тебе, что ловить тут нечего. Не утружда-а-а, – она не договорила, застыв с открытым ртом.
Вот уж кого она не ожидала увидеть, так это Миру. Племянницу, которая увела у нее мужа.
– Привет, теть Надя.
Глава 7
Глава 7
– Привет, теть Надя.
Голос у Миры звучал пристыженно, словно она пришла сюда о чем-то просить. На ее руках лежал ребенок, совсем младенец, и Надя старалась туда не смотреть. Слишком неприятно и больно.
Нет, бывшего мужа Лешу она не ревновала. Будь его любовницей любая другая женщина, уже забыла бы о той ситуации.
Но это ведь была Мира. Ее любимая племянница. И единственная оставшаяся в живых родственница. К ней и тянуло одновременно, так как больше родни у Нади не было, но в то же время и общаться она с ней не могла.
– Как ты меня нашла?
Надя прохрипела, стараясь не показывать Мире свои чувства.
– Да Лешка сказал. Он ведь раньше с Михаилом работал, так что я надеялась, что вы не переехали, так и оказалось.
– И? Что тебе нужно? Мне кажется, в прошлый раз мы всё решили.
Последний раз они виделись с Мирой на похоронах Алены. Даже ни словом друг с другом не обмолвились за всё время. И лишь в конце Мира сказала ей, что больше не желает ее видеть, что теперь им точно не по пути. И вот она тут. Стоит напротив Нади и смотрит взглядом побитой собаки.
– Поговорить надо.
Несмотря на потерянный вид, голос у Миры звучал раздраженно и надменно. Не привыкла она быть просительницей, коробило ее.
– Если надо, говори.
– Что? Даже на чай не пригласишь?
– Ты нежеланная гостья в моем доме. Говори, что надо, и уходи.
– А ты изменилась, теть Надь, – задумчивый взгляд Миры. – Броню себе отрастила, что ль? Больше не блеешь.
– Ты оскорблять меня пришла? Если да, то проваливай, если нет, говори и проваливай. У меня нет на тебя времени.
– Лешка меня выгнал из квартиры, – наконец, перешла Мира к сути.
Надя замерла, но постаралась не показать, что ее слова выбили из колеи. Подробностей их личной жизни она не знала, да и спрашивать не собиралась, но сейчас ей казалось, будто она подглядывает в замочную скважину. Неприятно всё это.
– Я тут причем? Помиритесь. У вас ребенок, как никак. Ты же сама говорила, что знаешь, как нужно мужа ублажать так, чтобы он не гулял налево. Или не сработала-то твоя теория?
Надя не узнавала свой голос и тон. Раньше она так с людьми не разговаривала, а сейчас яд сам собой выплескивался из нее. Будто гора с плеч.
– Зубоскалишь? Наслаждаешься моим несчастьем?
– Глупости не говори, ближе к делу, Мира.
– Не ври, теть Надь, что не знаю, что ненавидишь меня? И недолго же ты по Лешику страдала да убивалась. Вон как сразу замуж выскочила за его брата и живешь теперь в каких хоромах. Да-а-а, не на того брата я поставила, ну что поделать, люблю я Лешку, даже после того, как он меня выгнал.
Мира всхлипнула, но Надя не собиралась ее утешать. Она сама хотела себе такого счастья, и не Надина вина, что у той идет не всё гладко.
– Я-то, дура, надеялась, что буду заботиться о нем, он о тебе и забудет. А он весь этот год у матери жил, только деньги мне присылал. Нет, чтобы со мной на УЗИ ходить. Думала, хотя бы на родах появится, а он…
Голос Миры звучал всё несчастнее и несчастнее, но Надя была кремень. Вот только в этот момент ребенок в руках Миры закряхтел и открыл глаза, так что хотела того или нет, но Надя опустила глаза, но быстро отвела взгляд. Нет, она не будет ее рассматривать подробно. Не сможет.
– А как только девочка родилась, дал пожить всего три месяца и погнал. Не нужна твоему Лешику дочка-то, теть Надь.
– Он не мой, – произнесла Надя и сморщилась. – Даже если так, почему ко мне пришла? У тебя есть квартира, Алена тебя бездомной не оставила.
Наде стало как-то неприятно, что всё так вышло. Как бывшей жене, ей бы позлорадствовать, что племянница так пыталась отбить у нее мужа, но семьи у них построить не получилось, но столько злобы у нее в душе не было. Было лишь гадко, что Алексей вот так поступил с собственным ребенком.
– Квартиру я пока сдала, у меня поезд через час, теть Надь. Моделью решила я стать, поеду покорять столицу.
– С ребенком? – вздернула Надя бровь. – Ты с ума сошла?
– Нет, конечно, что ж я, совсем пропащая, что ли, дочку тащить? Я ее тебе отдаю. Ты же так хотела детей, радуйся, дочка будет у тебя.
– Ты с ума сошла, Мира, нет.
– Бери. Ты сможешь, теть Надь. Она на маму похожа, ты ведь ее любила, – произнесла Мира и вдруг протянула свою дочь на руках Наде.