Вундеркинд

Ладно, и читай все непристойные книги, когда никто не видит. Что толку работать в книжном магазине, если не читать все непристойные книги? Именно. Я двадцатичетырёхлетняя девственница, которая даже не может разговаривать с мужчинами, не краснея, как помидор. Девушка должна где-то получать острые ощущения.

— Но ты же знаешь, что это называется «порно с щупальцами».

— Я… я… — бормочу я, пытаясь найти какое-нибудь объяснение, которое не выставит меня сумасшедшей, а затем слышу его глубокий смешок и понимаю, что он просто дразнит меня. — О, так ты считаешь себя забавным, — рычу я, уперев руки в бока. — Я чуть не подавилась собственным языком!

— По крайней мере, это было не…

— Не говори этого, — шиплю я, едва не извиваясь от унижения. Он слишком горяч, чтобы быть таким милым. — Я никогда не смогу забыть то, что только что увидела, и это всё твоя вина!

— Какого чёрта я в этом виноват? — Он складывает руки на груди и прищуривается за стёклами очков. — Я просто зашёл купить книги.

— Ты отвлек меня, — бормочу я, опуская тот факт, что он отвлек меня своей сексуальностью. Он уже накопал на меня достаточно грязи, чтобы хватило на всю жизнь, а я даже не знаю, как его зовут. Понимая, что мне нужно взять себя в руки, я опускаюсь на колени, чтобы собрать мусор у наших ног.

Только у него, кажется, та же мысль, потому что он опускается на колени в тот же самый момент. Мы врезаемся друг в друга. Я неуклюжая даже в хороший день, а сегодня не такой. Я растягиваюсь на нижней ступеньке, а он стоит на коленях у моих ног в море комиксов. Он поднимает свою тёмную голову и смотрит мне в глаза. Долгое время мы не двигаемся. Я даже не уверена, что дышу.

Мой желудок переворачивается и кружится, а затем делает это снова, демонстрируя выступление, достойное Олимпийских игр. Моё сердце так сильно бьётся о грудную клетку, что я уверена, он, наверное, слышит его.

— Чертова вода, — снова бормочет он, и эти великолепные зеленые глаза говорят больше, чем любые слова. — Как тебя зовут, красотка?

"Скарлетт Кроуфорд".

— Скарлетт Кроуфорд, — повторяет он. — Я Финн Тейлор.

- Круто, - шепчу я, заставляя его улыбнуться.

"Ты не местная".

"Откуда ты знаешь?"

Его губы приподнимаются в мальчишеской улыбке, от которой у меня сводит живот. «Я знаю всё об этом городе, Скарлетт Кроуфорд из «Гэтсби Букс». Это моя работа».

— Чем ты занимаешься? — я в замешательстве хмурю брови и морщу нос. — Что это значит? Ты историк или кто-то в этом роде?

Он тихо смеётся. «Не совсем. У меня свой бизнес в сфере компьютерной безопасности».

— О, — я хмурюсь, что-то щёлкает у меня в голове. Когда я несколько месяцев назад переехала в город, чтобы помогать своей тёте Офелии, она настояла на том, чтобы рассказать мне всё, что нужно знать обо всех, кто живёт в Силвер-Спун-Фолс. Кажется, она что-то упоминала об этом мужчине. Только она говорила о нём как о супершпионе, который всё время сидит взаперти в секретной лаборатории и делает суперсекретные шпионские дела за огромные деньги. Если это тот самый мужчина, то моя тётя упустила около пяти миллионов важных деталей. Потому что этот мужчина намного горячее, чем я ожидала. Он также вытворяет безумные вещи с моим телом. А я только что набросилась на него с порнографией с щупальцами.

Потрясающе.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты не тот гениальный супершпион, о котором мне рассказывала тётя, — вздыхаю я.

— Гений-супершпион? — Он приподнимает бровь и усмехается.

"Это так и есть, не так ли?"

— Нет, — говорит он, медленно собирая книги, которые я уронила. Думаю, он делает это скорее для того, чтобы не смотреть на меня. Он даёт себе время обдумать ответ. — Технически, шпионаж подразумевает тайный сбор разведданных или информации, как правило, без разрешения. Мои клиенты хорошо платят мне за то, что я взламываю их системы.

Я снова стону, закрыв лицо руками. Он определённо тот самый супер-шпион, о котором рассказывала тётя Офелия. И она определённо упустила все пикантные подробности. Мы обязательно обсудим её сплетни, когда я сегодня вернусь домой. Если она собирается этим заниматься, то должна хотя бы хорошо это делать!

«Я показала порно с щупальцами миллиардеру», — бормочу я. «Меня точно уволят».

— Детка, — смеётся Финн. — Тебя не уволят.

Я отнимаю руки от лица и смотрю на него поверх них. — Я почти уверена, что если бы у нас было руководство для сотрудников, это было бы пунктом номер один в списке того, чего делать не стоит.

— Думаю, это первый раз, когда в инструкции для сотрудников понадобился пункт на такой случай, красотка, — говорит он, а затем тут же морщится. — Чёрт. Я ведь не помогаю, да?

Я качаю головой.

"Как насчет того, чтобы я заключил с тобой сделку?"

«Если это означает забыть о случившемся и никогда больше не говорить об этом, то я согласна!» — кричу я.

Он громко смеётся. «Чёрт, ты такая милая».

Мои глаза чуть не вылезают из орбит.

— Я ведь сказал это вслух, не так ли? — Он склоняет голову набок, а затем пожимает плечами. — К чёрту всё. Это правда. Ты чертовски мила, Скарлетт Кроуфорд из «Гэтсби Букс».

- Эм, спасибо, - шепчу я, не уверенная, что еще сказать.Ты делаешь мои девчачьи части счастливыми - это, наверное, перебор, да? Верно. Есть причина, по которой я предпочитаю мужчин из грязных книг реальным мужчинам. Мне не нужно разговаривать с мужчинами из грязных книг. Слова и я не друзья, особенно когда мне приходится говорить их мужчинам. Я не стесняюсь. Я просто ... в беспорядке. Я была в полном беспорядке всю свою жизнь.

Когда я была маленькой девочкой, мама клялась, что я вырасту и перестану стесняться. Но я так и не выросла. Я была застенчивой и неуклюжей всю старшую школу. А ещё я всю жизнь была полной. Я обещала себе, что в колледже всё будет по-другому. А потом мама и папа погибли, когда наш дом сгорел в мой первый год в колледже, и я узнала, что меня удочерили. Они никогда мне не говорили. Пытаясь справиться с потерей близких и осознать тот факт, что меня усыновили, я чувствовала себя одинокой во многих отношениях. Я отчислилась из колледжа на семестр и на какое-то время замкнулась в себе.

К тому времени, как моя лучшая подруга Наталья вытащила меня обратно в мир живых, прошёл целый год. Я с головой погрузилась в учёбу и жизнь. А потом начала работать в библиотеке. Мне всегда было чем заняться, кроме свиданий. Например, тётей Офелией. Как только я устроилась в библиотеку, она заболела. Так что теперь я здесь, ухаживаю за ней. И я такая же фигуристая и неуклюжая, как и всегда. Книги я понимаю. Мужчин? Ну, с мужчинами сложнее.

Но я думаю, что хочу понять Финна. Что-то в нём успокаивает меня и в то же время причиняет боль. Разговаривать с ним немного страшно и в то же время волнительно. Я не хочу убегать в подсобку и прятаться. Я хочу остаться здесь. Никто никогда не вызывал у меня таких чувств.

"Что у тебя за дело?"

«Ты продашь мне все свои книжки с картинками про принцесс, а я избавлюсь от порно с щупальцами», — предлагает он. «Никто никогда не узнает, что это было».

Я скептически смотрю на него. «Тебе нужны настольные книги о принцессах?»