Страница 50 из 85
«Мы в баре за углом от того места, где разбились», – пишу я.
ЧУШЬ СОБАЧЬЯ, отвечает он. И снова звонит. Я нажимаю верхнюю кнопку на панели телефона. Пол, наверное, здесь. Идет по автовокзалу. Выискивает глазами огонек моего телефона. Прислушивается к его вибрации. Он не станет заходить в туалет. Я отключаю вибрацию на телефоне. Слышу, как открывается дверь туалета. Мое разбухшее сердце бьется слишком быстро, ему уже тесно в груди. Я делаю глубокий вдох так тихо и медленно, как только могу. Все еще стоя на сиденье унитаза, я наклоняю голову, чтобы посмотреть, кто вошел. Вижу женские туфли. Это пожилая женщина. Бежевые разлапистые туфли на липучках ступают в соседнюю кабинку. Опять звонит Пол. Я снова нажимаю верхнюю кнопку. Вижу входящее сообщение.
«Ну же, детка. Выходи. Куда это ты собралась?» – читаю я. У меня затекли ноги. Колени до сих пор пульсируют после удара. Я слезаю с унитаза. Справляя нужду, пытаюсь придумать текст, который мог бы увести его подальше отсюда.
«Я же сказала, что мы на той улице. Подходи. Выпьем по стаканчику. И все обсудим, хорошо?» – набираю я. Дверь в туалет снова открывается. Я опускаю голову, выглядывая в щель. Проклятье. Его ботинки. Я опять забираюсь на унитаз.
– Блу? – гремит его голос.
– Это дамская комната, сэр, – произносит женщина из соседней кабинки. – Здесь никого нет, кроме меня. – И я знаю, что она наверняка слышала мои звуки за стенкой, пока я мочилась.
– Простите, – говорит Пол.
И все равно до прибытия автобуса еще слишком много времени. Он подождет, пока дама выйдет, и снова вернется. Я слышу, как открывается и закрывается дверь.
– Пожалуйста, – шепчу я женщине, – он преследует меня. – Сама не знаю, чего я хочу от нее.
– Во сколько отходит твой автобус, дорогая? – спрашивает женщина.
– Через тридцать минут, – отвечаю я.
– Не волнуйся. Когда доживешь до моих лет, сможешь позволить себе сколько угодно торчать здесь. Я останусь с тобой, – говорит она, и я начинаю плакать. Не громко, не всхлипывая, но я знаю, что она меня слышит. Я шмыгаю носом, чтобы не потекли сопли.
– Спасибо вам, – говорю я.
– Ох, уж эти мужчины. Они ведут себя все хуже.
– Думаю, мне придется бежать. К автобусу.
– Я ношу с собой газовый баллончик. На меня и нападали, и грабили не раз.
– Я еду в Окленд. – До меня вдруг доходит, что мы больше не перешептываемся. Интересно, стоит ли он у дверей? Мой телефон больше не звонит.
– Я провожу тебя до автобуса, – говорит она.
Я заказываю билет по телефону.
Мы вместе выходим из туалета. Станция пустынна. Женщина темнокожая, неясной этнической принадлежности и старше, чем я думала, когда разглядывала ее обувь. Глубокие морщины на лице придают ему сходство с резной деревянной маской. Она жестом предлагает мне взять ее под руку, пока мы идем к автобусу.
Я поднимаюсь по ступенькам в автобус, и старушка следом за мной. Я показываю электронный билет водителю и отключаю телефон. Продвигаюсь к задним рядам и плюхаюсь на свое место, делаю глубокий вдох, выдыхаю и жду, когда автобус тронется.