Страница 9 из 75
- Ой! – неподдельно испугавшись, воскликнула Ти, чуть не выпустив поднос с едой из рук. – Я не специально! Прости, Юви! – Она чуть ли не стонала, наблюдая как из-за двери выползает скорпион, угрожающе щелкая клешнями.
Давясь от смеха, Эверетт не заметил, как зажал рот стальной ладошкой и, пересиливая себя, выдавил:
- Не бойся его! Он не тронет тебя, он добрый! – И снова залился веселым смехом.
- Я рада, что у тебя хорошее настроение, – несмело улыбнувшись, Ти с опаской поглядывая на работа вошла в комнату. Юви в этот момент уже превратился в мышь и смешными зигзагами поспешил по своим делам. – А я вот тебе покушать принесла! Подумала, может ты проголодался. – Девушка подошла к кровати и поставила поднос на тумбочку у изголовья кровати.
- Да, действительно очень хочется! Спасибо! – Мальчик с аппетитом накинулся на мясо, запеченное в каком-то молочном соусе. – Юви, компактное ношение! – Приказал он с набитыми ртом.
Принимая команду к исполнению, робот пискнул и, пробравшись вверх по одеялу к груди Эверетта, прильнул к его шее. В следующую секунду на том месте уже красовалась матово-серебристая толстая цепочка с массивным медальоном на ней.
- Ого как красиво, - Ти оценила ювелирные способности Юви по достоинству. – А что это такое? – Она указала пальчиком на изображение двенадцати обоюдоострых мечей, воткнутых в алое сердце, зажатое в пасти гитэмской кошки.
Спутать её с какой-либо другой представительницей рода кошачьих было невозможно. Ходят легенды, что эти кошки были созданы искусственно и заселены в мире Гитэм. Мире мрака и туманов. У таких кошек невероятно огромные глаза, которые занимают большую часть пространства черепа и челюсть, которая способна расширяться в случае необходимости, от чего в её пасти видны сухожилья специальных суставов. Естествознание было одним из любимых предметов Ти в школе, поэтому она без проблем узнала эту кошку в рисунке медальона.
- Это герб моей семьи, - Эверетт уже успел расправиться с мясом и теперь накинулся на что-то вроде фруктовой запеканки.
- А что он символизирует?
- Каждый меч означает одного из правителей Алаяра – моих предков. – Эверетт отправил последний кусок запеканки в рот и положил вилку на поднос. У него оставалось еще желе и сок, но аппетит почему-то пропал.
- Ты извини, если я тебя смутила, - девушка заметила изменения в настроении парня. – Дурацкая девичья непосредственность. Это не моё дело, прости.
- Да нет, всё нормально. Просто…, - Эверетт коснулся медальона рукой и Юви издал волну тепла. – Главное ведь, что я выжил, верно? – На девушку посмотрели наполненные решимостью глаза ребенка.
- Да, конечно.
- А раз так, тогда мы еще посмотрим, чей меч там будет следующим!
«Как же это всё-таки по-детски», - промелькнула мысль в голове девушки, когда та забирала поднос с остатками еды и направлялась к двери. «Или все же нет?» - она напоследок задумчиво окинула взглядом ребенка и вышла.
***
Новый день второго месяца пребывания в стенах дома приютивших его людей для Эверетта начался в уже привычном порядке.
Сперва, весело напивая какую-то песенку, в комнату, словно ураган, ворвалась жизнерадостная Ти и принялась будить мальчика. Начисто игнорируя вялые попытки Юви напугать её, который сам делал это уже больше из привычки, нежели из желания, она оставила поднос с завтраком на тумбочке и стопку новой чистой одежды на кровати. После чего, не утруждаясь прикрыть за собой дверь, вылетела обратно в коридор.
Эверетт сладко потянулся, откинул одеяло и широко зевнул, да так что аж челюсть хрустнула. Боль больше не сковывала его тело. Кости и раны вследствие ускоренной терапии срослись и зажили. А душевные увечья благодаря юному возрасту с каждым днем всё глубже и глубже уходили в тень сознания мальчика, оставляя за собой на душе лишь уродливые шрамы.
Скинув ноги с кровати, Эверетт преобразовал свою стальную руку в длинный щуп и, хмыкнув, подтянул к себе поднос с завтраком. – Удобно это всё-таки, - прочавкал он ртом, забитым злаковой кашей.
За панорамным окном открывался вид отличного погожего денька – на небе не было ни единой тучки. Утро, как и настроение Эверетта – было прекрасным.
Покончив с едой, мальчик подошел к стопке с новой одеждой. «Нет, наверное, сначала лучше в душ», - решил он и направился в ванную комнату, что пряталась за незаметной с первого взгляда дверью в комнате. Ему нравилось, что наставники, так Джон просил его называть всех взрослых, которых он встречал здесь, не требовали от него непрекословного исполнения каждой буквы распорядка дня. Эверетту оставляли право решать самому, что, в какой последовательности и как делать. Исключение составляли лишь медицинские процедуры, но тут уж даже ребенку хватало ума понять, почему с этим было всё так строго.
Пройдя в комнату, он зашел в пластиковую кабинку и вбил нужные настройки на небольшой интерактивной панели слева от него. Процесс запустился. Из сотен маленьких отверстий в пластике ударил водяной пар специальной консистенции. Он полностью обволок тело ребенка, и тот принялся тщательно обтираться специальной губкой. Стараясь не обращать внимания на все еще безобразные шрамы на теле, которые, как обещал Седрик, должны были в скором времени полностью исчезнуть, он старательно вымылся. Затем, не желая ждать завершения текущего цикла, Эверетт нажал на еще одну кнопочку в панели управления и пар истаял. Мальчик выпрямился и, разведя руки в стороны, замер, прикрыв глаза. Душевая кабинка издала писк, свидетельствующий о смене режима, и сверху включился специальный лазер. Ярким лучом он медленно спускался по спирали, попадая на волосы и кожу, высушивая её и не причиняя никакого вреда и дискомфорта.
Полностью чистый, сухой и благоухающий Эверетт вернулся в комнату и встал перед принесенной девушкой стопкой одежды.
- Это что-то новенькое, - пробормотал он едва слышно, доставая рубашку из кипы и расправляя её перед собой.
В последние недели его пребывания здесь привычной формой для него стал больничный халат и мягкие тапочки, но эта одежда оказалась другой. Обычная, неокрашенная хлопчатая рубашка и легкие брюки, под которыми он нашел совсем тоненькие и почти ничего не весящие босоножки. Всё точно под его размер.
- А это что? – Переодевшись, Эверетт удивленно уставился на последнюю деталь гардероба, предложенную девушкой. – Перчатка? – Догадался он. – Ну уж нет! – Дух его был еще юн, но уже бунтарским. Парень просто скомкал её и откинул куда-то в угол комнаты. Юви, который всё это время наблюдал за ним одобрительно свистнул.
Время шло, но Ти не спешила возвращаться.
Эверетт стоял у окна и с интересом разглядывал открывшийся перед ним пейзаж. Благодаря идеально ясной погоде, Эверетт мог видеть, как вдали, за много десятков километров от него, почти за самым горизонтом возвышались гигантские шпили города-муравейника этой планеты. От взрослых здесь он уже знал, что это единственный город на планете. В нём жило порядка десяти миллионов человек и по современным меркам это была почти безжизненная пустыня.
Вокруг стремящихся к небу шпилей зданий, словно маленькие муравьи летали виндджеты горожан. А совсем уж далеко-далеко, едва видимый за естественной дымкой воздуха, к городу с орбиты спускался огромный транспортный корабль. Даже с такого расстояния он казался большим, каким же он был вблизи… Эверетт постарался представить, но фантазия его пасовала. В теории он воочию видел флагман своей империи, могучий дредноут, но воспоминания о прошлой жизни с каждой неделей становились все более тусклыми. Настолько тусклыми, что Эверетт не стал бы со стопроцентной уверенностью предполагать, насколько был большим тот дредноут.