Страница 55 из 75
***
Четверо мужчин несли еле живого Эверетта по коридорам на руках. Позади них на полу оставался кровавый след, но всем было плевать на это. Он убил сотрудника и с любым другим заключенным вопрос был бы уже решен, но с этим… Он требовал особого отношения. И позволить ему жить было этим самым особым отношением. Вот правда КАК он будет жить, было уже совсем другим вопросом.
Мужчины прошли сквозь широкую арку и вошли в большое овальное помещение, в стенах которого было установлено много массивные дверей.
- Куда его? – Спросил охранник, стоящий у консоли управления в центре зала.
- Карцер, пятый уровень, - ответил старший конвойный.
- Накосячил, да?- Хмыкнул охранник и ввел нужную команду. Одна из дверей справа от него отворилась. – Срок заключения?
- Сперва на две недельки, посмотрим насколько он крут, - Эверетта отпустили из рук и он с грохотом повалился на пол. – Да и под излучением не успеет превратиться в гору тухлого мяса.
- Ну, тогда тащите его в камеру. Наручники только не забудьте снять!
- Счастливо оставаться, - сказал Эверетту на прощание один из стражников, когда его, почти в бесчувственном состоянии, перевалили через порог камеры и снова бросили. Дверь за ним с шипением закрылась. Парень остался один в помещении не больше полутора метров в ширину и двух в высоту.
- Вот черт…, - просипел он, когда стенки камеры вдруг стали прозрачными и стал виден свет звезд. Кажется, только что стальную коробку вместе с ним внутри вытолкнули в космос.
Камера сделала круг, и Эверетт увидел астероид, внутри которого его держали, и кабель, исходящий от комплекса к его новому дому. Он разматывался всё больше и больше, отпуская камеру все дальше и дальше.
Довольно быстро стало очень холодно. Тюремная роба, в которую он был одет, была сделана из обычной ткани и не содержала в себе никаких электронных компонентов, которые могли бы его согреть.
Пользуясь отсутствием гравитации, Эверетт свернулся калачиком и стал медленно вращаться вокруг своей оси. Так было немного легче. Да и невесомость хорошо помогла уйти боли в отбитых мышцах и костях.
Так прошел его первый день в карцере. Стуча зубами от холода, он был неспособен даже уснуть, не говоря уже о чем-то более трудоёмком, как например, думать. Единственная вещь, которая его хоть немного отвлекала это мысли о Сью. Что с ней? Где она? Пытали ли её так же как его? Эверетт чувствовал вину за то, что их раскрыли. Что теперь со всеми ними будет и как поступит император, когда воспитанники Ордена больше ничего не смогут дать дознавателям? Ведь как ни крути, но они не были оперативниками или офицерами секретной организации. Они просто жили и учились… Ну что они могут знать?
А еще его отвлекали звезды. Целая россыпь ярко блестящих звезд, на которые можно было смотреть вечно, вот только если бы не этот чертов холод…
С глухим ударом об стальной ящик, в камеру Эверетта врезался небольшой астероид.
- М-м-м! – Сжавшись еще сильнее, парень с ужасом стал ждать писка выходящего воздуха.
- Стабилизация, - раздался безжизненный голос искина и из боков камеры вырвались струйки сжатого газа, стабилизируя положение и прекращая вращение стальной коробки. За день, проведенный здесь, это был уже четвертый камень, который зацепил его…
***
Вот уже неделю Эверетт крутился в своём личном стальном гробу и большую часть последних дней он находился в полукоматозном состоянии…
Открыв покрытые ледяным инеем веки, Эверетт посмотрел затуманенным взглядом на космос, что растянулся перед ним: миллиарды километров безвоздушного пространства воспетые поэтами в своих одах и стихах, мир, где всегда есть место любви и доброте, место, где каждый может быть счастлив…
Эверетт не видел ничего из этого. Всё, что перед ним было, это только зево кровожадного монстра, которому уже почти удалось забрать его душу себе. Тело и так уже принадлежало ему… С каждой секундой проведенной в этом месте, в те часы, когда он был в сознании и мог хотя бы немного, но мыслить, он хотел умереть.
Всё чему его учили – он забыл. Всё, что он знал – улетучилось из головы под гнетущим давлением безысходности. Эверетт делал это намерено. Он готовился к смерти. В глубине его почти что вырванной души осталось место лишь для маленького огонька мечты об избавлении, который разгорался ярким пламенем с каждой, прожитой в этом месте минутой. Избавление от боли, избавление от страха, избавление от позора…
«Что это?» - Внимание Эверетта привлеки вдруг возникшие из неоткуда звезды, которые наливались светом и быстро увеличивались в размерах.
В следующие же мгновение огромные, ослепительно-яркие шары раскалённой плазмы один за другим врезались в щит станции Варидан-6. Быстро покончив с ним, плазма врезалась в стены и камень, расплескивая вокруг расплавленные сгустки вещества.
Второй залп биаронных орудий не заставил себя долго ждать, и новая порция плазмы почти полностью стерла с лица галактики шестую часть всего астероида.
- Аварийный протокол, - тут же раздался голос искина. – Возвращение.
Камера дрогнув, медленно поползла обратно в астероид. Последнее, что увидел ошеломленный Эверетт, это как, ощетинившись пушками, одинокий корвет пронесся мимо комплекса, расстреливая его из скоростных рейлганов.
Стальной гроб вернулся в зону действия искусственной гравитации астероида и Эверетт грохнулся на пол. Прозвучал предупреждающий сигнал, и дверь с шипением открылась. В зале управления никого не было, никто не встречал заключенного. Эверетт попытался подняться на ноги, но те словно не его, даже не подумали подчиняться.
В помещении ревел зуммер боевой тревоги. Всё вокруг было окрашено в красные цвета ламп аварийного освещения. Парень оказался здесь один, и нужно было что-то делать.
Гнетущие мысли, что давили на него последние дни, куда-то исчезли, гонимые из головы ударившим в лицо теплым воздухом. Эверетт глубоко вздохнул и как по волшебству жажда жизнь вновь родилась в нём вместе с уверенностью, что он не подохнет в этом месте. Он пополз, хватаясь пальцами за решетчатый пол и волоча за собой левую часть тела вместе с ослабевшими ногами. Эверетт хотел добраться до медицинской тумбочки, которую приметил под столом пульта управления карцером.
Мир вокруг вдруг сильно затрясся – очередное попадание плазмы. Из широкой арки входа послышался громкий свист выходящей атмосферы, но аварийные заслонки, видимо, сработали штатно и пробоина была устранена.
Эверетт полз и рычал, рычал и поз. Превозмогая свою слабость, он ненавидел каждый миллиметр мира вокруг себя, и это придавало ему сил продолжать бороться. Чего бы ему это не стоило, но он должен был добраться до этой чертовой тумбочки.
Глава 8
Звездная система Варидан.
Пространство империи Алаяр.
Двадцатью минутами ранее…
Тишину размеренной жизни на мостике «Пламени Прометея» нарушал лишь звук стука фарфоровой чашки о стеклянную поверхность информационной панели – дежурный оператор радарных систем пил мокко.
Баржа скрывалась в недрах астероида вот уже больше месяца. Испытываемое сперва экипажем нетерпение перед боем, чувство бурлящего адреналина в крови – прошли. Вся жизнь людей свелась к одной лишь рутине и смазывалась в бесконечные, похожие друг друга дни, наполненные чередованием смен и свободного времени.
Разговоры с друзьями и коллегами утратили свою живость, а отношения с противоположным полом, скрытие от глаз офицеров за «тряпичной ширмой», потеряли остроту. Членам экипажа «Пламени Прометея» становилось скучно. Старшие офицеры видели это, но поделать что-либо с этим – не могли. Режим тишины, который они соблюдали, был не прихотью капитана, а вопросом жизни и смерти. Оставалось только смериться с неудобством и терпеливо ждать развязки этой устроенной Мардуком авантюры. Ведь отправленное Дэвидом сообщение успело дойти до «Пламени Прометея», прежде чем корабль вступил в бой с силами Доминиона.